Как приручить дракона - 4 - Евгений Адгурович Капба

Я понятия не имел, что за существо сейчас ухватил за руку, но в голову приходили в первую очередь допплеры Сапковского — метаморфы, которые могли копировать внешность кого угодно. Если честно — я растерялся. Он на это и рассчитывал, точно. Вот только не учел, что мне уже приходилось общаться со своими альтер-эго, и что они могут вырваться из-под контроля, если я этот контроль ослаблю.

— А НА ЭТОТ СЛУЧАЙ ТЫ КОГО С СОБОЙ ВЗЯЛ, ГРЕБАНЫЙ ТЫ КОМЕДИАНТ? — из моей глотки раздался страшный драконий рык, а глаза заполыхали огнем.

Благо, мужики моей рожи в этот момент не видели. А вот уруки — видели. И реакция их была весьма неожиданной.

— Гарн! — почесал себе мечом затылок один. — За гхаш-тарг?

— Мал? — удивился второй.

Они казались сильно озадаченными. И явно — по моему поводу.

— Да вот, этот чел! — ткнул кардом в мою сторону третий. — Гля!

Я не растерялся — и ухватил мага за второе запястье. Так надежнее. Теперь не наколдует особо! Лицо метаморфа поплыло снова — и дяденька превратился в молодого мужчину с грустными глазами, крючковатым носом и тонкой линией нервных губ. В тот момент я и забыл про негатор у Кравченки в кармане, если честно, больше рассчитывал на свои способности нулевки, а точнее — на их полное отсутствие.

Уруки меж тем, очевидно не переживая за судьбу своего нанимателя, принялись громко и переговариваться на черном наречии, перемежая его вполне понятными для всех русскими словами, а потом тот, что чесал башку мечом, как-то задумчиво пророкотал:

— Слушай, твоя милость, давай — иди это… Напиши им там все, чего они хотят и натыркай в своем этом браслетике. Или мы поднимаем оплату за найм. В связи с возникновением обстоятельств форсмажорного характера. Не, мы от найма не отказываемся, но пункт номер двенадцать ты читал. Это как раз тот случай. Захочешь пояснений — мы поясним, это как два пальца обоссать. Десятикратную таксу потянешь — и мы ща-а-а тут кишки на деревьях развешивать начнем, душевно и лихо, и этого… Который гхаш-тарг — его тоже выпотрошить попробуем. Не победим — хоть сдохнем красиво и легендарно, ы-ы-ы-ы! Но за тыщу денег — это только как договаривались. За тыщу на троих — хлебальниками поторговать и охренительное впечатление произвести.

Лицо мага снова размылось. Сначала оно стало похожим на уручью рожу, потом — на лик Государя, потом — на личико распрекрасной авалонской эльфийки… А потом этот молодой человек с грустными глазами, но в красивом белом пальто сказал досадливо:

— Курбский моя фамилия. Ипполит Матвеевич. Так и запишите. В «Бегемот» еду, свидание у меня.

* * *

По сравнению с Курбским и уруками все остальные ситуации и конфликты на блокпосту уже казались какими-то пресными. Народ до конца дежурства пребывал в неком дуроватом возбуждении: все-таки целый маг-метаморф и три машины смерти — такое не каждый день увидишь! И мы их вроде как призвали к порядку и заставили играть по правилам! Молодцы? Еще какие?

Конечно, мы связались с Холодом и рассказали ему о свидании в «Бегемоте», он обещал держать нас в курсе. И сообщили Криштопову — он обещал пригнать к «Бегемоту» ребят с гранатометами, и с негаторами — тоже, потому как о точных возможностях загадочного Курбского оставалось только гадать.

Обратно псевдо-мерс с уруками проследовал ближе к полуночи, и эти варвары корчили нам дикие рожи из окон, высовывали языки самым похабным образом и показывали неприличные жесты — персонально мне. Вот же бедовый народ! Совершенно понятно, почему у них такая высокая смертность в подростковом возрасте!

Грузовик со сменой — группой дружинников с улицы Ивана Грозного приехал утром. Их командир — молодой отставник-офицер, служивший во время войны где-то в Нахичевани — провел ревизию пакгауза и всего остального оборудования, переговорил с Кравченко, а потом, провожая нас, похлопал ладонью по борту грузовика. Традиция такая!

Заметно потеплело, начиналась оттепель. Грузовик шелестел шинами и покачивался, неспешно двигаясь к Вышемиру. Над утренней дорогой стоял туман, тент кузова ребята отбросили и теперь все пялились на заснеженные поля и теряющийся в дымке блокпост с земляками-дружинниками.

— Когда мы были на войне,

Когда мы были на войне!

То каждый думал о своей

Любимой, или о жене! — затянул один из снага неожиданно чистым голосом.

Несколько человек подхватили:

— И я бы тоже думать мог,

И я бы тоже думать мог,

Когда на трубочку глядел,

На голубой её дымок…

Получалось у них, если честно, здорово.

Я откинулся на скамье, оперся затылком о борт и закрыл глаза, чувствуя, что начинаю задремывать, несмотря на пение соратников. Впереди меня ждал тяжелый день.

Глава 12

Девиантное поведение

Меня вызвали в военкомат — просто позвонили на мобильный, и вручили награду. Военком — средних лет, аккуратно подстриженный и гладко выбритый подполковник с танкистскими погонами земских войск пожал мне руку и сказал:

— Благодарю за службу! — и прицепил мне на лацкан орден святого Георгия Драконоборца четвертой степени. Подполковник оглядел меня стогим, но одобрительным взглядом и проговорил: — Насколько известно — за подвиги как раз на ниве защиты богохранимого отечества от драконьей напасти вам и третья степень скоро на грудь упадет. Но это уже по другому ведомству… Вы у сыскарей ведь работаете?

Мне — и Георгия Драконоборца! Однако, какая-то трагикомедия получается! Но вслух я ответил:

— Подрабатываю.

Похоже — имелся в виду почивший в Бозе от апоплексического удара тростью по голове Инлун Ао-Джун! Это что, где-то в верхах пересмотрели оценку событий? Теперь Пепеляев — молодец, а не Чарторыйский сотоварищи? Тут я едва сдержался, чтоб не выматериться, пожал руку военному комиссару, и быстро-быстро покинул стены казенного здания на улице Земской. И орден в карман спрятал — пусть это и нарушение статута. Ясе потом покажу, посмеемся вместе над дурацким каламбуром, а так — награда эта Гошина, не моя.

— Я и есть ты, — вдруг раздался тихий шепот.

— Гоша? — моему удивлению не было предела.

Что-то слишком много событий для одного дня! Это его так общение с менталистом раздухарило, что скромняга решил высказаться вне Чертогов Разума? Впервые за все долгие месяцы!

— Мне нравится все, что ты делаешь. Я бы и сам