Из пепла к славе 1-6 - Оксана Кас

— Сюда второй холодильник не влезет, — заметила она.

— На кухне ниша под большой, — ответил Дан. — Зачем мне второй?

— Как зачем? Кимчхи хранить!

— Холодильник для кимчхи можно поставить на балконе, — робко предложила риэлтор.

Бабуля тут же направилась на балкон.

— Нет, на таком балконе нужно ставить столик и плетеные стулья, Дан по утрам будет кофе тут пить. Мне нравится эта квартира, — внезапно заявила она, — У тебя хватит финансов, чтобы заказать узкий холодильник ради бабулиного спокойствия, а других минусов здесь нет.

Дан был полностью согласен с бабушкой. Не в плане холодильника на заказ, а квартиры. Две спальни, каждая с гардеробной и ванной комнатой. И небольшой кабинет еще есть. Большие панорамные окна, из гостиной хороший вид на маленький парк.

Цены в жилых комплексах высокие, но это из-за внутренней инфраструктуры. В пределах огороженной территории есть детские площадки, теннисный корт, в каждом из зданий собственный маленький спортзал. Охрана на въезде, много зелени внутри — словно и не в центре Каннам. Есть, конечно, жилье и получше. Немного подальше от офиса расположен большой жилой комплекс, где находятся квартиры в том числе Канджи, Минхо и мамы Джинхо. Там даже два бассейна для жильцов есть, один на крыше, другой просто в здании. Но там квартиры редко продаются, а ждать Дан не хотел.

Оформлял все в спешке, благо у Дана хороший юрист. Квартиры в этом жилом комплексе на продаже долго не стоят, а у него завтра уже выступление, так что Дан просто заранее оговорил все детали с юристом и приехал только подписывать документы. Квартира считалась его собственностью с момента поступления денег прошлому владельцу, что тоже случилось очень быстро — уже на следующий день. Удивительно даже, ведь обычно международные переводы — оплачивал ведь все папа из Нью-Йорка — приходится долго ждать…

Менять пароли в замках ездила Сонхи, она же обещала найти того, кто сделает ему ремонт. В Корее финансовый год начинается с 1 января, в Person его считают с первого понедельника января, то есть седьмого. Значит, где-то в середине месяца, после подведения итогов, Дан получит свои премиальные. Должно хватить на ремонт.

Так как новость о быстром переводе средств настигла Дана с утра, на запись фестиваля он приехал в прекрасном настроении. Все по классике: первый прогон перед сотрудниками сцены, затем перед камерами, финальный саундчек и дальше только сами выступления. Так как это фестиваль, а не премия, айдолы не были обязаны сидеть на виду у зрителей, только выходили на сцену. Большую часть времени все прятались по своим гримеркам. Они в своей, например, всерьез обсуждали, что могут интересного сделать на Грэмми, а что — на Коачелла. Обсуждение было сумбурным, они просто веселились, накидывая кучу идей.

Их записывали на камеру. После монтажа (и вырезанных сцен со спойлерами) это должен быть очередной эпизод их постоянного YouTube-шоу «Dare», где каждый выпуск — это закадр какого-нибудь выступления. На видео записывают все, что они делают, публикуют от силы четверть. Особенность их шоу в том, что они почти не общаются с поклонниками, хотя обычно айдолы еще что-нибудь рассказывают, комментируя свои действия. Но у них именно документальная съемка. Удивительно, но фанатам нравится — выпуски набирают немало просмотров. Сонхи шутит, что это из-за их привычки разговаривать о важном, переодеваясь. Мало какой выпуск обходится без кадра с полуголым мембером.

Их выступление с Joint Trip было в начале фестиваля, совместный номер с Flower — ближе к концу. Благодаря этому они после первого выступления могли долго болтать в гримерке, прежде, чем их нарядили в более праздничные костюмы: кожаные штаны и бело-красный верх, а на голове — шапочки Санты. Рождественское настроение, так сказать. В таком виде они и зашли в комнату ожидания.

Помещение очень похоже на типичные комнаты ожиданий музыкальных шоу: большая комната, офисные стулья, телевизоры на стене. Здесь ждут своей очереди те, кому выходить в ближайшее время. Сейчас там скучали не только Flower, но еще и часть группы Favoris, сформированной на «Национальном продюсере», в том числе — Сэкиль.

А на экране показывали рождественское выступление Миндюль и Рисы, они исполняли одну из корейских зимних песенок. Миндюль пела сама, у Рисы была фонограмма, причем очень уж явная… впрочем, вряд ли в ее случае реально сделать качественную фонограмму. Дан, смотря на экран, даже задумался на какое-то время: почему Риса? Кроме Миндюль в этой группе есть девушки, которые умеют петь. Ичиго, например, нормально поет. Да даже Сэкиль бы справилась с этой песней.

— Ну вот, послушалась тебя, а теперь Риса везде на главных ролях, — внезапно сказала Сэкиль, подойдя к нему достаточно близко.

Сказала тихо — вряд ли их разговор слышен остальным.

— А она согласилась? — уточнил Дан.

— Мы живем в общежитии, — напомнила Сэкиль, — Если кто-то регулярно уходит вечером, а возвращается под утро и сразу в душ…

Сэкиль многозначительно замолчала, а Дан покачал головой: да уж.

— И что, ты реально хотела бы быть на ее месте? — прямо спросил Дан.

Сэкиль неуверенно пожала плечами:

— Ну, спеть бы я смогла без фанеры…

— Ты знаешь, о чем я, — укоризненно заметил Дан.

Теперь она смутилась, а после ответила:

— Не смогла бы. Я бы все равно не позвонила, даже если бы ты не сказал. Но как же бесит! Она же даже петь не умеет! И ноги у нее кривые…

Дан покачал головой. К ним подошла Воён, спросила, что это они тут обсуждают. С удовольствием прошлась по вокальным способностям Рисы. Воён можно назвать подругой Миндюль, а у той есть немало претензий к Рисе, которую внезапно начали ставить на центральные позиции в группе. При этом из талантов у Рисы только внешность. Танцует средне, поет ужасно, рэп читает не лучше, во время выступлений особой эмоциональностью не отличается.

— Она с вашим продюсером, что ли, спит, — фыкнула Воён.

— О-о-о… а это возможно, — кивнула Сэкиль. — Он — тот еще извращенец, все требует нам юбки покороче выдавать… и это многое объясняет… Но как же бесит!

— Не переживай, ее за это выступление захейтят, — уверенно сказала Воён. — Тот, кто выпустил их вдвоем, был полнейшим идиотом — ее фонограмма слишком заметна. И они сидят! Без танца петь под фанеру — это ужас.

Их разговор прервал сотрудник стаффа: он позвал на сцену остальных девчонок из группы, потому что вокальный дуэт перерастает в специальное выступление полного состава.

Дан же немного рассеянно задумался о том, сколько людей в этом