Трон Войны - Guiltythree

побочными ветвями. И с родственниками жены Мадока тоже. Моя невеста действительно очень хорошая девушка. И она действительно заслуживает спокойного медового месяца».

С этими словами он кивнул и, не оглядываясь, покинул подземный зал. Но прежде чем его фигура исчезла в темноте, Анвил остановился и тем же спокойным, безразличным тоном добавил:

«О… я слышал, что твой сын стал Пробуждённым. Прими мои искренние поздравления. Уверен, он заставит тебя гордиться им».

Вскоре Джест остался один в безмолвном зале.

Он чувствовал странную тревогу.

Через некоторое время он тяжело вздохнул.

«Ах, этот мальчик. Он такой серьёзный. Что же мне с ним делать?»

Анвил смело заявил, что превратит себя в бесчувственную машину, чтобы победить свой Недостаток. Однако не так-то просто заставить своё сердце измениться — в конце концов, он всё ещё был человеком.

Джест точно знал, что Анвил потерпит поражение, несмотря на свою холодную решимость, и не раз.

Но ведь он был сыном Стража Доблести. Возможно, он как-нибудь справится.

Стража больше не было, и жены Джеста тоже. Но их следы остались.

Остались их дети.

И Джест был единственным, кто мог позаботиться о них. Он обещал это сделать.

И он собирался сделать всё возможное, чтобы не подвести их.

Взглянув на холст, закрывающий большое зеркало, Джест вздохнул.

«Свет мой, зеркальце, скажи…»

Затем он вздрогнул, нахмурился и молча пошёл прочь.

Глава 2164

Нечего терять

Кэсси на мгновение замерла, наконец-то найдя то, что искала.

«Недостаток короля…»

И какой же это был жестокий Недостаток. Неудивительно, что он казался холодным как сталь…

Не то чтобы Анвил был неспособен испытывать эмоции — он просто приучил себя не делать этого. Поскольку ему было суждено терять всё, чем он дорожил, он заменил любовь и привязанность безразличием, тем самым избавив себя и близких от последствий своего Недостатка.

Его намерения много лет назад были добрыми… даже благородными.

Но в итоге выбранный им путь превратил его в монстра, извращающего и уничтожающего всё, к чему он прикасался. Потому что как только он научился ничего не ценить, узы, связывающие его с человечеством, оборвались. И, лишившись привязанностей, его холодное железное сердце медленно уносилось всё дальше и дальше от всего доброго и человеческого.

Морган и Мордрет были самыми очевидными жертвами нечеловеческой отрешённости Анвила. Но было и бесчисленное множество других жертв…

Каждый солдат, погибший в Божьей Могиле, каждый мирный житель, принесённый в жертву Цепи Кошмаров, пока Великие Кланы вели междоусобную войну, и все остальные, кто стал побочным ущербом в бессердечном стремлении Анвила к тому, что он считал высшим благом.

…Сломанный Меч, клан Бессмертного Пламени. И Нефис тоже.

Благими намерениями вымощена дорога в ад, а в данном случае сам ад был выкован одним решением волевого юноши.

Это было бы просто душераздирающе, если бы не было так отвратительно и ужасающе.

Как раз в тот момент, когда Кэсси подумала об этом, крупная фигура Джеста вдруг наклонилась вперёд, и его губы растянулись в свирепой ухмылке, обнажив чудовищные зубы.

Но он не освободился от её взгляда… по крайней мере пока.

У Кэсси оставалось не так уж много времени. К счастью, она уже получила то, что хотела.

Кэсси решила закончить на этом, чтобы избежать дальнейшей опасности…

Но тут её внимание привлекло ещё одно созвездие воспоминаний.

Оно было таким ярким и живым, но в то же время странно тревожным. Словно что-то, что Джест отчаянно хотел забыть, но не мог.

Кэсси остановилась, внезапно почувствовав себя заинтригованной. К этому моменту она видела большую часть его самых запоминающихся воспоминаний. Нисхождение Заклятия Кошмара, знакомство со Стражем, рождение детей, смерть сына, потеря жены и лучшего друга…

Что ещё оставалось?

Его Третий Кошмар?

Даже всё прекрасно понимая, она всё равно не смогла удержаться и сожгла ещё больше эссенции, чтобы погрузиться в яркое, тревожное воспоминание.

Странно, но созвездие ярких воспоминаний не имело никакого отношения к тому, как Джест стал Святым. Вместо этого оно в основном происходило в Бастионе…

Это случилось всего через пару лет после того судьбоносного разговора в зале с зеркалом.

Кэсси нахмурилась, проносясь по калейдоскопу чужих впечатлений и чувствуя, что её контроль над разумом Джеста становится всё более и более слабым.

* * *

Как Анвил и обещал, он положил конец внутренней борьбе в Бастионе. Джест решил бы проблему, просто уничтожив всех паразитов — или хотя бы некоторых из них, чтобы преподать урок остальным. Но молодой наследник Валора пошёл на укрепление своей власти менее кровавым, но, пожалуй, более безжалостным путём.

Существовали способы сломить людей, не заставляя их истекать кровью, и он не щадил членов своей расширенной семьи. От его холодности и решительности Джесту даже было немного не по себе.

Мальчик вырос и стал мужчиной… причём пугающим мужчиной. Возможно, только так могли вырасти дети, рождённые в эпоху Заклятия Кошмара.

«Он похож на… более холодную и страшную версию Стража».

Джест был немного обеспокоен и немного горд.

После этого мир продолжал вращаться. Гонка, о которой говорил Страж, продолжалась, и с каждым месяцем человечество теряло часть того преимущества, которое приобрело в прошлом.

Анвил укрепил своё положение в Бастионе, но, хотя власть и престиж Валора всё ещё многое значили, влияние его семьи пошло на спад. Молодому Пробуждённому было нелегко противостоять старым монстрам Первого Поколения, тем более что многие из них уже были Мастерами.

Многие погибли так же, как и Страж, и продолжали терять свои жизни в отчаянной погоне за Трансцендентностью. Как будто великая чистка тех времён, когда Бессмертное Пламя ещё не покорил Семя Кошмара, происходила снова, стирая с лица земли всё больше и больше знакомых лиц.

Каждый раз, когда Джест оглядывался, кого-то уже не было.

В любом случае, по этим и многим другим причинам Анвил был полон решимости бросить вызов Второму Кошмару как можно скорее.

Его приготовления были быстрыми, но тщательными. Он почти не спал, проводя всё своё время в тренировках, ковке или изучении секретов рунического колдовства. Возможно, Сломанный Меч и был самым смертоносным воином в их когорте, но именно Анвил отвечал за оснащение своих товарищей лучшими Воспоминаниями и снаряжением, о которых только мог мечтать Пробуждённый.

Он также часто посещал запретное царство, скрытое в жутком зеркале под Бастионом, и каждый раз ему удавалось вернуться живым. Каждый раз, возвращаясь из этих опасных путешествий, Анвил запирался либо в библиотеке, либо в кузнице, иногда оставаясь там неделями.

Со временем он приобрёл несколько странных причуд. И дело было