Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

— Ого! — воскликнула Евгения, тоже заглянувшая в пакет. — И что ты с этим делать собираешься? Если хочешь возле дома посадить, то он, боюсь, не вырастет, условия не те.

— У меня есть для этого росточка все необходимые условия, — похвастался я и рассказал про свой эксперимент в гараже. Все равно это не был такой уж большой секрет, по крайней мере, от коллег я этого скрывать точно не буду, не вижу особого смысла.

Костик слушал, открыв рот, Евгения восторженно улыбалась и что-то хотела спросить, но явно стеснялась.

— Хочешь прийти посмотреть? — предложил я девушке.

— А можно? — неуверенно улыбнулась Евгения.

— Конечно, можно! — ответил я, потом встретился взглядами с парнем. — И тебе тоже можно. Можем сегодня после работы зайти, всё покажу, тут недалеко.

— Договорились! — засиял Костя и убежал, аккуратно закрыв за собой дверь.

— А ты полон сюрпризов, — сказала Евгения, вернувшись к сборке установки. — Я уже жду не дождусь окончания рабочего дня.

Я ухмыльнулся про себя. Если ты все мои сюрпризы узнаешь, на стуле не удержишься, придётся по полу собирать. А показать им свой тайный садик мне не жалко. Женя учит меня алхимии, а Костя и дальше будет обеспечивать ценными саженцами, на что я очень надеюсь.

Пакет с пытающимся вернуться к жизни Семицветом Полулистным я убрал в коробку на нижней полке стеллажа. Надеюсь, до вечера с ним ничего не случится.

* * *

— Анатолий Фёдорович, а можно вопрос? — осторожно начал Олег Валерьевич, когда остался в ординаторской с заведующим один на один.

— Конечно, Олежек, спрашивай, — спокойно ответил сидевший на диване с закрытыми глазами Герасимов.

— Я хотел про Ваню спросить, — тихо сказал, Олег Валерьевич, тщательно подбирая слова. — Вы не поймите меня неправильно, я ничего против него не имею, даже наоборот, как человек и как целитель он мне симпатичен, но я не совсем понимаю, как это он так быстро продвигается с кругами маны? Насколько я знаю, два дара — это вообще большая редкость. А кому и выпадает такой шанс, обычно выбирают один, приоритетный для рода, к которому имеется более выраженная наследственная предрасположенность и который более востребован. Два дара тянуть одновременно невероятно сложно.

— Ну а Ваня выбрал оба и что? — Герасимов открыл глаза и повернул голову к собеседнику, заинтересовавшись беседой.

— Ну пусть, выбрал, так выбрал, — пожал плечами Олег Валерьевич. — Это, конечно, дело его личное. Но как он умудряется так быстро продвигаться, вот в чём основной вопрос.

— Хочешь на себя чужую рубашку примерить? — спросил Анатолий Фёдорович, улыбаясь одними уголками рта.

— Ни в коем случае! — замахал руками Олег Валерьевич. — Зависть — не мой конёк, вы же прекрасно знаете.

— В курсе, — кивнул Герасимов. — Это прерогатива Василия Анатольевича, он в этом плане монополист.

— И всё же? — не отставал от него молодой целитель.

— Видишь ли, Олежек, наш Ваня далеко не такой простой человек, каким хочет казаться, — сказал заведующий и тяжело вздохнул. — Тебе-то я могу сказать, а больше и некому.

— В смысле непростой? — насторожился Олег Валерьевич. — Думаете, он какой-то особо высокородный?

— Скорее всего, — кивнул Анатолий Фёдорович. — У меня по этому поводу даже есть некоторые догадки.

— Какие же? — заинтересовался Олег Валерьевич.

— При всём уважении к тебе, давай лучше не будем тыкать пальцем в небо, — отмахнулся Герасимов. — Но одно точно могу сказать, парень здесь ненадолго. Наберётся опыта, раскроется и укатит восвояси.

— Как-то всё это не очень приятно звучит, — слегка поморщившись, пробормотал Олег Валерьевич. — То есть я правильно понимаю, вы уверены, что он скоро уедет?

— Ну, насколько скоро, это одному богу известно и ему самому. Ты переживаешь, что он плохо поступает, обнадёживая нас долгим сотрудничеством? Просто не думай об этом. С нашей хронической кадровой недостаточностью лучше даже так, чем никак. А вдруг Ване здесь понравится и он задержится надолго, ведь может такое быть? Может. Да и я сам как тут появился, ты помнишь?

— Смутно, если честно, — признался целитель.

— Я же в Москве работал в лаборатории, — сказал Герасимов и вздохнул. Видимо, ему было не очень приятно это вспоминать, но требовалось это рассказать, чтобы в коллективе не пошли ненужные сейчас брожения. — Потом высказал одному высокопоставленному чиновнику, что я думаю о его когнитивных способностях, за что и был подвергнут гонениям. А чтобы окончательно с любимым делом не расставаться, приехал сюда, чтобы продолжить работу в непосредственной близости к предмету интереса. Ты же в курсе, зачем я свой кабинет в лабораторию превратил?

— Даже не задумывался никогда на эту тему, — покачал головой Олег Валерьевич. — Решил, что это просто ваше хобби. Сами же знаете, у нас всегда работы хватает, чтобы еще на что-то иное отвлекаться, — развел он руками.

— Ха, хобби! — усмехнулся Анатолий Фёдорович. — Хотя, скорее всего, это теперь более точное определение. Только я по-прежнему продолжаю выполнять задания папы и дяди Евгении Георгиевны и поначалу даже подумал, что они прислали её сюда, чтобы за мной следить, а оказалось, что нет, я не прав. Правда, я совсем не понимаю смысла её бегства, он ускользает от моего понимания. Впрочем, про меня и связь с ее родней девчушка не в курсе, судя по всему.

— А её отец тоже алхимик? — спросил Олег Валерьевич.

— Так-то да, но направление совсем другое, — задумчиво произнёс Анатолий Фёдорович. — Тот больше Аномалией самой занимается, изучает флору и фауну в разные фазы активности. А она, видишь ли, в медицину ударилась. Молодость, все хотят окружающим что-то доказать.

— Ну, может быть, это и правильно? — пожал плечами Олег Валерьевич. — Это ведь здорово, когда молодые люди не просто плывут по течению на родовом линкоре, а хотят добиться чего-то своего, пусть и на небольшом сторожевом корабле типа нашего госпиталя. Вот Евгения Георгиевна сейчас руку набьёт и откроет собственную лабораторию, которая перевернёт роль алхимии в медицине, сделает важный прорыв, так сказать. Особенно, если семья поддержит и обеспечит всем необходимым.

— Ну да, она тоже здесь ненадолго, ты прав, — грустно улыбнулся заведующий. — Но и она, и Ваня нас пока очень выручают. А если вернуться к первому вопросу, то думаю, что Ваня, скорее всего, до госпиталя только с наставниками занимался и по учебникам. Зато у нас он такой практики наберётся, мама не горюй. Полученная им до этого база, плюс наша суровая действительность дают такой ошеломляющий результат, ну и сильная кровь берёт своё. Так что лично я против Комарова, или как его там на самом деле, ничего не имею, пусть себе работает и взрослеет в наших стенах. Хороший парень, как ни крути,