Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Лина восхищённо посмотрела вверх:

— Как замок в воздухе.

— Хищные птицы должны чувствовать себя королями неба, даже в неволе, — кивнул я. — Иначе они впадают в апатию и отказываются размножаться. А ястребы с их острым зрением станут идеальными дозорными.

Дамир задумчиво потёр подбородок:

— Получается, каждому виду нужны особые условия?

— Каждому, — подтвердил я. — И самые необычные условия нужны вот этим товарищам.

Я подвёл их к отдельной повозке, где в больших террариумах медленно ползали… гигантские улитки. Каждая была больше привычного мне размера, их раковины переливались зеленоватыми и серыми оттенками, а по панцирю росли настоящие лишайники и мхи.

Лишайниковая улитка. Уровень: 2.

— Да уж, они большие, — с изумлением проговорила Лина, глядя на улиток.

— И невероятно полезные, — добавил я с довольной улыбкой. — Смотрите —они живые очистители. Поедают плесень, грибок, органические наросты на камне, а взамен укрепляют кладку своими выделениями.

— Их дом будет здесь, — показал на каменную террасу рядом с главным зданием. — Видите эти каменные блоки? Строители нарочно оставили между ними зазоры, я попросил. Улитки будут жить в этих щелях, медленно обползая всё здание и очищая стены от любых загрязнений. А когда начнут размножаться — распространятся по всем постройкам фермы.

— Как долго они живут? — спросил Дамир.

— А чёрт его знает, — выпалил я, и Лина рассмеялась. — Ориентируемся лет на пять-десять. Через несколько лет у нас будут крупные улитки, способные очистить целую стену за ночь. Полезные питомцы, пойдут на продажу.

Лина с опаской посмотрела на медленно ползающих гигантов:

— Они не опасны?

— Абсолютно мирные, — успокоил я. — Единственное, что они могут съесть из живого — это паразитические грибки и лишайники. Для всего остального они безвредны.

Когда последняя клетка была опустошена, а все звери размещены в соответствующих вольерах, я с удовлетворением оглядел результат работы. Ферма действительно начинала походить на настоящее хозяйство — каждый вольер был заполнен, звуки животных создавали атмосферу живого, развивающегося места.

— Отличная работа, — сказал ученикам. — Теперь вы понимаете, что ферма — это экосистема.

Весь день превратился в напряжённую рутину. С самого утра мы погрузились в мир звероводства, и я убедился, что правильно выбрал учеников — их энтузиазм не угасал даже после самой грязной работы.

Начали с обхода вольеров. Я показывал им, как читать поведение зверей: поджатые уши барсука означали плохое самочувствие, а активные игры воздушных белок — признак здоровья. Каждая мелочь имела значение.

— Смотрите на глаза, — объяснял я, останавливаясь у вольера с волками. — Ясный взгляд, влажный нос, активная реакция на приближение — всё это показатели здоровья. Вялость или агрессия без причины — первые признаки проблем.

После обхода мы отправились в главное здание, где я обустроил подобие кухни для зверей. Здесь стояли корыта с закупленным зерном и травой, а на полках рядами располагались банки с различными травами. Пока собственное производство не наладилось, закупил всё необходимое на первое время.

— Каждому виду — свой рацион, — объяснял я, разделывая привезённую тушу оленя для волков. — Хищникам нужно сырое мясо, но не любое. Волкам — с костями, для укрепления челюстей. Ястребам — без костей, но с внутренностями для витаминов.

Лина внимательно наблюдала, как я отделяю куски разного размера.

— А барсукам?

— Барсуки всеядные, — ответил я, откладывая несколько кусков жирного мяса. — Им нужно и мясо, и коренья. Но мясо должно быть жирнее — они тратят больше энергии на работу с камнем.

Дамир записывал мои слова.

— А что с добавками?

— Вот тут самое интересное, — улыбнулся я, доставая банку с серебристым порошком. — Это толчёный Лунный пырей. Добавляем в корм раз в неделю — укрепляет естественную защиту зверей от ядов и болезней. А это…

Я продолжил описывать травы и причину их добавки.

К полудню мы слаженно разделились. Лина быстро освоила приготовление корма для травоядных — её тонкие пальцы ловко измельчали коренья и смешивали различные травы в нужных пропорциях. Дамир взял на себя тяжёлую работу с мясом — разделку, доставку корма хищникам.

— Красавчик, не лезь к ястребам, — предупредил я горностая, который с любопытством изучал новых обитателей фермы. — Они могут воспринять тебя как добычу.

Горностай обиженно фыркнул, но послушно отошёл от высокого вольера.

Вечером, когда мы закончили последний обход, я решил проверить, как продвигается другая задача, которую дал ученикам.

— Ну что, разведчики, — усмехнулся я, усаживаясь на скамейку у главного здания. — Расскажите о своих походах по зверофермам. Не думали же, что забыл?

Лина и Дамир переглянулись, и в их глазах загорелся энтузиазм.

— Мы нашли несколько интересных экземпляров! — воодушевлённо начала Лина. — Есть пара молодых грозовых щенков, первая ступень. Владелец хочет от них избавиться — говорит, слишком своевольные.

— Своевольные — это хорошо, — кивнул я. — Значит, характер не сломлен. Что ещё?

Ответил Дамир:

— Огненные саламандры на ферме Железного Молота. Тоже первая ступень, но уже показывают способности.

— Отлично, — одобрил я. — Это именно то, что нам нужно. Молодые стихийные звери первой ступени — идеальная основа для будущей боевой группы. А потомство можно будет так же взращивать.

Лина продолжила:

— Ещё мы видели ледяного хорька, но цена слишком высока. И каменного медвежонка, но он, кажется, болен — слишком вялый.

Я задумался, прикидывая возможности и потребности фермы. Молодые звери легче поддавались обучению и формировали более крепкие связи с приручителем.

— Хорошая работа, — сказал, доставая из кошелька монеты. — Завтра поедете выкупать и щенка, и саламандру.

Брат и сестра с благодарностью приняли деньги. В их взглядах я читал не только радость от доверия, но и понимание ответственности.

— Не забывайте о транспортировке, — напомнил я. — Стихийные звери в стрессе могут повредить и себя, и окружающих. Всё под вашу ответственность.

Мы ещё немного поговорили о деталях завтрашней поездки, а затем разошлись по комнатам. День был тяжёлым, но продуктивным.

Однако сон не шёл. Лежал в кровати, прислушиваясь к ночным звукам фермы — далёкому вою волков, шороху улиток по стенам, изредка доносившемуся клёкоту ястребов. Всё казалось спокойным, но что-то внутри заставляло меня беспокоиться.

Не выдержав, поднялся с постели и решил сделать ночной обход. Афина сразу же присоединилась