Столичный доктор. 1-8 - Алексей Викторович Вязовский

Я с трудом отвел взгляд, вдохнул-выдохнул. Новый мир — новые соблазны. Точнее, искусы-то старые, еще со времен Евы. Современная женская мода вроде напоказ ничего не выставляет — всё прикрыто, тут больше фантазия гуляет. Да и все эти поползновения меня мало трогают. Глаз радуется, но не более того. С одной стороны, у меня жена молодая, на нее бы здоровья хватило. А с другой — я слишком хорошо помню, к чему приводят шашни на работе. Подсказка: хорошее в этом найти практически невозможно. Не верите, спросите у Виктории Августовны Талль, она расскажет.

Я развернул «Schlesische Zeitung». Газета писала о тайных переговорах между Петербургом и Пекином. Россия хочет взять в аренду Порт-Артур на 25 лет… Черт бы их там побрал в Царском! Ведь просил, объяснял, давал выкладки! Не лезьте в Корею! Все без толку… Будто тень японского городового, приложившего когда-то венценосца по голове, никак не давала покоя Николаю.

За окном моросит типичный бреслаусский дождь. Месяц прошел, как я покинул Россию, а сердце уже болит за страну.

Немцы в своих газетах откровенно посмеиваются — русский медведь полез в китайскую фарфоровую лавку. Ну скатертью дорога. Посмотрим, что скажут англичане… А что те скажут — и так известно. И что дадут японцам тоже понятно — кредиты на войну, свои верфи для военных судов.

Открываю бар, наливаю себе рюмку шнапса — местная привычка, в России бы водки налил. Лекций сегодня нет — у меня выдался «библиотечный день», поэтому можно себе позволить. Душевная анестезия в действии. Что это за начальник, у которого в шкафчике не стоит антистрессовый набор? Впору писать статью в медицинский журнал на эту тему. Что такое стресс и как с ним бороться…

Решил дочитать газету. Немцы вполне откровенно пишут об успехах Японии. Страна Восходящего солнца строит броненосцы, один за другим. У них теперь английские инструкторы, немецкие пушки, французские инженеры. Молодая хищная держава, которой нужно место под солнцем. А мы лезем к ним под бок, за тысячи вёрст от своих баз. Господи, да неужели Петербург не видит, чем это кончится? Или там до сих пор думают, что с японцами можно разговаривать как с бухарским эмиром? Крушение тысячелетнего Китая вскружило многим головы. И Сергею Александровичу тоже. А ведь я с ним специально говорил на эту тему!

— Герр профессор! — заглянувшая в кабинет Лолита, увидела бутылку и рюмку. — Мне послать в ресторацию за обедом?

— Рано еще.

— Я скажу, что это для самого Баталова! Они телефонируют повару. Через час все будет готово.

Черт! Вот стоило «анестезироваться» шнапсом… Русское «с утра выпил — день свободен» — тут не поймут. Нация роботов-работяг, бухать можно в бирхаусе только вечером. И то не каждый день. Ну, все, сейчас пойдут слухи по универу… Я убрал бутылку, захлопнул крышку бара.

— Ничего не надо. Письма были?

— Сейчас схожу в секретариат, — Лолита вильнула обширной попкой, подол платья хлестнул по ногам.

Нет, надо менять. Пусть отправляется в свою канцелярию, да там и сидит. Мне секретарь нужен, чтобы работал, а не задницей крутил. Где, блин, второй Должиков? От того ни взгляда лишнего не было, только польза и покой. И про корреспонденцию спрашивать не надо, уже лежала бы рассортированная по важности.

Я сегодня читал не по приоритету, а по положению в стопочке. Первым шел Антонов. Бил копытом по поводу инсулина. Всё готово, можно запускать. Лучшей очистки чем сейчас, не добьешься. Ладно, даю добро. Пусть только сначала накопят товарный запас на складе хотя бы на три месяца работы и заключат договоры со скотобойнями. А то эти ребята ушлые, как поймут, что спрос постоянно возрастающий, так сразу и цены задерут. Вторым пунктом в письме шел отчет про пенициллин. Внезапно выяснилось, что фактор личности тут никуда не денешь. Что-то у державников перестало срастаться, пошли на поклон к Славе, мол, помоги нам, сирым да убогим. Антонов выделил им лабораторию и взял дело под контроль. Надо бы этот нездоровый скепсис поумерить парню, а то там прямо головокружение от успехов начинается.

Следующее послание — от Николая Васильевича. Всеобщая депрессия и топтание на месте. Кто-то в министерстве уволился, на их место пришли еще хуже, чем были. И вообще, весна в Полтавской губернии лучше питерской, да и зима намного лучше. А Склифосовский там имение прикупил, показывал мне фотографии. Ну да, садок вышневый коло хаты, все дела. Я его прекрасно понимаю, хочется уже не шашкой махать, а в кресле сидеть у самовара, да на открытой веранде, птички поют… И чтобы никаких курьеров, срочных депеш, внезапных бестолковых совещаний, и прочей гадости, не хуже вампира сосущей жизнь. Хочется, чтобы Семашко побыстрее на ноги встал, и не пропал без сторонней поддержки. Одного его сто процентов сожрут.

А вот это письмо Должиков положил бы наверх. Потому что его надо первым читать. А здесь? Засунуто в стопку, да еще и лицевой стороной вниз, я поначалу и не заметил, от кого. Товарищ Романов нам пишет, Сергей Александрович. Новости с верхов, и не только. Новорожденной дочери уже десять дней, чувствует себя хорошо, ест хорошо, спит вволю. Мама ее, Великая княгиня Елизавета Федотовна, после родов вновь обрела аппетит. Даже щеки слегка округлились. Крестины назначены на начало июля, по предварительным данным назовут Марией. Вот ведь нехорошие люди! Могли бы о такой новости срочной телеграммой сообщить. А не обычным письмом. Это мы в Вюрцбурге были еще, когда… Ну я, собственно, так и рассчитывал.

А дальше… Да ничего особенного. Оживление при дворе в ожидании родоразрешения царицы, консилиумы лейб-акушеров почти каждый день, все ждут наследника, даже Михаила цесаревичем из-за этого не объявляют. Ну что же, удачи вам всем. Скоро будет повод поздравить венценосца с очередным проявлением стабильности. Еще две девки в будущем, не надо печалиться, вся жизнь впереди. Надейся и жди.

* * *

Пришел Микулич. Таинственный и загадочный. Странно даже, обычно он проще намного. Наверное, какой-то сюрприз готовит.

— Твой приезд оказался огромной удачей. Когда бы я смог собрать у себя в клинике лучших хирургов мира?

— Ты получил возможность воскресить Пирогова? Мы едем в Винницу?

— Пока нет. Пусть Николай Иванович спит спокойно, он заслужил. К нам приезжает Холстед! Слышал про него?

Вопрос риторический. Если Йоханн — король, то американец — герцог, не меньше. Один из основателей госпиталя Джона Хопкинса, блин. Больница точно входит в десятку лучших в мире. Ходят слухи, что человек он малоприятный, резкий. Да