Куратор 3 - Никита Киров

Вполне в духе Трофимова, сначала пряник, а потом не просто кнут, а рабская галера с множеством кнутов. Вцепятся навсегда.

А мы сейчас поработаем иначе. Я же ещё вчера готовил для Фатина задачу, вот и пора ей воспользоваться.

— Ты же любишь старые дома? — спросил я, будто только что вспомнил.

— А ты откуда знаешь? — удивился он.

— Ну ты чего, забыл? У тебя же канал был, где ты писал разные вещи. И про дома в том числе, которые сносить хотят. Ты его забросил совсем.

Именно через тот канал я его вычислил. Недавно проверял, канал всё ещё заброшен.

— А, ну да, — Фатин нервно усмехнулся. — Как-то не до этого стало, а раньше интересовался. Но от канала учётка потерялась, её заблочили, надо новый канал делать.

— Ничего страшного, — я кивнул. — А помнишь Андрея Сергеича Гойко?

— Конечно, как не помнить. Думал, нормальный человек. А он, говорят, на тебя напал и сбежал. Знаешь, вот смотрю на всё это… это не вайб фильмов про Бонда, а какой-то сериал на НТВ, — он засмеялся, оживившись.

— А ты их смотришь?

— Не-а, — он хмыкнул. — Мемасы только видел, с актёрской игрой.

Видно, что Серёга пришёл в себя после первого шока. И теперь можно работать.

— И смотри, что можно сделать, — я стал говорить тише, и он наклонился ко мне. — Но сначала ещё вопрос. На улице Железнодорожной, бывшей Дзержинского, есть аварийный дом, готовят к сносу. Знаешь такой? Сталинка.

— А, этот я знаю! — Фатин тут же оживился. — Его должны были выкупить и отремонтировать, но по факту он просто простоял у них весь срок, пока совсем не обветшал. Будут сносить.

— Здание особенное?

— Ещё бы! Сталинский ампир, там лепнина с тех времён осталась, оригинальная, и колонны с советской символикой. Внизу вообще гранитом облицован! Дворец почти! На весь город всего два дома таких осталось.

Да, вот это тема ему точно интересна. Так что не зря я про это думал.

— Восстанови канал, — предложил я. — И сделай снимки. Но не дома на Железнодорожной, а второго, о котором ты говорил.

— Он в центре, жилой, ещё нормальный.

— Неважно. Сделай фотки, выложи на канал.

— Угу, — он уставился на меня. — А смысл?

— Тебя изучают. И когда ты выложишь дом, поинтересуются, почему ты это делаешь. Наверное, придёт Витя. Вот ему и скажешь…

— Он же душнила, — Фатин поморщился. Прозвучало очень искренне.

— Вот ему и скажешь, что тебя недавно спрашивали про такие дома, и ты снова заинтересовался темой. Когда спросит кто, то скажешь, что про похожий дом у тебя интересовался Гойко Андрей Сергеич. Спрашивал, в каком состоянии дом, что с ним будут делать в ближайшее время. Ты же в курсе, чем живут градозащитники, общался раньше, вот и можешь знать.

— И для чего это?

— Крючок, чтобы они поверили в одну схему. И скажешь, что снова заинтересовался темой, что таких домов всего два, вот ты и пошёл проверять второй.

— Так может, сразу дом на Железнодорожной идти смотреть? — спросил он.

— Нет. Подозрительно. Надо постепенно. Или не сработает.

Да, было бы странно, если бы в один день Трофимову доложили о тайнике, и туда сразу пришёл Фатин, чтобы сделать блог.

А тут сделаем иначе — снова заинтересовался, восстановил канал. А парень наверняка под колпаком, и его жизнью интересуются, канал заметят. А почему он вернулся к старому увлечению — появился повод, один разговор пробудил старые воспоминания.

Для работы же главное, что это ещё один источник информации, подтверждающий то, что врагу уже известно. Неочевидный, но такой, в который поверят, если обнаружат.

Если обнаружат, конечно. Но должны. Ведь если нет, то это будет значить, что Трофимов потерял хватку, у него не осталось профи, чтобы за таким следить, и я резко усилю напор.

Но это идеальный вариант, и вряд ли он случится.

А разговор шёл отлично, Фатин расслабился и задачу понял.

— Всё выйдет как надо, — подбодрил я. — И не парься, мэн. Вечером выберем место, где тебе позвонят.

— А ты сам всё придумал? — спросил он с лёгким сомнением.

— А ты покрутись подольше в этой сфере, и не такое выдумывать будешь. Но про дома тебе ещё вчера хотели предложить. Но так даже лучше выйдет.

Какое-то время поработал, сам же просился помогать, вот и странно будет, если вдруг уйду. Заодно полистал бумаги, которые изучал Фатин.

На листе были отчёты по установке городских систем видеонаблюдения. Вопрос этот постоянно всплывал, но в чём его связь с моей работой, ещё предстояло выяснить. Видеонаблюдением интересовался как Трофимов, так и ФСБ, и все остальные.

Но зацепок не было. В чём смысл? Теоретически понятно, ведь это часть системы «Щит», которая теоретически допускала подключение к городским камерам, чтобы отслеживать приближающуюся угрозу к объекту. Но это был только прототип, схема на бумаге, и всё.

Надо бы ещё понять, почему всё-таки решили убирать Степанова. Он до сих пор не ответил мне на этот вопрос, потому что, возможно, и сам не знал, почему Гойко планировал его ликвидацию.

Просто так мочить чекиста — слишком опасно. Даже в целях провокации. Скорее всего, Степанов что-то нащупал и, возможно, ещё сам не понял, что именно.

Это надо обсуждать с ним, но от лица Фантома. Вопросов много.

Я глянул в телефон Толика. Катя написала, что скоро уходит на обед. В ответ послал ей стикер с котом, которому приставляют нарисованную на листке улыбку — будто улыбается он сам, и написал, что присоединюсь.

* * *

Качаю ситуацию дальше. Появился независимый источник подтверждения для тайника. Но нужно забросить Трофимову ещё кое-что, очередную дезу, уловку, чтобы он действовал.

Трофимов — человек старый. Интернетом пользуется неохотно, и всё нужное для него разыскивает помощник. И этим помощником я займусь, а пока же нужно начать подготовку к разным делам.

Была у Трофимова одна особенность, о которой современная молодёжь не подумает. Но она может сработать, как начало новой цепочки.

Я узнаю, когда его люди заберут тайник. А мне нужно знать его реакцию, а для этого нужен контакт в его окружении, чего я добиваюсь давно.

Первым делом заехал в общагу. Миши не было, но другой сосед, Саша, парень в очках, будто приросший к кровати со своей игровой приставкой, сейчас сидел за столом и что-то писал.

Скоро же осень, придётся ему сдавать хвосты, вот он и готовился.

— Санёк, — попросил я. — Слушай, дай свою приставку погонять.

— А ты не разобьёшь? — строго спросил он.

— Возьму тебе новую, если что.

— У меня она прошитая, а такие