Из пепла к славе 1-6 - Оксана Кас

причины заменять ею Хэджин. У Хэджин красивый голос и она умеет петь, просто вокал пока нестабилен. Ну, и танцует так себе. Но все это перекрывает более редкое и более ценное для айдола качество — она эмоциональна и умеет полностью отдаваться выступлению, что делает ее очень привлекательной на сцене. Ну и да, Хэджин банально красивее этой девушки-беглянки, имени которой Дан не знал. Кроме того, Дан знал Хэджин в прошлой жизни. Сейчас она еще совсем ребенок внешне, но со временем ее типично детская внешность станет ее визитной карточкой. Это, к слову, даже забавно. У Миён внешность острая, немного хищная. Типаж Юнбёль — красотка в стиле Барби. И миленькая малышка Хэджин. Они — как три варианта женской привлекательности.

Пока Дан заканчивал приготовление супа, закончилась первая серия. Позавтракали под вторую. Потом, не сговариваясь, расположились на диване. То смотрели, то обсуждали происходящее, периодически все трое что-то строчили в телефонах. Дан переписывался с Арин — та вчерашний холод сменила на привычное восхищение всем подряд.

Финал этого шоу вышел в этот четверг, так что они смогли за воскресенье посмотреть все выпуски. Что-то ставили на увеличенную скорость, иначе бы, конечно, не успели досмотреть.

В пятерку финалисток вошли самые миленькие. Беглянка из Person, впрочем, получила желанное место в будущей группе. Смотря на то, как выглядят девочки вместе, у Дана были сомнения в том, что это реально выбор зрителей. Они примерно одного роста, все одного типажа, все красивые, неприлично юные… реальные способности пока что под вопросом. С другой стороны — не завтра же они будут дебютировать, может, за полгода подтянут девчонок.

— Не знаете, кстати, когда будет дебют мужской группы Ssag? — спросил Дан.

— Ближе к концу зимы, — ответил Минсок. — Это Хэвон рассказывал. Парни из UQ дебютируют после МАМА, пятнадцатого декабря, кажется. И Ssag своих тоже к дебюту готовит — те стали выглядеть несчастными, потому что там вспомнили, что им нужно соответствовать стандартам PDS. Но вроде песни уже записывают… Хэвон лучше знает…

— Не особо важно, — качнул головой Дан.

Получается, что дебют Ssag будет близко к парням ММ. Но вряд ли в этом можно кого-то винить — в Person еще не определились с дебютом, потому что группа не совсем к нему готова.

— А эта пятерка будет конкурентами наших младших? — спросил Минсок, кивая в сторону телевизора.

На экране застыл кадр с пятью победительницами. Джинхо уже отложил телефон и неспешно разминался, стоя рядом с диваном. Некоторые движения сопровождались хрустом суставов и недовольным бурчанием: из-за подготовки к премиям они много танцевали и легкая мышечная боль стала обыденной частью жизни.

— Да, одни из главных соперниц, — подтвердил Дан, тоже вставая с дивана, — Но не забывай, что в КАС тоже готовят группу. Для их агентства маленькую — из четырех человек, но продюсировать их будет весьма талантливая женщина.

— Тяжело придется Миён, — вздохнул Минсок.

Дан тоже начал потихоньку разминать мышцы:

— А кому легко? Так-то им еще с Flower конкурировать. Да, концепции разные, но по сути…

Минсок тяжело вздохнул, а потом скептически поинтересовался:

— А вы чего тут устроили? Что за оркестр хрустящих суставов?

— Присоединяйся, — хмыкнул Дан. — Но, вообще, я все же прогуляюсь в агентство, посижу в студии…есть одна идея, хочу поработать.

Минсок под нос себе фыркнул что-то про трудоголиков и разблокировал экран своего телефона. Дан же, разминая руки, направился в сторону своей комнаты — нужно в душ, переодеться, и работать. Песни сами себя не напишут.

Глава 27

Хорошие и плохие девочки

Долгое время женская проектная группа жила в обычном общежитии, просто для удобства всех рядовых девушек-трейни отселили в другую общагу. У Person, по меркам трейни, условия для проживания хорошие хотя бы потому, что есть душ в каждой комнате. Но стоит признать тот факт, что ремонт в них не делали уже давно, а куча подростков без нормального присмотра — не лучшие жильцы. Периодически что-то ломалось, девчонки постоянно забывали делать заявки на ремонт и как-то они целую неделю жили без горячей воды на кухне. И холодильник не мешало бы помыть — пахло из него не очень. Ну и так, по мелочам — где-то пятна, где-то царапины, где-то скрипит пол. Делать с этим, разумеется, никто ничего не хотел, зато мечтательно думали о новом общежитии для них семерых.

И вот в ноябре им велели собирать вещи: начиналась подготовка к дебюту и они переезжают в собственное общежитие.

Новые контракты подписали где-то за месяц. Так они перестали быть рядовыми трейни и по бумагам в том числе. По-своему пугающим фактом было то, что их внешность уже им не принадлежит… не настолько сурово, конечно, но права самостоятельно что-то в себе менять у них больше нет. Тогда же сообщили, что Person будут делать документально-развлекательное шоу, поэтому им предстоит привыкнуть к камерам и интервью.

Косметолога и парикмахера посетили они все, друг за дружкой. У косметолога, кроме каких-то относительно простых процедур, многим делали уколы. Всем, кому исполнилось восемнадцать, «делали губы». Не в смысле — большие и пухлые, а, скорее, четко очерченные и симметричные, что стало понятно уже через несколько дней, когда спал отек.

У парикмахера никого не красили, все остались с родным цветом. И, несмотря на свежие стрижки, длину волос тоже по максимуму сохранили. Всех их учили делать себе прически. Бёль научилась быстро делать крепкий, но якобы небрежный пучок на затылке, Бетти, кажется, с закрытыми глазами себе хвостики ровно завяжет, а Миён профессионально плетет косы. То же самое с макияжем — они должны уметь делать быстрый мейк, который выглядит максимально незаметно, но выгодно подчеркивает их внешность. Нарастили ресницы, удалили лишние волосы, сделали аккуратный маникюр, дали советы по стилю и подбору бижутерии. Больше всего вложений было в Бёль, ей даже новую косметику выдали.

К этому времени у Бетти полностью прошли синяки после операции. В ее случае было заметно, что с внешностью что-то делали, но Person и не планировали скрывать факт хирургического вмешательства — все же работу над челюстью сложно объяснить взрослением, а у девчонки из Австралии немалый цифровой след и много фотографий. Но Бетти была довольна изменениями и как-то призналась, что только сейчас стала чувствовать себя свободно — раньше ей постоянно говорили, что она страшненькая. То, что при этом ей придется признавать, что ее внешность — не генетика, а хирургия, ее не особо огорчало.

Таким образом, в ноябре они были во всеоружии: выглядели максимально хорошо и с