Лабиринт Аль-Ракса - Виктор Абрамовских

на средневековый. Камни — гладкий гранит идеальной формы. Чем их обрабатывали? Магией? Ну да, алмазных резаков и высокоточных станков для такой обработки камня я в этом мире не видел. Земные средневековые замки строили из более мягкого камня. Обычно обрабатывали песчаник, известняк. А вот тут обычный серый гранит. Хотя… обычный-то он обычный, вот только гранит, между прочим, считается одним из самых прочных строительных материалов.

Короче, замок очень прочный. Он только на первый взгляд выглядел ветхим, потому что был заброшен, а горы скопившейся пыли лишь усугубляли обшарпанный вид. На деле же… замок был очень прочным. Неизвестно сколько веков он так простоял, как стойкий оловянный солдатик, и сколько еще простоит в таком же идеальном состоянии. Возможно, очень много… А значит, скорее всего, это не новострой. Тогда вопрос. Кто мог построить его тут, среди скал?

— Что это?! Магия?! — с этим воплем Малло рукой сгреб нас всех в охапку и вытолкал из помещения, куда мы собирались зайти.

— Ты чего? — удивился я, выпав из задумчивого созерцания местных красот.

Я не успел разглядеть, что там такое было, но Старик, видимо, успел.

— Это не магия, Малло. Ты что, зеркал никогда не видел? — запыхтел Старик, сдерживая смех. Ну да, опасно смеяться над человеком с такой кувалдой за поясом.

— Зеркал?.. Там был кто-то другой. Нет! Это магия! — уверенности и испуга в голосе Малло поубавилось, хотя спорить он не перестал.

— Это отражение… — страдальчески закатил глаза Старик, всем видом показывая, что он думает о некоторых необразованных личностях. — Такие огромные зеркала знаешь сколько стоят? Пусти меня!

Старик первым выбрался из каменного захвата Малло и залетел в помещение. Похоже, мы находились в самой крайней башне в ряду, а это был ее первый этаж. Весьма обширный круглый зал с мощными колоннами. А в противоположной от входа стороне полукругом располагались зеркала в полный рост. Напоминало тренировочный зал для танцев. С боков, тоже полукругом, наверх шли массивные лестницы. Там некогда была дверь, а сейчас остался лишь проход на следующий этаж. Двери тут в принципе не сохранились. Только кое-где были видны остатки железных креплений на камнях — на тех местах, где должны были висеть двери. Деревянные ворота сохранились только наружные, в конюшне и в некоторых помещениях. Хоть ворота и выглядят тут самыми древними и обветшалыми, думаю, что они-то как раз новые, по сравнению с остальным замком. Просто двери поставили не везде: лишь в тех помещениях, которые использовали, и на главном входе. В остальных же помещениях двери давно рассыпались в труху. Даже железные крепления поело ржавчиной, и они обломились.

Старик тут же галопом промчался по залу и прилип к зеркалу, ощупывая его и причитая:

— Какая сохранность! Какое огромное! Какое дорогое!

Я тоже подошел ближе, чтобы разглядеть. Удивительно, конечно: железо рассыпалось в труху, а стекло сохранилось в идеальном состоянии. Перед временем стекло оказывается более стойким, чем железо. В этом мире стекло хорошо обрабатывают и с большим искусством — у нас дома было примерно такое же ростовое зеркало, вставленное в красивую раму с растительным орнаментом, так что ничего удивительного в зеркале нет. Просто весьма интересное исполнение. Вставленное в гранит, как в оправу, и никаких украшений. Все же стекло тут предмет искусства.

Но что меня действительно удивило, так это свое отражение. Особенно то, что выгляжу я как семнадцатилетний пацан эльфийской наружности. Да, опять это несоответствие в голове и в жизни. Наверное, я еще долго буду вздрагивать от своего отражения и того, что я выгляжу как бомж. Весь пыльный, хоть выбивай, как ковер. Облаченный в тряпки, будто меня бухие бедуины с верблюда где-то в песках выкинули, и я странствовал восемь лет в поисках дома. Тощий. Волосы спутанные и сосульками свисают, а оттуда острые локаторы торчат. Только ясные голубые глаза выделяются слишком взрослым взглядом на грязном лице.

Мы вроде странствовали недолго, а поди ж ты, чухонец какой. Пустыня безжалостна. Где тот высокомерный франт в белых одеждах из воспоминаний Келя? Из зеркала на нас обоих смотрел чужой для нас человек.

— Эй, ребят, тут, кажется, жилые комнаты, — отвлек меня от созерцания голос Тао, доносящийся откуда-то со второго этажа.

Резко отвернувшись от своего отражения, выхватил у Старика факел и побежал туда. Я первый буду выбирать!

На втором этаже был ровный прямой коридор, проходящий вдоль наружной стены. В сторону двора замка через большие арочные проходы можно было выйти в галерею с колоннами, которая шла вдоль всей стены. А в замковой стене находились комнаты. Довольно большие и даже с балкончиками, а эти балкончики выходили наружу из замковой стены. Как бы странное украшение. Все-таки стены должны быть неприступными. Но не тут. Этот край с балконами висел над пропастью между скал, а под ним была бездна около тридцати метров в высоту, если прикидывать на глаз. В самом низу ущелья серебрилась вода бурного потока с висящими над ней радугами. Скала напротив такая же отвесная.

Неприступность замка с этой стороны обеспечивается вовсе не крепостью и толщиной стен. Чтобы добраться сюда, нужно уметь даже не летать, а левитировать. Полет в столь ограниченном скалами пространстве тоже весьма опасное занятие. Вертолет, допустим, тут не развернется. Ну или нужно уметь ходить по отвесной скале как муха. Но тогда в принципе и стены теряют всякий смысл.

— Вот это высота! — высунулся рядом со мной Малло. — Пока будешь падать, состаришся.

На балкончик я выйти так и не решился, хотя он выглядел прочным, как и все в этом замке. Так что обозревал красоты, едва высунувшись из прохода и держась на всякий случай за косяк. Хоть и страшновато тут, но жуть как красиво.

— Я решил. Я живу тут, — сообщил я Малло.

— Тогда я в соседней комнате, — усмехнулся Малло, показывая на торчащий из стены балкон по соседству.

И правильно, а Старик пусть будет без балкона. И узнает он об этом, как только от зеркала отлипнет. Кто не успел, тот опоздал. Балкона тут на стене торчало только два. Значит, в оставшихся комнатах балконов нет.

— В соседней должен быть я! — возмутился из коридора Тао.

— Кувалда-то у меня! — пригрозил Малло.

Господи, ну как дети малые. А Малло тоже хорош — так с этой игрушкой и таскается. Это точно любовь.

— И что?!

— Что — что? У кого кувалда, тот и выбирает комнату!

— Я слуга господина. Я должен жить рядом!

О, аргументы в ход пошли… На что не пойдешь ради балкона.

— А я его охранник. С кувалдой. Это