"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

же, ей было ещё далеко до той, которой я обладал в прошлом мире. Тогда во мне было столько силы, что я нынешний не выстоял бы и минуты, случись мне сражаться с самим собой.

Но ничего, всё впереди. Я в начале пути, и это хорошо. Этот мир предоставил мне шанс совместить молодое, сильное тело с опытом и уникальными для здешней реальности способностями. Разумеется, я его не упущу.

Вернувшись с кладбища, я растянулся на кровати. Тело требовало отдыха. И позитивной энергии, которой теперь не хватало. А следить за балансом необходимо, иначе легко скатиться в одну сторону. Я пару раз наблюдал такое. Маг перебрал с тёмной энергией и едва не превратился в безумного убийцу, не различающего своих и чужих. Нет, мне такого не надо.

— Эй, — раздался справа знакомый голос. — Чего развалился? Мы на кладбище не просто пожрать ездили. Или тебе моя помощь уже не требуется?

Повернув голову, я смерил фамильяра усталым взглядом.

— Дай дух-то перевести…

— Успеешь, — строго обронил хомяк. — Сначала дело.

— Ладно, убедил. Ты помнишь, что там по списку?

— Да-да! — нетерпеливо отмахнулся Чупа. — Как всегда. Не первый день знакомы. Но, помимо стандартного комплекта, ты хотел боевую технику. Демоническую руку, — фамильяр плотоядно облизнулся.

Я вздохнул. Такие вот плюшки не задарма даются. То-то у хомяка глаза светятся больше обычного.

— Думаю, она мне может в скором времени пригодиться. Лучше быть готовым заранее.

— Это точно! — легко согласился Чупакабра. — Ну, давай же! Не будем тянуть хомяка за яйца. Тебе — рука, а мне… краски.

— Какие ещё краски? — не понял я.

Прежде фамильяр ничего такого взамен своей помощи не просил.

— Цвета, — пояснил он. — Хочу поглядеть на этот мир во всём его разнообразии.

— Да он такой же, как… Погоди, ты что, цветов не различаешь⁈ — вдруг сообразил я.

— Различаю, не различаю… Не твоего ума дело! Будешь меняться?

— Позволь уточнить. Я ведь зрения при этом не лишусь?

— Нет, — буркнул хомяк. — На кой мне твоё зрение опять? Мне нужны только цвета, которые ты видишь.

— То есть, мне останется монохром?

— Называй, как хочешь. Меняемся или нет?

— Да, согласен.

— Четыре дня! — быстро выпалил Чупакабра. — И Рука твоя вплоть до первого использования. Обычные условия, в общем.

— Не-не, — нахмурился я. — Какие четыре дня⁈ С ума сошёл? Два!

Фамильяр презрительно хмыкнул. Даже усы встопорщились от возмущения.

— Два⁈ Не пойдёт!

— Четыре — тоже не разговор.

— Но…

— Ты хочешь увидеть мир в красках или нет⁈

Хомяк набычился.

— Три! — выпалил он после паузы. — Или справляйся сам!

— Ладно, убедил, — сдался я.

Уверен, он нарочно назвал четыре дня, чтобы затем сторговаться. Довольно часто так делал, хоть и не всегда.

Хомяк перепрыгнул на прикроватную тумбочку, смачно плюнул себе на лапу и протянул её мне.

— По рукам!

Я пожал мохнатую конечность, почувствовав крошечные коготки. Между нашими руками пробежали фиолетовые искры, означая, что договор скреплён.

— Отлично! — довольно воскликнул Чупакабра. Даже лапки потёр. — Угодно проверить, работает ли Рука, прежде, чем расстанешься с красками?

— Это не будет засчитано за первое использование, — сказал я.

Фамильяр закатил глаза.

— Да за кого ты меня принимаешь⁈ — изобразив обиду, воскликнул он. — За жулика?

— Ты давай не юли, — сказал я строго. — Согласись с тем, что этот раз не считается.

— Ладно-ладно! Не считается. Вне зачёта. Доволен?

— Ага. Давай, показывай. Погляжу хоть, стоило оно того или нет.

— Ты точно решил меня довести! — насупился фамильяр. — И это после всего, что я для тебя сделал!

— Меньше трёпа, жадный грызун.

Фыркнув и показывая всем видом, что оскорблён до глубины души — ну, или что там вместо неё у демонов — Чупакабра свернулся в мохнатый шар, засветился красным, вспыхнул и переместился на мою правую руку. Шерсть исчезла, как и симпатичная мордочка домашнего питомца. Фамильяр превратился в существо наподобие алого спрута, чьи щупальца быстро оплели предплечье, образовав своеобразную толстую перчатку, покрытую присосками и наростами.

Я медленно расправил пальцы. Они стали больше и заканчивались длинными чёрными когтями. От руки исходило пульсирующее красное свечение, внутри которого переливались крошечные искры. Я мысленно отдал приказ, и кисть вытянулась, превратившись в сверкающее изогнутое лезвие. Вдоль него мерцала вязь причудливых символов иномирного языка. Ещё один приказ — и клинок сменился топором. Затем — молотом и циркулярной пилой. Так, с холодняком понятно. Работает. Я представил кнут, и фамильяр вытянулся в длинный извивающийся хлыст, покрытый острыми шипами. Отлично! Теперь пройдёмся по огнестрелу…

Я отдал приказ, но ничего не произошло.

— В чём дело? — спросил я мысленно.

В голове всплыл ответ:

— Слишком низкий уровень. Нужно развитие.

Чёрт! А я уже губу раскатал.

— Ну, всё? — проворчал в моей голове фамильяр. — Хватит демонстрации?

— Да, — ответил я вслух.

Чупакабра тут же соскользнул с руки и приземлился на пол, приобретя свой обычный мохнатый вид. А через секунду мир вокруг меня утратил разнообразие, превратившись в чёрно-белое кино.

Фамильяр же повёл головой из стороны в сторону, глаза его вспыхнули ярче прежнего, и на мордочке расплылась жутковатая улыбка.

— Красота! — восхищённо выдохнул он. — Просто класс! И ты всё время так видишь⁈

— Не сейчас, — ответил я.

— Ничего, это всего на три дня. К сожалению…

В этот момент раздался стук в дверь.

— Брысь! — шикнул я на фамильяра, и он тотчас растворился в воздухе, словно тьма на рассвете.

— Кто там⁈ — крикнул я.

— Рома. Есть минутка?

Поднявшись с кровати, я подошёл к двери и нажал кнопку. Она отъехала в сторону. Булкин стоял, переминаясь с ноги на ногу и прижимая к груди стопку бумажных тетрадей.

— Не занят? — спросил он с надеждой.

— Нет, валяюсь. Заходи.

— Спасибо.

Булкин переступил порог и остановился в нерешительности. Он выглядел смущённо.

— В чём дело? — нахмурился я. — Что это у тебя? Какое-то задание? Нужна помощь?

— Нет, — мотнул головой Рома. — Это… мои наброски. Я подумал, может, ты взглянешь? Меня интересует твоё мнение.

— Наброски чего? — не понял я.