Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

— О, поверь, сегодня плевать никто не посмеет, — Бестужев улыбнулся, показав ровные белые зубы. — Но подавиться от зависти могут. Пойдём. Сцена ждёт своего маэстро.

Мы прошли через высокие двустворчатые двери и оказались в обеденном зале.

Я ожидал увидеть классику: длинный стол, свечи, канделябры, слуг с подносами. Но убранство зала оказалось довольно скромным. Нет, конечно же, сам стол, стулья, вазы и всё-всё остальное, уверен, стоило довольно больших денег. Но здесь не было того напыщенного лоска, с которым иногда сравнивают аристократов.

А в углу сверкала холодной сталью современная мобильная кухня. Настоящая профессиональная станция, какие ставят на дорогих кулинарных шоу или в ресторанах. Мощная газовая горелка, широкая ровная поверхность для жарки — тэппан, набор профессиональных ножей на магнитном держателе, даже маленькая встроенная мойка была.

Это выглядело дико. Как если бы посреди Эрмитажа припарковали космический корабль.

— Впечатляет? — спросил Бестужев, довольный моей реакцией.

Я подошёл к стойке, провёл ладонью по металлу. Холодный и гладкий. Оборудование высшего класса. Кто-то очень сильно заморочился, чтобы притащить эту махину сюда, в исторический особняк.

— Тэппанъяки в дворянском гнезде? — хмыкнул я. — Вы хотите, чтобы я готовил прямо при гостях?

— Именно. Я хочу шоу, Игорь. Я хочу, чтобы наш гость видел каждое твоё движение. Чтобы он видел, как рождается еда. Никаких тайн кухни, никаких официантов, выносящих блюда под крышками. Всё честно. Всё на виду.

— Учтите, жир будет лететь во все стороны. Вашему паркету восемнадцатого века придёт конец. Его ничем не отмоешь.

— Паркет я заменю, — небрежно отмахнулся Бестужев, будто речь шла о старом коврике у двери. — А вот репутацию человека, который открыл гения, — нет. Готовь так, чтобы они забыли свои имена и титулы.

Я начал осматривать инвентарь. Взял один нож, проверил лезвие пальцем. Заточка идеальная — бриться можно.

— Чем будем удивлять? — спросил барон, присаживаясь на край стола. Для аристократа это была неслыханная вольность, но сейчас зрителей не было. — Я заказал трюфели, чёрную икру, мраморную говядину… Всё самое дорогое.

— Уберите икру и трюфели, — перебил я, проверяя щипцы для мяса. — Это пошлость. Господин Бестужев… могу обращаться проще? — тот хмыкнул и кивнул, — Александр, поймите: когда человек владеет огромными ресурсами по всей Империи, он эту икру, наверное, на хлеб вместо масла мажет каждое утро. Его этим не удивишь. Он будет зевать.

— И что ты предлагаешь? Кашу из топора?

— Простоту, господин Бестужев. Вы ведь сами просили. Когда человек перепробовал все деликатесы мира и устал от молекулярной пены и золотой пыли в салате, его может удивить только одно: идеальный хлеб и честное мясо.

Я достал свой нож и улыбнулся. Всё-таки нет ничего более родного, чем вот такие простые вещи, которые были с тобой и в радости, и в горе.

— Я буду готовить на их глазах, — продолжил я. — Самые простые вещи. Овощи. Мясо. Огонь. Чтобы гость видел: здесь нет обмана. Нет химии. Нет «усилителей вкуса». Только продукт и мои руки. В нашем мире, полном фальшивок, честность — это самая дорогая валюта.

Бестужев смотрел на меня с нескрываемым удовольствием. Кажется, он получил именно ту «цирковую обезьянку», которую хотел — зубастую, наглую и непредсказуемую.

— Мне нравится, — кивнул он. — Рискованно, можно провалиться, но в этом есть стиль. Кстати, насчёт стиля…

Он кивнул в сторону двери, будто кто-то сейчас должен появиться.

— Одному воину в поле скучно, Игорь, даже если у него очень острый нож. Я подумал, что твоему шоу не помешает группа поддержки. Наш гость любит общество красивых дам. Позвони своим.

— Каким дамам? — я сразу напрягся.

— Твоему «боевому гарему». Светлане, Веронике… ну и восточной девочке, Лейле. Пусть приезжают. Мой водитель их заберёт.

Я аккуратно положил нож на стол.

— Зачем? — спросил я тихо, глядя ему прямо в глаза. — Это деловой ужин или вечеринка?

— Это демонстрация силы, Игорь. Твоей силы. И моей. Наш гость придёт не один. И мне нужно, чтобы ты показал ему не только мясо, но и то, что за тобой стоят люди. Верные люди. Красивые, умные, опасные женщины. Журналистка, ведьма и шпионка — отличный набор для кулинарного шоу. Это поднимет твои ставки.

Я смотрел на него и понимал: он знает о них всё. Он знает, кто они для меня. И, собирая их здесь, в своём доме, под охраной своих людей, он показывает мне: «Я могу достать их в любой момент. Я могу их озолотить, а могу уничтожить».

Две королевы в одной башне, а теперь ещё и третья. И всё это под присмотром двух старых хищников — Бестужева и его таинственного гостя.

— Хорошо, — сказал я, доставая свой телефон. Пальцы чуть дрогнули, но я надеялся, он не заметил. — Но если хоть один волос упадёт с их головы…

— То ты приготовишь из меня рагу, я понял, — перебил Бестужев, смеясь. — Звони. Я не собираюсь никому угрожать, это не в моём стиле. Не стоит так напрягаться.

Я набрал номер Светы. Гудки шли долго.

— Алло? Света? — голос у меня был хриплым. — Надевай лучшее платье. Нет, не для эфира. Мы едем на бал. К Бестужеву. Бери девочек. Да, всех. Будет весело. Или страшно. Я пока не решил.

Я сбросил вызов и повернулся к «сцене». Мобильная кухня сверкала, ожидая первой капли масла.

— Я для вас — просто козырный туз, Александр? — спросил я прямо.

— Тузы выигрывают партии, Игорь. А шестёрки просто выходят из игры и ложатся в отбой. Ты же не хочешь в отбой?

— В этот раз откажусь, — усмехнулся я в ответ, и тут же стал серьёзнее. — Итак, Александр, у меня ест несоклько идей, чем сегодня можно удивить вашего гостя. И продукты, поверьте, для вас будут стоить сущие копейки…

— Если ты решил помочь мне сэкономить, то в данном случае это лишнее.

— О, нет, я люблю тратить чужие деньги. Однако сегодня обойдёмся без этого. Но важно понимать, успеют ли ваши люди купить всё необходимое до прихода гостя?

— Только скажи, что необходимо, и это будет лежать перед тобой уже через двадцать минут.

* * *

Двери распахнулись бесшумно. Дворецкий торжественно (ну, почти) провозгласил:

— Его Светлость, князь Василий Оболенский.

В зал вошёл человек-гора. Это было первое впечатление. Князь был огромным, грузным мужчиной с одышкой, которую было слышно даже с моего места. Он опирался на трость, каждый шаг давался ему с усилием, словно он нёс на плечах не только собственное