Пришествие ночи 1-6 - Питер Гамильтон

он был далеко не единственным, кому пришлось вытирать слезы. Этра, увлекаемый гравитационным смещением, последовал за ними в кольцо, и он, уже во второй раз в течение часа, решил, что настал конец. Однако выхлопные газы корабля адамистов уничтожили часть астероидов кольца, устранив угрозу столкновения, а капитан — второй раз за час! — сумел идеально совместить скорости и поместить корабль на круговую орбиту в самой толще кольца. Рой пустившихся в погоню и отставших от них лишь на секунду боевых ос и механизмов сопровождения столкнулся со стремительным потоком больших и малых скальных обломков. Кинетический удар обратил преследователей в брызги пламени. Проникнуть более чем на сто метров ниже поверхности не удалось никому.

Маневр был выполнен потрясающе: Гаура был бы весьма рад познакомиться с человеком, сумевшим сделать свой звездный корабль настолько управляемым, что это походило на союз между космоястребом и его капитаном.

Однако, приглядевшись к стоявшим у одной из панелей управления и тихонько переговаривавшимся двум мужчинам и женщине, он был поражен тем, что капитанская звезда красовалась на плече самого молодого из этой троицы, паренька с резкими чертами лица. Ему казалось, что столь виртуозный пилот должен… выглядеть иначе.

— Оставь предубеждения, — строго предостерегла Тайя, как и большинство эденистов, использовавшая его чувства для наблюдения за происходящим. — Капитаны космоястребов начинают летать в восемнадцать.

— Я ведь не собирался высказывать свое недоумение вслух, — мягко возразил Гаура, проплывая мимо кольца противоперегрузочных кушеток и касаясь ногами палубы.

—Капитан Калверт? — обратился он к молодому офицеру.

Тот пожал плечами.

— Вообще-то Джошуа.

Усилием воли сдержав готовые перехлестнуть через край эмоции, Гаура промолвил.

— Спасибо, Джошуа. От всех нас.

Юный капитан кивнул, и на его щеках выступил чуть заметный румянец. Стоявшая рядом женщина уловила его смущение и украдкой улыбнулась.

— Вот видишь, — удовлетворенно заметила Тайя, — обыкновенный парень, только чертовски талантливый. Мне он нравится.

Джошуа представил Гауру Саре и Дахиби, после чего принялся извиняться.

— Жаль, но мне пришлось намертво засесть внутри кольца. Вдумай я уклониться к югу от эклиптики, другие звездные корабли заметили бы нас и устремились в погоню. Их драйвы прожгли бы орбитальную взвесь с такой же легкостью, как и наши, превратив «Леди Макбет» в неподвижную мишень для их боевых ос.

— Не стоит оправдываться, — промолвил Гаура, — все было сделано наилучшим образом. Признаться, мы все и по сию пору не можем поверить, что действительно остались в живых.

— Как ваши люди?

— Лиатри, наш врач, говорит, что повреждений, несовместимых с жизнью, не получил никто. Мелвин Дачерм помогает ей вести осмотр моих людей в вашем хирургическом кабинете. Метаболическим сканированием выявлено несколько переломов и множество растяжений. Больше всего ее беспокоят мембранные повреждения: если затянуть с лечением, они могут обернуться серьезными осложнениями. Однако Мелвин Дачерм собирает из подручных деталей процессорный блок, который сможет совместить ее интерфейс с вашими каноническими медицинскими пакетами.

Джошуа непонимающе поднял брови.

— Наши медицинские пакеты используют биотехнологические процессоры, — пояснил Гаура.

— А… тогда понятно.

— Лиатри уверяет, что все уладится. Хотя на заживление всех ушибов потребуется недели две.

— Ха, шишек набили не только ваши, — усмехнулась Сара. — Кто бы взглянул, где у меня синяки да ссадины.

— А где? Я не прочь посмотреть, — хмыкнул Джошуа.

— Это был изумительный полет, Джошуа, — сказал Гаура. — Никогда бы не подумал, что можно так ловко уклониться сразу от двух кораблей.

— Пустяки, — отозвался молодой капитан с деланным безразличием. — Я рад, что смог оказаться полезным. К сожалению, со времени прибытия в эту звездную систему мне удалось помочь очень немногим.

— Давай, спрашивай! — настаивала Тайя. — Мы должны выяснить, что к чему. Не забудь, у них на борту имелись боевые осы, и не исключено, что полет был нелегальным и нам придется давать показания. Правда, в таком случае у всех нас возникнет амнезия: никто не станет выступать против хорошего парня на стороне дерьмового закона.

— Джошуа, — смущенно улыбаясь, начал Гаура, — а можно узнать, кто ты, собственно говоря, такой? То есть я не совсем точно выразился. Хотел спросить, зачем ты прилетел на Лалонд?

— Хм… хороший вопрос. С юридической точки зрения «Леди Макбет» занесена в реестр правительственного звездного флота Лалонда и призвана помочь в восстановлении законности и правопорядка. Но командование эскадры флота Конфедерации смотрит на это по-иному, и, по их мнению, мы подлежим аресту.

— Флотская эскадра?

Джошуа, издав театральный вздох, пустился в объяснения. Эденисты, собравшиеся в боксе жизнеобеспечения Д, вдвое превосходившим по площади хирургический отсек, слушали со смешанным чувством растерянности и страха.

— Это ужасно, — промолвил Гаура, суммируя общий эмоциональный настрой эденистов.

— Видел бы ты то красное облако, — сказал Джошуа. — У меня от него мурашки по коже. Знаешь, у меня на такие вещи чутье, и я тебе точно скажу: это неправильно.

— А какова нынешняя обстановка? — осведомился Гаура, указывая на ожившую приборную панель, дисплеи которой выдавали круговерть данных.

— Я выжидаю, — ответил Джошуа и датавизировал процессору панели приказ задействовать группу наружных сенсоров. На голографическом экране возникло изображение: выступающая из тьмы изрезанная каменистая глыба. Сравнить ее было не с чем, и масштаб оставался неизвестным.

— Видишь каменюку? Это самый большой обломок, который мне удалось обнаружить внутри кольца за прошедшее время. Почти монолит, в диаметре имеет двести пятьдесят метров и находится в двадцати пяти километрах вглубь от северной границы кольца. Мы удерживаем станцию непосредственно под ним. Обращаю внимание: когда я говорю «непосредственно», то имею в виду именно это, без всяких шуточек. Переднюю часть корпуса «Леди Мак» отделяет от астероида расстояние в три метра. В настоящий момент Варлоу и Эшли ввинчивают в скалу штыри, чтобы закрепить «Леди Мак» на месте с помощью силиконового волокна. Тогда мне не придется использовать силовые установки для сохранения удержания корабля в неизменной позиции. Это опасно, поскольку как только кольцо успокоится, «Маранта» и «Грамин» легко обнаружат любое ионное излучение. Конечно, наши электронные системы тоже производят эмиссию частиц, но создаваемый ими фон настолько слаб, что уловить его за толщей камня будет практически невозможно. А панели теплоуловителей я отрегулировал так, что все наше избыточное тепло будет передаваться астероиду. Конечно, со временем его температура повысится, но при такой массе это станет заметным разве что через пару месяцев. Все двигатели и пять основных расщепляющих генераторов заглушены, а резервный генератор, который сейчас работает, наделено прикрыт корпусом. Так что и магнитное поле нас не выдаст. Можно сказать, что позиция у нас приемлемая. Пока «Маранта» и «Грамин» находятся к северу от кольца, мы останемся для них невидимыми.

— А если один из кораблей отклонится к югу?

— Между нами и южной поверхностью кольца