Последний из младшей ветви - Юджин Никитин

Окинув их взглядом барон Савельев, что сегодня исполнял роль судьи и вероятно удовлетворенный осмотром бросил лишь одну фразу «Следуйте за мной» и развернувшись на каблуках уверенным шагом вышел на саму арену, доктор двинулся за ним следом, а затем и основные участники со своими секундантами последовали за ними.

Савельев далеко от входа уходить не стал, буквально прошагав метров двадцать и достигнув какой-то известной только ему точки, он остановился и развернулся к ним. Доктор занял место по его левую руку. Жарков как оказалось остался снаружи у входа, видимо в соответствии с регламентом делать ему тут было нечего.

Дождавшись момента, когда все четверо школьников подошли к нему и встали в ожидании, Дмитрий Андреевич начал свою речь.

— Уважаемые судари — голос его при этом разнесся по всей Арене и судя по всему был прекрасно слышан и на трибунах в том числе, привыкающий потихоньку к чудесам Белов лишь отметил для себя этот интересный момент и сосредоточился на словах судьи, что продолжил — сегодня мы собрались на этой арене чтобы в соответствии с укладом дворянской чести решить ваши разногласия. Ответьте мне сейчас до начала дуэли. Ваши разногласия и решение о проведении дуэли остаются в силе? Или возможно вы приняли решение о примирении спорщиков? Максим Петрович? — обратился он сначала к Николаевскому.

— Разногласия не решены. Решение о примирении возможно лишь после публичных извинений Алексея Николаевича. — тон Николаевского был высокомерен, пафоссен и насмешлив. Он еще и нос при этом задрал. Наверное, позировал перед огромным количеством барышень что сидели на трибунах. Еще бы такая возможность покрасоваться за счет щуплого новичка и заработать себе плюсов в репутацию. С учетом того что их разговор слышали абсолютно все окружающие это больше походило на выступление актера на сцене в известном лишь ему спектакле. А стоящий рядом Димитров, внимательно наблюдавший за Беловым, вряд ли бы дал Максимке уйти на попятный, да и был скорее всего настоящим режиссёром этого спектакля.

— А Вы Алексей Николаевич? Ваши разногласия и решение о проведении дуэли с Максимом Петровичем остаются в силе?

— Разногласия не решены. Извинений от Максима Петровича не получено. Решение о проведении дуэли остается в силе. — голос Алексея был спокоен и уверен. Не равнодушен конечно, но близок к этому. Савельев во время его ответа приподнял бровь, наверное, столь спокойный тон от мелкого школьника был для него удивителен. А вот Димитров нахмурился и одарил Белова подозрительным взглядом. Владислав был совершенно спокоен и никаких эмоций не показывал, со стороны могло показаться что он просто отбывает номер на этом представлении.

— Итак судари. Разногласия не решены. Извинений ни одна из сторон не принесла. Дуэли быть. — голос барона отрезал все возможные пути отступления для участников. Любая слабость или переменчивость после них — огромный ущерб для дворянской чести и позор, который не смыть потом до старости. Да и родственникам еще припоминать будут много лет, если так станется. Барон продолжил озвучивать условия. — Судьей схватки буду я барон Савельев Дмитрий Андреевич как представитель Костромского Дворянского собрания для осуществления схватки честь по чести. Целителем сегодня несет службу Новиков Сергей Дмитриевич — целитель сделал полупоклон куда-то посередине между участниками. — дуэль проводиться на шпагах, без применения магии ввиду не инициированности участников. Дуэль до первой крови.

— Уважаемый Дмитрий Андреевич, как секундант Максима Петровича должен заявить, что мы бы хотели изменить условия проведения дуэли — как и надеялся Белов, Димитров не подкачал в своей хитрозадости.

Савельев вопросительно посмотрел на шагнувшего вперед секунданта Максима.

— Какова причина?

— Максим Петрович уверен, что разногласия не удастся решить в столь короткий срок, так как любая царапина, даже самая незначительная повлечет за собой прекращение дуэли по нынешним условиям и тем самым не удастся донести урок вежливости до Алексея Николаевича — тон Димитрова был насмешлив, а на губах была тень ехидной улыбки, правда заметной для всех участников — Поэтому Максим Петрович предлагает провести дуэль до сдачи или невозможности продолжать одним из участников — заключительные слова секундант Максимки произносил с не наименьшем пафосом чем до этого сам Максимка. Взгляд у него при этом обращенный на Белова был как у победителя, что загнал жертву в угол. Наверное, они решили на своем дружеском собрании что эта угроза выбьет из колеи Белова, и он испугается. Ну или как минимум начнет нервничать и совершать ошибки. Возможно так оно и было бы, если бы на месте Белова старшего стоял сейчас на ристалище малец. Да и задумка была в принципе не плоха. Мол собирается оппонент отделаться малой кровью, всего одной царапиной, а тут бац и условия превратились в очень жесткие. Предполагающие много боли и возможности получения множества легких ранений, а то и очень серьезной травмы. Да и условия поражения тоже сильно сужаются. Либо быть тяжело раненым, либо сдаться на потеху противника.

Сложившаяся ситуация не красила Николаевского с Димитровым, но была в рамках чести, не пересекая грань. Так что поморщившись Савельев повернул голову к Алексею.

— Алексей Николаевич, хотел бы напомнить перед Вашим ответом, что Вы в своем праве как оставить условия дуэли прежними, так и ответить положительно на предложение соперника. — постановка фразы Савельева как бы намекала на облегчение ситуации.

Алексей изобразил задумчивость, как будто размышляет об ответе, аккуратно наблюдая за остальными участниками беседы, что внимательно смотрели на него в ожидании ответа. А выглядели все по-разному, но колоритно. Если Савельев был просто хмур, и по нему было лишь видно легкое раздражение от происходящего. То лицо доктора создавало ощущение что он как минимум съел только что дольку лимона без сахара. Еще бы — готовился он к легкой прогулке на арену, максимум залечить царапину, а по новым условиям есть большая вероятность что придется выложиться по полной. Риск гибели при таких условиях присутствует и не малый. Слишком взрослое условие предложено. Огонек надежды что Алексей откажется от предложения своего противника и останется на предыдущих условиях явно горел в его глазах.

Владислав изо всех сил изображал сову с широко открытыми глазами от удивления происходящему, и этому моменту Белов чуть не усмехнулся, еле сдержавшись от ошибки и сделав себе зарубку на память о том, что Олейников явно хороший лицедей. Не далее, как несколько часов назад Владислав сам прогнозировал такой исход на сегодня.

Трибуны хранили гробовую тишину, казалось все присутствовавшие