Карилла - Тиана Хан

— Уоррен Римс представляет серьёзную угрозу для всех сокурсников, — продолжил Аран, повышая голос. — Мы с женой, как члены дисциплинарной комиссии Военной академии, настаиваем на его немедленном исключении. Этот юноша уже доказал свою нестабильность и склонность к насилию. Мы не можем позволить ему продолжать обучение среди других курсантов.

В помещении воцарилась напряжённая тишина. Все взгляды были прикованы к Арану, который продолжал говорить, не скрывая своей решимости.

— Мы больше не можем закрывать глаза на его действия, — добавил он. — Это не просто дисциплинарный проступок, это угроза безопасности. Мы должны действовать решительно.

Арман всё ещё молчал, но его глаза выдавали внутреннюю борьбу. Он понимал, что старший Риль прав, но, казалось, не мог найти слов, чтобы защитить своего подопечного.

— Я надеюсь, что данное решение поддержат оставшиеся члены комиссии, — заключил дедушка Зака. — Мы не можем позволить этому инциденту повториться вновь. Безопасность наших курсантов — превыше всего.

— Мальчишка всего лишь оступился, — попытался защитить племянника Кор, стараясь придать своему голосу уверенность и спокойствие, чтобы смягчить ситуацию. — Все мы иногда совершаем ошибки. Главное — учиться на них и двигаться дальше. А исключать его из Академии — это крайняя мера, к которой, надеюсь, мы всё же не прибегнем.

— Оступился? — в голосе Арианы звенела сталь, глаза метали молнии. — А если из-за твоей беспечности этот сумасбродный мальчишка покалечит девочку, ты снова закроешь глаза и сделаешь вид, что ничего не произошло? Я не позволю тебе так рисковать её жизнью! Если бы за спиной Лианы стояла влиятельная и уважаемая семья, ты бы дважды подумал, прежде чем обвинять её, выгораживая кровного родственника!

Женщина тяжело вздохнула, пытаясь совладать с эмоциями.

— С этого дня семья Риль берёт на себя ответственность за курсантку Артман. Все вопросы, касающиеся её безопасности, успеваемости и любых инцидентов, будут решаться только через нас. То есть через меня и моего мужа. Надеюсь, Арман, ты понимаешь, что это не обсуждается?

Ариана повернулась к мужу, ожидая его поддержки. Тот согласно кивнул, хотя его лицо оставалось непроницаемым.

— Ты приняла верное решение, Ариана, — одобрил Аран. — Я и сам подумал о том, что мы должны взять под свою опеку этого несчастного ребёнка.

— Постойте, но это ведь невозможно! У Артман есть отец, опекун, который не передавал вам своих прав! Почему ты молчишь, Тадеуш?

— За этим дело не встанет, — вышел из-за спины Ториона мой папа, голос которого дрожал от едва сдерживаемой боли. — К сожалению, я не могу поселиться на лиловой планете, чтобы следить за каждым шагом дочери, а потому… Благодарю чету Риль за их благородство и, несомненно, принимаю их дельное предложение. Сегодня же мы оформим и заверим документы о передаче опеки. Иначе моя девочка так и будет подвергаться нападкам тех, кто считает себя выше других, полагая, что их богатство и влияние могут оправдать любую низость.

— Разумное решение, — наконец, произнёс Лекс, его голос прозвучал твёрдо, но без вызова. — Я же, в свою очередь, беру на себя ответственность за курсантку Артман, соизмеримую с той, что возложил на себя род Риль. И в случае возникновения последующих конфликтов, клан Лекс будет отстаивать её честь и достоинство.

Кор медленно обвёл взглядом присутствующих, его лицо стало ещё более суровым. Я же почувствовала, как мои щёки заливает румянец, а сердце колотится в груди, словно птица в клетке.

— И по какому праву, позволь поинтересоваться? — прищурился Кор, воззрев на куратора, словно пытался прожечь его насквозь.

Лекс сделал шаг вперёд, с усмешкой взглянув на ректора.

— Лиана Артман — девушка, с которой однажды я желаю связать себя узами брака, — произнёс он, каждое слово звучало как клятва. — И потому, отстаивать её честь — моя прямая обязанность.

Кор замер, словно поражённый молнией. Его глаза расширились, а губы сжались в тонкую линию. Я видела, как он борется с собой, пытаясь найти слова, которые могли бы опровергнуть заявление Лекса. Но в этот момент он понял, что проиграл, оставшись в меньшинстве. Тягаться с двумя сильными кланами Арман не желал ни при каких обстоятельствах. Он прекрасно понимал, что, провоцируя конфликт, сам рискует остаться не у дел, а его влияние может быть подорвано.

— Торион… — прошептала я, не веря своим ушам. Я не могла поверить, что Лекс сделал это. Что он так открыто во всеуслышание признался в своих чувствах. Что он готов был защищать меня, даже если это означало противостояние с императорским родом.

— Вы слишком поспешны в своих решениях, Лекс, — наконец, произнёс отец, устрашающе спокойным голосом. — Вы сами не понимаете, о чём говорите.

Декан Лекс лишь улыбнулся, только вот его улыбка вышла холодной и решительной.

— Возможно, я и не знаю всего, — ответил он. — Однако я знаю, что готов рискнуть всем ради той, кого люблю. И отныне я не позволю никому причинить боль Лиане.

— Для брака ещё не настало время, — произнесла Ариана, её голос дрожал от сдерживаемых эмоций. — Помнится, много лет назад, именно ты, Арман Кор, так же, как и декан Лекс, однажды пообещал защищать мою единственную дочь от любых напастей и несправедливости. Да только вот слово, данное на семейном совете, сдержать не сумел. Зольда была обвинена в том, чего не совершала. Так где был ты и почему не смог защитить мою бедную девочку? Ей ведь, как и Лиане, на тот момент было всего двадцать лет от роду. Она мечтала поскорее связать себя узами брака… с тобой. Потому, я против раннего супружества, твой пример, Арман, весьма поучителен. Семья — более надёжная защита для молоденькой девушки, а мужчины… Они приходят и уходят, оставляя за собой лишь боль и пустоту.

— Зачем снова ворошить прошлое? Зольды давно нет в этом мире… — потерянно ответил ректор.

— Если бы ты смог её защитить… — начала Ариана, голос женщины звучал холодно и отстраненно. — Если бы ты не отдал мою дочь тем, кто пришёл за девочкой, мы бы попытались вытащить её любой ценой. Спрятать на другой планете, сменить имя, попытаться уберечь от смерти. Но ты… Ты сказал, что защитишь её, но сам передал свою любимую в руки правосудия, не удосужившись даже узнать, насколько тяжела вменяемая Зольде вина.

Арман стиснул кулаки, его лицо исказилось от боли.

— Сейчас речь не о том! — возразил он, но его голос сорвался.

— Именно поэтому, — продолжила Ариана и тон её стал поистине ледяным. — Я настаиваю на опеке нашей семьи. Уверяю, капитан Ин, это более надёжно, чем покровительство пылкого влюблённого мужчины, который может внезапно отступить перед лицом опасности.

Взглянув на ректора, я вдруг