Как по заказу 1-6 - Сергей Александрович Плотников

их верно, фиксируя результат подвластной Стихией. В ближайшее время лучше не опираться и тяжёлое не таскать. И поесть. Я всё-таки открыл забрало — и тут же захлопнул: горелая вонь была непереносимой. Броня меня спасла: не загорелась сама, когда приняла на себя термальный удар, и не дала дойти до тела лишнему теплу. Правда, кожаное верхнее покрытие, которое не каждым ножом можно было пробить, сзади полностью сгорело и растрескалось как кожа нарийца, обнажив нижележащий ударопоглощающий слой и систему бронепластин под ним. Вернусь домой — обязательно съезжу в Рению специально, чтобы купить такую же…

Так. Пока я пытался разглядеть себя, до меня дошло несколько вещей. Во-первых, почему-то никто не пришёл ко мне на помощь. Во-вторых, я определённо что-то слышал, когда поднимал пластину лицевой защиты. Похоже, начинка в шлеме приказала долго жить… но второй раз дышать гарью я не буду. Тем более пепелище медленно, но верно затягивает дым. Взрыв разжёг пламя — и он же его сбил, а теперь огонь возвращается. Ходу отсюда. На той стороне новой «улицы» я вроде видел удачный завал — до самой крыши уцелевшего строения. Взберусь наверх.

Сказано — сделано. Я поднял забрало, а потом для верности и вовсе снял шлем, чтобы лучше видеть. Застава горела в нескольких местах, и кое-где на стенах ещё пылали фонари и факелы, делая ночь не такой уж тёмной. Не было наблюдательной вышки, возвышающейся ранее у северной стены. И, судя по крикам, прямо сейчас на территории укреппункта сразу во многих местах шел бой. Тигр заставил Басса снять оцепление, спасая личный состав, и твари, ошивающиеся вокруг, не упустили возможности этим воспользовались. Тем более не услышать звук взрыва они не могли. Раз уж их просто стук молотков привлекал.

Я «удачно» повернулся к пролому — как раз, чтобы пронаблюдать, как неторопливо и по-хозяйски через него протискивается гиена. Насыпь плыла и осыпалась под её лапами, но твари было плевать — она улыбалась, предвкушая прекрасный пир.

Глава 14-4

* * *

Если бы не Печать, я бы точно потерял счёт времени. Тьма, просвеченная всполохами огня, воздух, пропитанный гарью, крики… и враги. Свое копьё я даже не стал искать — за третьей уцелевшей дверью в ближайших домах обнаружились три пики, сложенные в стандартную «пирамиду». Раз хозяева за ними не явились — скорее всего, они им больше не нужны. Обретя оружие, я просто побежал, стараясь не запнуться или поскользнуться, к ближайшему источнику шума и криков.

Следующие часы слились в памяти в сплошной марафон, состоящий из атак, отступлений, лечения, поиска противников и товарищей, растаскивания завалов — и всё заново, по кругу. Звуки и запахи разносились далеко окрест, и твари, почуяв еду и кровь, подтягивались к заставе. Иногда шумно сцеплялись за стенами — там тоже кто-то кого-то жрал, иногда проходили через пролом внутрь.

То, что люди стали собираться вокруг меня, вышло само собой: способность ускоряться и наносить с разгона таранные удары пикой позволяла мне быстро приканчивать не слишком крупных изменённых. А Жизнь — лечить союзников, на несколько секунд зажавших противника, чтобы я не промахнулся.

Я колол, стягивал раны, снимал эффекты отравления, отдавал приказы, снова колол, как только Стихии хватало на рывок. Сначала со мной было всего двое, потом набрался полный десяток, потом я разделил увеличившийся отряд на три, чтобы охватить большую площадь поисков. Мы вскрыли арсенал, пополнили утраченное в бою и сломавшееся оружие. Там же я наконец раздобыл себе шлем: в старом я толком ничего не слышал, пришлось привесить его на пояс и сражаться так — иначе командовать было невозможно.

Двадцати семи человек хватило, чтобы мы смогли начать планомерно отжимать территорию у врагов. Начали от юго-восточного угла, дальнего от пролома, и дальше вдоль стен и «улиц». Когда стало кому тащить бочки с маслом и факелы (где не помогали пики, решал огонь), обыскивать постройки на предмет раненых и попрятавшихся мутантов вроде набежавших было овец, следить с крыш за монстрами и строить хоть и хлипкие, но серьёзно выручающие баррикады из обломков выносимой из домов мебели — дело совсем пошло на лад. Насколько это вообще возможно после всего случившегося А потом мы соединились с другим таким же отрядом, начавшим от другого угла.

— А-а, сержант Арн, — устало констатировал Басс. Он явно был несколько раз ранен, но сейчас цел, только бледен, и перепачкан в крови и пепле как чёрт. Похоже, в доме офицеров хранились свои запасы «живой воды» и перевязочного материала, потому что «свои» из лазарета я забрал нетронутыми не далее как пять минут назад. В медицинском пункте порезвилась парочка винторогих сайгаков, оставив характерные следы. Сволочи сожрали все растения, и в целых горшках, и в расколотых, и вообще всё, на что глаз падал, включая сфагнум и бинты. Но до запрятанных по шкафам спецсредств навалившие прямо в центре приемного покоя огромную пахучую кучу копытные не добрались. Кстати, пока я отсутствовал, кто-то успел обглодать тушу убитой мною и Баюном лисицы до самых костей. А что случилось с Глафирой, я предпочёл даже не думать…

— Капитан, — я тоже был не в состоянии разводить политесы. — Мы зачистили всё от площади у ворот до середины восточной стены. Сейчас там перегораживают проходы и заливают маслом баррикады — поджечь, если гиена попытается пойти в эту сторону. Пока она у осыпи так и застряла.

«Трупы подъедает,» — этого я вслух не сказал, но мы поняли друг друга без слов. Трупы там были в основном наших павших сослуживцев, но отбить их не было возможности. В каком-то смысле они и сейчас выполняли свой долг, защищая нас, своих товарищей, отвлекая живой танк-падальщик от ещё слишком подвижной по меркам гиены добычи.

— Принято, — командир заставы ещё раз огляделся, словно ища кого-то, не нашёл и, дернув щекой, приказал мне. — Я дальше поведу, надо прожимать центр и восток, пока не… А ты — организуй тыл. Прежде всего лечение и горячее питание, потом помещения для сна — и начинай инвентаризацию уцелевших припасов.

— Так точно, — я хлопнул себя по плечу, даже не думая возражать. Теперь, когда собралось больше шестидесяти выживших, мне больше не нужно выполнять роль острия копья. Теперь силу удара можно «фокусить» просто численным перевесом. Зато ещё немного — и люди начнут падать от усталости, голода и последствий стресса. Особенно те, кто получил несколько ранений — даже если их и вылечили, перегрузка организма никуда не делась. Кстати, меня,