Мантия вампира - Сапир А. Инглард

– Ты что, назвала меня милым? – с легкой насмешкой спросил он.

Я слегка улыбнулась.

– Ну, милым – это сильное слово, – задумчиво произнесла я, не сводя глаз с его усталого тела, раскинувшегося на скамейке – мощного и высокого, словно дремлющий зверь. Смертоносный, но безобидный.

Мне стало интересно, как он выглядит во сне – беззаботный, без тревог. С трудом оторвав взгляд, я посмотрела на яркие лилии впереди.

Он сдвинулся, и вдруг я услышала тихий вопрос:

– Я думал, рисование не твое хобби.

На мгновение я замерла, а потом повернулась к нему. Он держал мой блокнот, внимательно разглядывая рисунок. Я даже не заметила, как он вырвал его у меня, и тут же напряглась – вся веселость момента улетучилась. Засмущавшись, я смотрела на его длинные пальцы, бегущие по линиям эскиза.

Его грудь прижалась к моей, губы коснулись шеи, руки – на талии, он ласково терся об меня…

Вспомнив этот момент, я резко вырвала блокнот из его рук, закрыла его и выпалила:

– Так и есть.

Я смотрела в пол, но чувствовала его взгляд, который будто касался меня, прежде чем он сказал привычным ровным голосом:

– У тебя есть потенциал.

Щеки зарделись.

– Вовсе нет, – пробормотала я и вскочила, не глядя на него.

– Хорошего тебе дня! – выдала я на бегу, внутренне ругая себя за неловкость. Стиснув зубы от смущения, я направилась к выходу.

Но тут его рука обвила мою талию и притянула к твердой груди. Его дыхание нежно опаляло ухо:

– Как же приятно хоть раз увидеть тебя такую взволнованную, – прошептал он, и у меня пробежали мурашки по коже.

Когда его губы коснулись мочки уха, я зажмурилась и прикусила губу, чтобы не застонать. Бедра сжались, когда он обнял меня другой рукой, взял подбородок и приподнял голову, обнажая шею.

Я не понимала, что с ним происходит. Почему он так себя ведет? Тут явно дело не в эмоциях. Он был словно другой человек – сексуальный, дьявольски горячий, флиртующий и дразнящий меня, будто мы не Повелитель и новичок и между нами хорошие отношения, а не то, что есть на самом деле.

Резко вспомнились угрозы Маргариты. Я могла ее ненавидеть, но в чем-то она была права – мне нужно держаться от него подальше. Рагнор был опасен. Очень, очень опасен.

И все же, когда его губы коснулись шеи, я задрожала, парализованная желанием, которое настоятельно требовало сдаться.

Грохот заставил его отпустить меня, и я отскочила. Услышав громкий шум за углом, возле входа, я не смела оглянуться и послушалась инстинкта – «бежать, бежать, БЕЖАТЬ!».

Но бегство не смыло его прикосновения. Ничто на свете не могло заставить меня забыть, как его губы скользили по коже, сильные руки сжимали талию.

Тем не менее я пыталась стереть это ощущение с плеч, с оголенной кожи, с подбородка. Забыть о его сильных руках и жарком, манящем дыхании на шее.

Глава 17

Чтобы отпраздновать окончание первого месяца занятий, Эйб объявил о двухнедельной экспедиции. Возможность вырваться из этого места после долгой изоляции казалась невероятно заманчивой. Мы не имели ни малейшей связи с внешним миром, не знали, что творится за этими стенами.

– Мы посетим остальные семь Лиг в Штатах и встретимся с их Повелителями, – рассказал Эйб на последнем занятии этого месяца. – Это ваш шанс познакомиться с Лигами, куда вы, возможно, будете переведены после Аукциона.

«То есть проданы», – подумала я с горечью, но, похоже, я была единственной, кто так думал. Мои одноклассники слишком радовались предстоящей поездке, чтобы заморачиваться такими тонкостями.

Сейчас все пятнадцать новичков ждали Эйба на старом складе, где я впервые открыла глаза после получения Метки. Чего именно мы ждали – было не совсем понятно, преподаватель просто объявил, что мы отправляемся через несколько минут.

Тэнси стояла рядом со мной, погруженная в мысли, разглядывая Зои, Брайса и Джейкоба – «золотое трио» нашего класса после кончины Гаса. Я не в первый раз задавалась вопросом, что у нее на уме. В отличие от остальных Тэнси было трудно прочесть. Похоже, не только мне; все стороной обходили ее.

Ирония в том, что даже среди настоящих вампиров никто не принимал тех, кто выделялся.

– Не странно ли это? – вдруг спросила Тэнси. Я повернулась посмотреть на «золотое трио», пытаясь понять, о чем она, но они просто болтали и смеялись, как и все, радовались поездке.

– Что именно? – отозвалась я.

Она кивнула в сторону компашки.

– Они, – ответила она. – Их дружба. Так странно.

Кто бы говорил. Я нахмурилась.

– Не понимаю.

Вот почему я редко с ней разговариваю; мне было все равно, что она немного рассеянна, но попытки ее понять чаще вызывали у меня головную боль.

Она пожала плечами и прошептала:

– Я тоже.

К счастью, слушать ее дальше не пришлось, потому что в этот момент в конце коридора появились двое.

Рагнор и Логан.

Я напряглась при виде их, приближающихся к нашей группе. Сегодня Рагнор выглядел особенно эффектно: поношенные джинсы заправлены в привычные армейские ботинки, светло-голубая футболка под его фирменным плащом. Волнистые волосы распущены, кончики едва касаются плеч, а на лице появилась легкая щетина – в новинку для него, ведь обычно он был безупречно выбрит.

Логан тоже выглядел свежо: волосы блестели после недавнего душа, на нем были спортивные штаны, кроссовки и белая футболка под черной кожаной курткой.

Мои чертов Повелитель и бывший парень – зрелище не для слабонервных. И я была не единственной, кто так думал: и мужчины, и женщины завороженно следили за ними. Даже Тэнси.

Тут Эйб прервал мой небольшой созерцательный марафон:

– Наш Повелитель и Логан будут сопровождать нас в поездке.

Отлично. Провести две недели с бывшим, который меня ненавидит, и этим засранцем, с которым у меня был странный сексуальный акт в зимнем саду и к которому меня неистово тянуло, несмотря на ненависть?

Катастрофа, которую предстояло пережить.

Когда я училась в десятом классе, наша школа устроила экскурсию в Вашингтон, округ Колумбия. Я тогда впервые в жизни уехала из родного городка и была безумно счастлива, а еще больше – потому что со мной поехал Логан, мой одноклассник.

Он был популярным. С его внешностью, общительностью и талантом в футболе – он был капитаном школьной команды – у него было море друзей, и многие буквально сходили по нему с ума.

Тем не менее Логан знал, что я – его единственный настоящий друг, и всю поездку он провел со мной, игнорируя остальных.