Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

же пробах манипуляций открывались невероятные перспективы, хотя Ву уже понимал, чтоб раскрыть весь потенциал нового для него атрибута даже при самом осторожном предложении потребуются многие и многие годы. Он без каких-либо усилий мог гнуть голыми руками силовые линии, соединять, истончать их, изымать целые линии насколько рук хватит. Правда, если соединения линий держались, не отторгаясь, то разрывы достаточно споро восстанавливались. Ожидаемо, лучше всего себя показали иглы из сини, эти тоненькие иголочки для акупунктуры намертво блокировали любую силовую линию. И, что удивительно и достаточно зрелищно, после отзыва теневого поглощения и подсветки трех сестер иглы продолжали висеть в воздухе.

С замиранием сердца Ву дотронулся до стелы и тихо сказал:

— Маршруты.

Перед глазами развернулся уже привычный список, он без каких-либо колебаний ткнул пальцем, ничего, перемещения на второй этаж не произошло. Повторил еще и еще, портал не сработал ни на следующий этаж, ни на последний. Для подстраховки пробежался по этажам и на каждом попытался переместиться вниз, ничего, совсем ничего, даже сообщений никаких не всплыло. Обратно летел будто на крыльях весь при счастье. В портальной словно ничего и не происходило, разве что парочка блокирующих иголок вызывающе висела над портальной стелой. Попытался их забрать, не тут-то было, даже на микрон не удалось сдвинуть, казалось, на длинное тончающее тело иглы можно и тонну подвесить. Хотя со всех сторон эти две тонкие упертости окружала обычная неосязаемая прозрачность.

— Ну, тогда пятимся назад, — ухмыляясь, сказал экспериментатор.

О, если бы кто-нибудь из преподавателей, томящихся сейчас на девятом уровне, воочию увидел эти безрассудные изыскания, обязательно подумал бы — поцелованный богом псих.

В охотку и с предвкушением Ву запустил теневое поглощение, вновь отметив, как ухнула в небытие целая единица ци, зато иглы высвободились без каких-либо проблем.

Аккуратно уложив иглы теперь не только для акупунктуры к остальным, Ву отсалютовал воображаемому в небесах дракону Виго.

— Великий! Я не подведу! — А затем, склонив голову, совсем тихо прошептал: — Похоже, у меня уже есть второй козырь в рукаве.

После мытарств на кругу синей ртути он хоть как-то стал контролировать свое ци. А теперь, присев к стене и отметив это дело поеданием Эффи, он вдруг ощутил полностью восстановившееся ци.

«Это с какого рожна нам такое счастье привалило, не иначе как моя драгоценность, лоза древних богов».

— И это надо не откладывая проверять.

Сказано — сделано, Ву уже в какой раз запустил один из атрибутов оберега сини, теневое поглощение. Привычно наступила странная белая ночь, вмиг без удержу сожравшая единицу ци, а затем уже через несколько минут ценность Эффи значительно выросла.

Предельно довольный Ву двинулся обратно к девятому уровню. Там на достаточном удалении от предстоящего места действия он провел в наблюдениях почти трое суток, дотошно отслеживая несение службы охранниками СойТэ. И только когда понял, как здесь все устроено, и, вычислив лучшее время для диверсии, вернулся во дворец и хорошенько выспался. А уже на следующий день ровно в полдень он находил так близко от ненавистных врагов, что чувствовал каждую ветвь, каждую веточку своей странной наколки на груди, будто кричащей болью: бей, круши, убивай. Ву очередной раз сдержался, пытаясь отрешиться от пульсирующей боли, проговаривая про себя: «Холодный расчет, холодный расчет, только, холодный расчет».

При этом Ву приступил к подготовке удара щитом, решив все же вложить в эту атаку полновесных десять единиц ци.

***

Устав от однообразного, уже давно осточертевшего патрулирования, охранники амфитеатра темного полигона пару часов побродили по округе и наконец расселись за столом. Дабы развлечься и, возможно, погасить обычный свой голод в этом месте, где полным-полно беззащитной, но запрещенной еды. Игра началась, кровососы, облизывая пересохшие губы, нет-нет да и бросали хищные взгляды на большой кувшин у стола. Вампиры есть вампиры, они чувствовали кровь и поэтому с упоением играли в карты на глоток красного вина, хорошенько сдобренного человеческой кровью.

Несмотря на повторяющийся раз за разом сюжет перед глазами, патрулирование вампиров, а затем их игра в карты, плененный ректор академии Морти Вард именно сегодня чувствовал какую-то небывалую обеспокоенность. Он уже хорошо понимал, что происходит что-то необычное, и хотя кандалы из сини гасили его магические способности, тренированная столетиями интуиция Архимагистара никуда не делась. Подтверждение его тревожного состояния случилось буквально через несколько минут, и он уже точно знал, это не иллюзия утомленного сознания, какой месяц ищущего выход. На какое-то время он вдруг увидел ясные голубые глаза на серой стене недалеко от портальной, раз — и они пропали. Это обстоятельство так подхлестнуло Морти, так вдарило, что на эмоциональном взрыве за пару секунд ему удалось высвободить из магического паралича еще несколько функций глаз. Теперь он рассматривал противоположную стену так тщательно, как это вообще возможно глазами человека, достигшего шестнадцатой ступени могущества. Ректор Академии Эрэны тщательно рассматривал каждую выбоину, каждую неровность.

«Он где-то здесь, здесь», — твердил про себя как заведенный механизм Морти Вард.

О такой мощной маскировке он даже и не слышал, с его-то сединами и опытом. Второй раз он увидел глаза лазутчика уже прямо напротив стола играющих в карты вампиров, всего пара секунд наблюдения, а ему и этого хватило, чтобы кое-что выявить. Почетный гражданин, бессменный ректор академии уже и не помнил, как давно его ничто так не удивляло, как происходящее. Тот, кто явно готовился напасть на боевую звезду вампиров, очень молод, с сердцем, бьющимся невероятно ровно, будто на прогулке. А буквально через мгновение страшный взрыв, казалось, шарахнувший по всей академии, напрочь снес, словно засохшую грязь, часть основания, порвав мощный защитный купол, будто бумажный.

Архимагистр считал про себя — один, два, три, четыре, простой счет всегда ему помогал собраться в сложных ситуациях. Несмотря на отходняк от пут, Морти Вард нашел в себе силы приподнять голову и осмотрелся. Каменные глыбы, обугленные куски вампиров, стоны его людей — тех, кто во время удара находился с ним на верхнем ярусе амфитеатра, — у них, как и у него, ударом снесло путы Элоха.

«Вроде бы живы», — подумал ректор и откинулся, увидев, как сверху к ним в два прыжка подоспела стремительная тень.

— Потерпите, — крикнул молодой воин в черном и почти незаметным движением срезал ему и ошейник, и браслет кандалов на правой руке.

Пока ректор отходил от увиденного проклятого оружия у своего горла, эта черная молния накрыла чем-то Илли и устремилась