Регрессор: Я развею вашу власть. Книга 5 - Александр Кронос

— Щас я быренько на них одним глазком гляну. Позырю на их мордяхи антимимические.

Оливера я взял с собой именно для этого, потому останавливать парня не стал. В следующую секунду внизу появилось два его клона, которые с разгона помчались навстречу южноафриканцам. Правда, не добежали — влетели в облако этого самого белёсого газа и почти сразу же рухнули на землю. После чего растворились, обратившись в лужи серой слизи.

— Это что такое было? Как они их так угандошили? Эти парни чё-то перепутали, босс. Давай на них вон тот дом уроним. И ваще… Там чё-то большое ими рулит. Гигантелла коллективная.

Висящий метрах в десяти от меня Малыш выразил полное согласие с предложением валлийца. Разве что предложил действовать более масштабно. Не просто швырнуть в них зданием, а перевернуть верхний пласт земли. Со всеми постройками, людьми и техникой, которые на нём сейчас имелись. Сам же я поступил иначе. Не снимая ни с кого из нас оптической иллюзии, дотянулся до меди, которая имелась снизу. Силовые кабели, одна трансформаторная станция и медные трубы в домах. Достаточно для того, чтобы поставить небольшой эксперимент. Например, перетереть пару центнеров металла в пыль и щедро посыпать ей наступающий южноафриканский отряд.

Удивительно, но это сработало. В кои-то веки у меня получилось найти нужное решение с самой первой попытки. Стоило медной пыли заполнить воздух, как южноафриканцы мешками попадали на землю. Точно так же, как совсем недавно валились зимбабвийцы.

Ещё один удивительный факт — белёсый туман после контакта с медной пылью немедленно растворялся и бесследно исчезал. На результатах одного эксперимента мы останавливаться не стали и прошлись по всему авангарду южноафриканской армии, что уже вошла на окраину Хараре. Полностью подтвердив первоначальную гипотезу — медь надёжно отключала сознание наступающих солдат. Выяснив, что металл идеально работает в качестве наступательного оружия, переключились на его защитные функции. Принявшись одного за другим отправлять клонов Оливера в зону поражения с небольшой концентрацией меди в крови. Крохотным количеством медной пыли, которая почти не влияла на их способности и жизнедеятельность, но всё равно циркулировала внутри тела.

Вернее, к такому решению мы пришли по итогу второй серии экспериментов, начав с куда более убойных дозировок. Концентрация меди в крови была такова, что клоны едва держались на ногах. Однако, как стало понятно, такого количества металлической пыли не требовалось. Было достаточно совсем небольшой порции, чтобы надёжно защитить клонов от поражения неизвестным газом. При этом они могли спокойно действовать, использовать свои способности и сохраняли весь свой функционал Защитников.

Дальше настало время действительно рискованной вещи. Я отправил в зону поражения одного из маленьких муравьёв. Чуть подросшего варрбая, который пусть и рвался в бой точно так же, как все остальные его соплеменники, но запросто мог погибнуть либо оказаться на стороне врага. Потому как ввести ему медь в кровь было практически невозможно.

В теории я наверняка смог бы справиться с этой задачей, но этот вид варрбаев изначально был создан для того, чтобы противостоять любым фокусам, которые только можно придумать с меносом. Из чего вытекал очевидный вывод — это должно сработать и в данном случае.

К счастью, так оно и вышло. Муравей, не испытывая ни малейших затруднений, пробежал через облако белёсого газа, недовольно фыркнул, когда ему запретили оторвать ноги пехотинцу, и вместо этого снёс колесо у армейского внедорожника.

Вот и всё. Теперь можно было приступать к делу. Ввести себе в кровь немного медной пыли и обрушиться на наступающие колонны.

Для того чтобы разобраться со всеми южноафриканскими частями, которые имелись в зоне видимости, нам понадобилось всего четверть часа. Потом произошло неожиданное — сначала я почувствовал приближение чего-то стремительного и пышущего меносом. А следом, в полусотне метров от нас, появилась фигура затормозившего Франсуа. Если не считать того факта, что он был жив и здоров, удивлял уровень силы. Канадец, как минимум, был равен мне по рангу.

* * *

На своём курсе Каори Окада была одной из лучших. Входила в топ-три выпускников. Правда, в отличие от остальных двух, которые отправились работать в лучшие юридические фирмы Японии, выбрала государственную службу. Решила, что настало время реализовать мечту юности и стать разведчицей.

Все дополнительные курсы, которые имелись в Государственном бюро, она тоже благополучно закончила. Не пропуская ни одного мастер-класса и отчаянно занимаясь в свободное время. Не говоря уже о том, что японка перечитала практически всю доступную профильную литературу. На всех языках мира.

Поэтому Каори была недовольна выбором условного старшего офицера их миссии. С точки зрения девушки, возглавлять операцию по склонению к миру Ближнего Востока должна была именно она. У немки не было никакого необходимого опыта. Что та наглядно продемонстрировала своими же первыми действиями. Как можно рассчитывать успокоить ситуацию всего лишь одними заявлениями?

Тем более когда Лагов предоставил им карт-бланш на применение силы. В определённых рамках, естественно. Но тем не менее кто бы удивился, прикончи они десяток-другой Защитников с обеих сторон? Однако немка посчитала, что это может быть воспринято в качестве агрессии и отчего-то эскалировать конфликт.

Изначально Каори пыталась подсказать правильные ходы и направить соратницу. В конце концов, эта задача была их общей. Провал никого бы не порадовал. Потом, осознав, что ни один из её советов в дело всё равно не пустили, Окада приступила к самостоятельной программе. Связавшись с нужными ей специалистами, контакты которых передало японское правительство и задействовав Защитников, которых по её просьбе отправил сюда улыбчивый Гбенга, с которым у японки установился доверительный контакт.

Прямо сейчас, наблюдая за ходом «мирных переговоров», в ходе которых обе делегации уже раза три пообещали уничтожить друг друга, оставив на территории противника исключительно выжженную землю, японка убедилась, что была права. Использовать мягкий подход по отношению к настолько радикализированным сторонам невозможно. Тем более когда за спиной каждой из них бушующая толпа, требующая идти до конца и поддерживающая любое обострение.

Правда, если говорить об этой самой толпе, умирать никто из них не хотел. Все желали исключительно мести и кровопролития по другую сторону границы. Искренне не понимая, почему то же самое происходит и с ними. Эффект, который многократно изучался самыми разными специалистами. Чем выше становился накал и чем больше крови проливалось с той или иной стороны, тем сильнее ожесточалась оставшаяся часть населения.

Выхода из