"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

эмоции, если бы не находился в обществе трех эсперов. Вот же… повезло! Три пары глаз уставились на него выжидающе. Но он не обязан объяснять, отчего так муторно на душе.

— Тамара Егоровна никому о нас не расскажет, — выдавил он. — Куда теперь? Сава?

— А черт его знает, куда, — неожиданно выдал Сава. — Александр Иванович сказал, что отсидеться в служебной квартире не удастся. Кто-то может узнать, донести. Дня на три надо залечь на дно.

— Переночевать мы можем здесь, — сказал Матвей. — Тамара Егоровна предложила. Она и на три дня приютит, но, пожалуй, не стоит. Соседи могут заинтересоваться. Все же нас четверо.

— Козельск — город маленький, — заметил Леня. — Отсюда надо уезжать. Даже изменив внешность, мы на виду. Нас четверо, и мы приезжие.

— Я могу предложить только родовой подвал Морозовых, — фыркнула Яра. — Хотя… Если император знал, где дедушка прячется, то знал кто-то еще. Скорее всего, Разумовский. Я не уверена, что защита от чужой крови не пропустит эспера внутрь подвала, если идти через Испод.

— Где вас точно не будут искать? — подсказал Леня. — Там и надо пересидеть.

— Там, где не будут искать… и где у нас не попросят документы… — задумчиво произнес Сава.

Они так ничего и не придумали. Чтобы в гостинице поселиться, нужно паспорт предъявить. Друзья, знакомые — все мимо. В большом городе можно затеряться, но ведь и ночевать где-то надо. В лес идти, туристов изображать? Снаряжения нет.

Леня как-то незаметно влился в команду. Теперь, когда они не следили за словами, как-то не казалось, что от него нужно что-то скрывать. Матвей доверял чутью Савы и Яры, да и собственная интуиция подсказывала, что Леня — свой человек.

Беспокоила Яра. Она все больше отмалчивалась, за разговором не следила, уставившись в одну точку отстраненным взглядом. Ее можно понять. Встреча с матерью получилась не лучше, чем у Матвея. Но ему тогда Сава не позволил рефлексировать, быстро выбил всю дурь из головы. А Яра предоставлена самой себе. И она… девочка. Там еще и брат младший, родной, рожденный в законном браке.

Выручил Сава. Любит он Яру, это и дураку понятно.

— Лень, пойдем на кухню, хозяйке поможем на стол накрыть, — сказал он. — Яр, Матвей, вы пока тут… приберитесь.

— Я тоже могу на стол, — дернулась Яра.

— Кухня маленькая, мы там все не развернемся, — остановил ее Сава.

И Матвею знаком показал, что минут десять у них есть.

Искать утешение в объятиях брата Яра не пожелала.

— Все со мной нормально, — сказала она. — Не нужно так рисковать, мы не одни.

Правда, заметив огорчение Матвея, чмокнула его в щеку.

— Я не сахарная, братик. Если ты беспокоишься, что я переживаю из-за матери, то это не так. Все лучше, чем я себе представляла. Я же не строила иллюзий. Я, вообще, ее видеть не хотела. Приехала за информацией. Кое-что узнала. И все равно ничего не сходится.

— И до чего ты додумалась? — поинтересовался Матвей.

— Если мой главный враг — Разумовский, то почему он отдал меня Шереметеву? Вот этого я не понимаю. Разумовский мог узнать о моем даре от деда. От моего, который провидец. Потому маму и заставили написать отказ. Разумовский имел на меня планы и хотел курировать мое обучение. Логично?

— Логично, — согласился Матвей. — Но он не подтвердил твой дар. К дяде ты попала случайно, и он получил право заниматься твоим обучением.

— Несмотря на то, что я — крепостная императора, — напомнила Яра. — Хорошо, допустим, что это не противоречило цели Разумовского, какой бы она не была. Пусть обучает кто-то другой, он все равно сумеет меня заполучить, через императора. Так?

— Так, — кивнул Матвей.

— Но, если он тот, кто убил отца, он не мог так поступить. Он контролировал бы каждый мой шаг.

— Если он и враг, то не главный, — выдохнул Матвей.

Кажется, он сделал свой выбор. Хоть так, хоть эдак, быть ему предателем.

— Ты будто знаешь наверняка, — нахмурилась Яра.

— Полагаю, что знаю. Это нужно проверить, но вероятность высока. Яра, твоего отца предал Павел Шереметев.

— Что? Ерунда! — отмахнулась Яра. — Я читала материалы дела. Твой отец… то есть, тот, кого ты считал отцом… Он единственный, кто защищал моего отца.

— Он знал, чей я сын, — упрямо возразил Матвей. — И мечтал отомстить.

Во взгляде Яры мелькнуло понимание. Она взяла Матвея за руку, сжала пальцы.

— Я разузнаю все тихо, без скандала, — пообещала она. — Возможно, ты ошибаешься.

Слабое утешение, но…

— Я на твоей стороне, Яра. При любом раскладе.

Она кивнула и обняла его, на мгновение прижалась… и отстранилась. Вовремя. В комнату заглянул Леня.

— Есть идите, — позвал он.

Идею, куда податься, подсказала няня. После ужина ей позвонила племянница, и разговор няню огорчил. Матвей, естественно, поинтересовался, что случилось.

— Да я запамятовала, — вздохнула няня. — Я ж Галке обещала до рынка дойти, парочку парней покрепче в сады отправить.

— В какие еще сады?

— В яблоневые. Яблоки поспели, собирать надо, а работников не хватает. Вот чтоб ей не ехать, меня попросила помочь. А я…

Она махнула рукой.

— Это мы виноваты, что ты забыла, — сказал Матвей. — Мы и поедем помогать. Дня на три. За это время найдешь работников.

Сава идею одобрил.

— Это удача. И покормят, и место выделят на сеновале, — сказал он. — Только Яра останется тут. Один человек внимания не привлечет.

— Вот ты и оставайся! — парировала Яра.

— Яр, там условия…

Ее взгляд был красноречивее слов. Сава заткнулся, недоговорив. Леня прятал усмешку. Матвей и не пытался отговаривать Яру.

Спать легли в кухне, на полу. А ранним утром автобус увез их в Савинские яблочные сады.

Глава 32

Ровные ряды яблонь, усыпанных крупными спелыми плодами, взгляд не радовали. Сладкий воздух, пропитанный фруктовым ароматом, мерное жужжание насекомых, теплое августовское солнце ненадолго наполнили меня умиротворяющим покоем. Стоило сорвать первое яблоко, и в голову вновь полезли тяжелые мысли.

Учеба еще не началась, а я уже поняла главное: быть эспером не сложно, гораздо труднее не сойти с ума, осознавая, что в мире эсперов нет точек опоры. Грани между реальностью