Хранитель подземелья - Сергей Восточный

Шаг. Еще шаг. Я уже почти достал до нее киркой, когда лучница, словно что-то почувствовав, резко обернулась.

Ее глаза расширились.

Она попыталась вскинуть лук, но палец соскользнул с тетивы. Стрела сорвалась, пролетела сквозь мои ребра, не причинив вреда.

Я шагнул вплотную, размахнулся и со всей силы всадил кирку прямо ей в голову. Она выставила вперёд руку со сжатым в ней луком, словно это могло остановить кирку.

'Критический удар! Вы нанесли персонажу ЛасточкаКрасоточка, уровень 3, 19 ед. урона.

— А-а-а! — заорала она, хватаясь за голову. Полоска здоровья просела заметно, почти на пятую часть.

Неплохо!

Я не стал ждать, пока она придет в себя. Взмахнул киркой снова. Лучница попыталась увернуться, дернулась в сторону, но я уже прочитал ее движение — она смещалась вправо, туда, где было свободнее. Я легко перенаправил кирку, ударив снова в голову.

'Критический удар! Вы нанесли персонажу ЛасточкаКрасоточка, уровень 3, 18 ед. урона.

Два крита подряд! Просто отлично! Вот что значит — знать куда бить.

— Помогите! — закричала она, отступая. — Я сейчас сольюсь! Я сейчас…

Она развернулась и рванула прочь, прямо в спины разбойников, которые все еще возились с моими скелетами.

— Куда прешь⁈ — заорал один из них, пытаясь отстраниться. — Что, опять тебе скелет сливает⁈ Ты что, больная? — надрывался он, переводя взгляд с тревожно мерцающей полоски хитпойнтов девушки, на меня и обратно.

Полуангел, тем временем, врезалась в разбойника, охнув, отступив. Кинжальщик, пытаясь уклониться от столкновения, шагнул вперед и напоролся на кирку Второго скелета. Удар пришелся в плечо, несильный, всего на 5 единиц урона. Но это был первый успех моих миньонов в этом бою.

— Да что же такое! — заорал раненый, отступая. — Больно! Это всё из-за тебя!

Пока они толкались и пытались перестроиться, я нагнал лучницу. Она пятилась назад, пытаясь сбежать, но я упорно преследовал её. В последний момент девушка изменила направление, попытавшись рывком уйти в сторону.

Ошибка! Слишком предсказуемо! Против моих скелетов это конечно сработало бы, но не против меня…

Кирка опустилась в последний раз.

«Вы убили игрока 'ЛасточкаКрасоточка», уровень 3. Получена трофейная душа: 1 единица… Получено 45 ед. опыта подземелья…

Я перевел взгляд на разбойников.

— Эй! Больше в пати тебя не берём! Ты совсем конченая, если сливаешься об этих скелетов! Они даже ударить нормально не могут. — закричал один из них, рыча от боли потирая раненое плечо.

Осталось двое игроков. ХП почти полные. Мои скелеты тоже еще держались, хотя здоровье у обоих было в красной зоне.

Одержимость: 27 секунд.

— Время еще есть, — прошептал я, разворачиваясь к врагам. — Сейчас посмотрим кто тут «ударить нормально не может».

По всей видимости, почуяв, что от меня исходит опасность больше, чем от остальных скелетов, или же в желании расквитаться за гибель сопартийца, оба разбойника переключились на меня.

Практически синхронно они рванули вперед в стремительном выпаде. Кинжалы налились голубым светом, сверкнула вспышка. Умение «Фатальный удар». Если я не ошибаюсь, одно из первых, доступных кинжальщикам. Оно качается с первого уровня и продолжает прокачиваться практически до самого максимального и потому всегда остается актуальным. Средний урон, средний откат, есть шанс нанести смертельный удар. Хороший навык.

Но меня так просто не возьмешь.

Едва разбойники атаковали, я, с хрустом костей, отпрыгнул назад, выставив перед собой кирку.

Успел.

Удар пришелся прямо в железную часть орудия. Урон я получил — это же не щит, чтобы полностью заблокировать, — но он был снижен в несколько раз. Всего двадцать единиц суммарно от двух игроков.

По вытянувшимся лицам разбойников, я понял, что они ожидали чего угодно, только не этого.

— Э-э-э… — протянул первый.

— Чё за нах? — вторил ему второй.

Я, не давая врагу опомниться, перешел в контратаку. Шаг вперед, обманное движение киркой — игрок шарахнулся в сторону, открывая корпус. Я мгновенно изменил направление удара и всадил кирку прямо ему в бок.

Тот крякнул, отступил — и попал прямо под удары моих бойцов, про которых игроки совсем позабыли.

Судя по логу сообщений и потому что ХП врага резко дёрнулись в сторону ноля, оба скелета нанесли критический удар. А мне везёт, однако!

Пока его подельник приходил в себя, второй разбойник ткнул меня кинжалом под рёбра — урон мизерный, я даже не обратил внимания. Еще один удар киркой по первому! Нельзя позволить ему отхилиться.

Ответный выпад. Я легко увел кинжал в сторону рукоятью.

— Б. я, это какой-то скелет самурай! — заорал разбойник.

Да, они совсем слабаки. Навыков боя нет вообще. И что за бредовый крик по самураев? Причём тут они? Это такая высокая оценка моих навыков, это понятно. Но почему именно самурай?

Пока рассуждаю о скелетах-самураях, я не трачу времени зря — шагаю вперёд. Тычок острым костяным локтем в грудь — сбиваю врагу дыхание, отхожу назад, пропуская удар второго разбойника мимо себя, и обрушиваю кирку сверху на первого.

Ещё два удара по нему со спины от моих рудокопов.

Полоска здоровья игрока дёрнулась в последний раз и погасла.

«Вы убили игрока 'КошелёкИлиЖизнь», уровень 3. Получена трофейная душа: 1 единица.

Получено 45 ед. опыта подземелья.

Оставшийся в живых разбойник, увидев, что остался один, попытался бежать. Попятился было назад, но скелеты намертво заблокировали проход, отрезая путь к выходу.

Тогда, заорав что-то воодушевляющее, игрок бросился на меня.

Он размахивал кинжалом, не давая мне подойти. Я отступал шаг за шагом, уклоняясь от диких, не отточенных выпадов. Надолго его в таком темпе не хватит — скоро выдохнется. Но в том и дело, что времени у меня нет!

До конца одержимости — меньше пяти секунд.

Четыре.

Три.

Подгадав удачный момент, когда кинжал находился в крайней точке амплитуды, я шагнул вперед и ткнул тупой частью кирки в живот. Враг охнул, сбился на мгновение.

Два.

Короткий размах — и кирка встречается с его бедром.

Один.

Еще один размах — и…

Мир дернулся, сжался в узкую болезненную точку, а затем меня вырвало из костяного тела, как пробку из бутылки. На секунду я ослеп, потерял ориентацию, а когда зрение вернулось — я снова парил под потолком, глядя на поле боя сверху. Бесплотный.

Внизу мой скелет замер с занесенной киркой. Его движения сразу замедлились, стали неуклюжими. Вместо того чтобы нанести решающий удар, он замер посредине амплитуды, а затем начал вновь поднимать орудие, набирая максимально возможный замах — тот самый бесконечный, предсказуемый замах, от которого мог легко увернуться даже ребенок.

— Да чтоб тебя! — мысленно заорал я. — Бей! Просто бей! Не надо