Рунный практик - Артем Каменистый

параметрами, которым слуги правителя земель соизволили расти дальше, это тоже повод для поощрения. Каждый её ребёнок проверятся в том же порядке, и отбракованные снова и снова пьют нектар забвения, усиливая перспективных отпрысков или родителей. Немощные старики своей смертью не умирают, они, как и неполноценные дети, принимают нектар забвения и оставляют потомкам накопленные за жизнь трофеи, а не уносят всё в могилы. Также перспективных детей в возрасте пяти-шести лет могут усиливать по той же жестокой процедуре. То есть они сами дают нектар забвения своим неудачливым братьям и сёстрам, или старикам. Для простолюдинок обычное дело рожать за жизнь по пятнадцать-двадцать детей. Из них от трёх до шести дотягивают до шестнадцати лет — общепринятого возраста самостоятельности. Все прочие пьют нектар забвения в младенчестве, после отбраковки, или при болезнях, когда его могут прописать даже не таким уж и больным из страха, что в случае естественной смерти правители накажут всю семью, не пожалев никого. Я вас не утомил своим нерадостным монологом?

— Да нет. Хотя рассказываете известные вещи, но некоторые моменты я слышу впервые. К тому же именно так сжато и ясно материал не подавали ни в одной из книг, что попадали мне в руки.

— О да, господин Гедар, в ваших заумных книгах слишком много ненужной шелухи и замалчивания острых моментов. Итак, я продолжу. Извините, если утомил, уже почти заканчиваю. Надеюсь, вы уже поняли, что детская смертность в среде простолюдинов колоссальная, но если ребёнок дотянул до взрослой жизни, это юноша или девушка с параметрами выше среднего. То есть при традиционном для юга отборе получаются многочисленные беты повышенной ценности. Также учтите, что казнят простолюдинов за множество провинностей, и очень часто делают это гуманно. То есть при помощи всё того же нектара забвения. Человек просто засыпает и не просыпается. Такую казнь может провести кто угодно, даже самая слабая девушка, даже перспективный ребёнок. На юге не палачей привлекают, они там лишь подготавливают всё для казни, а саму казнь доверяют воинам правителей или отличившимся простолюдинам. Например, выбирают для этого тех, у кого прорезаются полезные в хозяйстве навыки. Получая трофеи после свершения приговора, они эти навыки усиливают, и после могут приносить больше пользы своему господину. Таким образом, простолюдины размножаются быстрее, чем умирают и гибнут от нектара забвения, что неизбежно приводит к перенаселению. Голод и эпидемии снижают чрезмерную численность, но это ненадёжные факторы контроля. То есть на Большом юге сама система хозяйствования подразумевает непрерывную экспансию. Сколько войн выиграла Ассиопа? Да ни один историк сосчитать не сможет. Эта страна постоянно воюет. Если не воюет страна в целом, воюют её кланы. В трудные времена друг с дружкой, в обычные лезут к соседям. Очищают территорию, усиливая армию за счёт резни коренного населения, приводят на освободившуюся землю своих развитых простолюдинов, принуждают их и дальше размножаться всё теми же веками испытанными методами. Заполоняют всю захваченную страну, начинают тесниться, снова ищут свободное пространство, чтобы выплеснуть на него чрезмерную массу человеческого скота. Это какая-то машина, пожирающая сама себя и окружающих, непрерывно усиливаясь от этого процесса. Вы, северяне, рост этой опухоли не остановите. Ваша вечная война навечно не затянется, и её выиграет не оружие, а матки южных простолюдинок. Пока вы не начнёте хозяйствовать также, превращая людей в жрущий сам себя плодовитый скот, вы будете проигрывать снова и снова. Вам придётся пятиться дальше и дальше на север, оставляя территории, а южане будут их осваивать, усиливаться за счёт гибели ваших подданных, плодить множество развитых бет и идти за вами шаг за шагом. Сорок пять крестьян Ассиопы выращивают столько же риса, сколько сто крестьян Равы. Да, климат на юге часто благодатнее, но главную роль в неравенстве возможностей играет не он. Или вы считаете иначе?

— Генерал, если вам действительно требуется моё мнение, я просто попрошу вас перейти к делу. То, что на Большом юге чуть ли не людоедство процветает, в Раве давно всем известно. Собственно, на критике некоторых самых «милых» обычаев южан и живёт вся имперская пропаганда.

— Как скажите господин Гедар, как скажите… Ладно, подытожу. Мы, ваши соседи, куда ближе к Ассиопе и к её окружению. Мы гораздо раньше столкнулись с их давлением, и чтобы его выдержать, нам пришлось меняться. В том числе делать то, что ни вам, ни мне не кажется красивым. Но это вопрос выживания. Мы просто не хотим стать удобрением для их риса и набором трофеев для повышения их силы. То, что мы с ними сейчас союзники, это не вопрос дружбы, это вынужденная необходимость. Один шаг в сторону, и нас сметут в ту же секунду. Мы слишком ничтожны для этих монстров, и нас это пугает. То, что мы сейчас делаем с Мудавией, это лишь попытка поступать так же, как поступают они. Наши беты пока что уступают ассиопским бетам, но они сильнее мудавийских и даже имперских бет. Их у нас уже достаточно много, чтобы густо заселить эти степи, которые толком не возделываются. Навыки наших простолюдинов позволят выращивать богатые урожаи там, где мудавийским козам едва корма хватает. Даже там, где нет воды, мы сможем успешно возделывать многие ценные культуры. Новое жизненное пространство позволит нам значительно увеличить численность населения, а омеги и альфы, усилившись за счёт резни мудавийцев, смогут это пространство защитить от внешних угроз. Я не страдаю наивностью, поэтому понимаю, что вы, скорее всего, проигнорируете предложение наших королей. И потому осмелюсь сделать, так сказать, предложение от себя. Бросайте здесь всё, и как можно быстрее возвращайтесь в Раву. Вы молоды, но у вас уже приличные задатки полководца, ваши таланты Кабулу пригодятся. Чем раньше вы начнёте там себя показывать, тем быстрее займёте подобающее вашим способностям положение. Если, конечно, враги Кроу вас раньше не остановят. Но я бы всё же поставил на вас, а не на них. Война, что у вас там начинается, это хорошо. Чем сильнее в ней завязнет Большой юг, тем лучше для наших крохотных королевств. Крупным игрокам станет не до нас, и мы этот момент используем для усиления. Да, Мудавии ради этого придётся умереть с большей частью её населения, но это даже не издержки войны, это вековечные традиции юга. Кто-то умирает, а кто-то усиливается за счёт его смерти. Некоторые оптимисты считают, что с нами после такого усиления действительно станут считаться. Ну а нет… Значит, мы станем почвой для риса и мешками трофеев. Короли полагают, что попытка того стоит…

—