Видок 1-5 - Григорий Константинович Шаргородский

растущему организму насладиться местной кухней. Тем более что в средствах он не стеснен — жалованье получает у меня на уровне инженера энергетического завода. А трат у парня не так уж много. Разве что на подарки девчонкам. Но подружки у Чижа — барышни простые, и соболя с бриллиантами им без надобности. Да и отношения там пока еще из разряда посидеть на лавочке да повздыхать на луну.

Дава завалился в кабинет минут через десять.

— Гуляем, брат! — с ходу заявил рыжеволосый здоровяк, оценив оперативно накрытый половым стол.

— Сначала дело, — мотнул я головой. — Или ты думал, что я позволю тебе обманывать уважаемых мною людей только ради желания одного лентяя сбежать на время из-под опеки родителей и супруги?

— А мог бы, — с укоризной заявил неправильный еврей, одной рукой накалывая на вилку кусок сочной буженины, а второй наливая в лафитничек водку из запотевшего графинчика.

Нужно отдать должное, он все же сначала наполнил мою рюмку.

— Так, притормози немного, — строго сказал я, но рюмку принял и закусил маринованным грибочком.

— Вот ты нудный, Игнат, — вздохнул Дава, покосившись на графин. — Излагай.

Я, как мог подробнее, описал ему суть дела волколака. Думал мой друг недолго и выдал свой вердикт:

— Особых проблем я не вижу. Явная самооборона, хотя то, что он подрал трупы, немного усложняет дело. Но сразу скажу — ищи ему поручителя из оборотней с лицензией, иначе даже свобода ему сладкой не покажется. Прямо в холле суда его будет поджидать сладкая парочка в лице отца Андриана и брата Савелия. Помнится, ты имел счастье близкого знакомства с сими божьими людьми.

— Да уж, такое не забудешь. А ты откуда знаешь о делах инквизиторов?

— Ну, это не первый волколак, который прошел через наш суд и даже нашу контору. Об их тайной ипостаси никто в зале суда конечно же не говорит, но на приговорах сие очень даже сказывается. А там уж — как начудил. — Продолжая пояснять, Дава прицелился вилкой в печеную колбасу. — Кого на специальную каторгу на Белом море, а те, кто особо отличился, далеко не едут — ровно до лабораторий нашего завода.

Да уж, о чудесном месте под названием Топинский энергетический завод я все время узнаю что-то новенькое.

— Ну и при чем здесь отец Андриан?

— А при том, — возмущенно ответил Дава, с трудом проглотив слабо прожеванную колбасу, — что любой волколак, попавший в зал суда хоть подозреваемым, хоть свидетелем, просто так оттуда не уйдет. Либо в кандалах, либо на поруки лицензированных оборотней. А если поручиться некому, ждет бедолагу Эбейтынский монастырь. Слышал о таком чудном месте на бережке соленого озера под Омском?

— Мало того, — хмыкнул я в ответ, — однажды я этим монастырем решил пугнуть дерзкую ведьму. Не поверишь, ее чуть удар не хватил. Так что там явно не курорт.

— В общем, если хочешь парню нормальной жизни, ищи поручителя.

В принципе что-то подобное я и сам предполагал, потому-то и собирался завтра посетить ведуна на его укрепленном хуторе.

— Ну, если по делу тебе добавить нечего, то сейчас пойду позвоню помощнику, а затем, — с предвкушением потер ладонь о ладонь Давид, — мы загуляем.

Конечно же не мешало бы осадить слишком возбудившегося друга, особенно потому, что мне еще его тушку сдавать Ракели, но лучше пусть он спускает пар со мной, чем тайком начнет искать наркоту. Конечно, все, кто даже теоретически может барыжить в нашем городе опиумной пыльцой, предупреждены, что продавать ее Даве — затея на грани суицида, но…

В общем, пар мы спустили лихо, хорошо хоть до драк и гулящих женщин так и не дошло. Даже сам не подозревал, сколько во мне накопилось напряжения. Одно хорошо — тушку Давы супруге сдавал Осип, а я спокойно дрых на заднем сиденье машины.

То, как перебрался из паромобиля в спальню, помню смутно. По крайней мере, сделал это самостоятельно.

Глава 2

— Командир, пора вставать! — с назойливостью дятла затарабанил в дверь Чиж. — Или, может, пропустим тренировку?

Очень хотелось ответить утвердительно, но какой пример я подам подрастающему поколению?

В общем, поскрипев не существующим в этом теле артритом, я поковылял в душ. Вот интересный нюанс: как только случается похмелье, так сразу вспоминаются привычки и ощущения тела, которого уже давно нет. Зато из ванной после контрастного душа я вышел свежий как огурчик — в пупырышках от холодной воды, чуть зеленоватый, зато хрустящий от чистоты и немного злой.

Из одежды натянул только гимнастические брюки и мягкие мокасины, а затем сбежал вниз и, не снижая темпа, прямо с крыльца выдвинулся на беговую дорожку. Конечно, было бы веселее бегать по улицам, но топинские обыватели к такому зрелищу точно не готовы, причем даже жители нашего района. Уж кто-кто, а они давно смотрят на чудачества странного соседа сквозь пальцы. И все же перегибать не стоит.

В итоге пришлось изворачиваться. Выкупленный у соседа участок позволил серьезно расшириться и обнести бывшую пожарную каланчу высоким забором, а внутри организовать вокруг дома кольцевую дорожку длиной в триста метров.

Под тихий скрип мелкой гальки ко мне присоединился точно так же одетый Чиж.

С похмельем я окончательно попрощался на пятом круге, а к десятому чувствовал себя как набравший ход паровоз. После пробежки перешли к силовым тренировкам в самом настоящем гимнастическом городке. Вот там уже почувствовал усталость. Под конец занялись спаррингом.

Осип уже давно в ножевом бою стал лучше меня. Причем даже от ударов под ускорением он как-то умудрялся уклоняться, хотя и не всегда, но такие экстремальные тренировки мы проводили крайне редко. Тут как в том анекдоте — вдруг война, а я уставший. Топинск не то место, где можно гарантировать себе двенадцать часов без происшествий. Именно на такое время я теряю способности к использованию крыльев Семаргла. Почти как игровой откат. Только жаль, что эту абилку нельзя прокачать, как в играх. Никакого прогресса — три-четыре секунды два раза в сутки. Можно и чаще, но последствия при этом непредсказуемые.

А вот на саблях и шпагах преимущество во время тренировки осталось за мной. Так что общий счет удалось сравнять во второй части занятий.

Разгоряченные и веселые, мы вернулись в дом и разошлись по своим комнатам. Еще один душ смыл пот и сделал мир окончательно прекрасным. Так что, заглянув в зеркало, я даже подмигнул себе. В ответ мне улыбнулся молодой русый мужчина с серыми глазами и тонкими чертами лица, которые слегка портил славянский нос картошкой. Впрочем, не