Заклинатель 10 - Алекс Каменев

— Может меньше людей? Без вас будет сложно защитить это все, — он повел рукой, указывая на лагерь и ограждающий его частокол.

Я поморщился.

— Ничего защищать не надо. И людям своим передай. Если вдруг сюда кто-то заявится в наше отсутствие, например другой барон с дружиной, чтобы не вздумали изображать из себя героев и бросаться на чужие клинки. Все равно без меня не получится выстоять, — я помедлил, и чтобы не обижать воина и сгладить последнюю фразу, пояснил: — По крайней мере сейчас, когда на двадцать новичков всего четверо опытных воинов, а вместо каменной стены забор из бревен, пусть даже высоких и заостренных.

Ульрих кивнул и зачем-то вставил:

— Я предлагал намазать частокол снаружи мокрой глиной, чтобы было труднее поджечь.

Я снова скривился. Кажется он не понял главную мысль.

— Ничего защищать не надо. Если кто-то захочет сломать, пусть ломает, главное сохранить людей. Скажи, чтобы в случае чего просто уходили в лес. Здесь легко затеряться, так что никто не найдет. Не зря Лихолесье в свое время выбрали убежищем разбойники. А порушенное можно восстановить, — я помедлил. — И заодно найти тех, кто заявился нежданными гостями, когда хозяев нет дома.

Ульрих усмехнулся, он понял, что я имел в виду.

— Все сделаю, ваша милость, — дружинник кивнул и развернулся, отправляясь выполнять распоряжение.

— Выходим через час, — бросил я ему в спину.

Воин если и удивился, то не подал виду, кивнул еще раз и скорым шагом двинулся в сторону тренировочной площадки, где ветераны занимались с рекрутами. Обучение прекращалось только на принятие пищи и короткий отдых, длясь с утра до вечера. Дружинники гоняли новобранцев нещадно, по последним событиям понимая, что тем возможно уже в ближайшее время придется вступить в бой. И готовили, стараясь в первую очередь сделать так, чтобы безусых юнцов не порубили в капусту хотя бы в первую минуту. А сделать это было непросто, учитывая, что на хорошо подготовленного бойца требовалось угробить кучу времени и сил.

Скорей всего в первой же заварушке из трех десятков рекрутов в живых останется дай боги половина, и это если сильно повезет. Выжившие наберутся опыта, и возможно со временем станут похожими на бывалых вояк, как Ульрих с друзьями. Но до этого еще надо дожить.

Я вернулся к шатру, Хизер куда-то ускакала, быстро проверил вещи, которые обязательно взять с собой, а какие можно оставить. В принципе, кроме денег, кристаллов и записей ничего особо важного нет. Все остальное можно заменить, купить или просто выбросить, не жалко.

Золотые и серебряные монеты зашиты в специальный кожаный пояс, что можно носить через плечо или на животе. Бумаги удобно сворачиваются в свитки и помещаются в тубус. С кристаллическими стержнями сложней, для деликатной перевозки каждый тщательно укутывался в кусок ткани, сначала мягкой, а поверх жесткой непромокаемой из плотной дерюги. Все это складывалось в сумку из промасленной кожи для защиты от непогоды.

Весила такая сумка немало, но приходилось терпеть, потому как от мысли закопать где-нибудь в потайном месте часть кристаллов, чтобы пользоваться одним или двумя, я отказался. Помнил, чем иногда заканчивались мои вылазки, когда случайный портал мог перенести черт знает куда, — например на другой конец континента, — и не хотел рисковать.

Поэтому придется брать с собой все. Вдруг там в горах обнаружится еще один пространственный переход, и в следующий раз я окажусь за многие тысячи миль от Приграничья. Будет обидно, если добытые с таким трудом носители знаний древних останутся в здешних лесах. Возвращайся потом, ищи, ползай по этим чащобам…

Вернулась Хизер, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, с корзинкой еды на согнутом локте. Когда услышала, что уезжаю на секунду ошеломленно распахнула пухлый ротик, испугавшись, что навсегда. Но мгновенно успокоилась, узнав, что на пару-тройку недель. У мужчин всегда есть дела, которыми они обязаны заниматься, тем более у такого таинственного чародея — так и читалось в девичьих глазах.

Забавно все-таки бывает, как быстро и кардинально меняется восприятие у людей, особенно у женщин. Буквально за несколько дней из разряда страшилища, обладающего могущественными силами, кого надо бояться и перед кем трепетать, я превратился во вполне нормального мужчину о ком нужно чисто по женский заботиться. В чем-то подобное отношения было даже приятным.

Так незаметно за сборами пролетел назначенный час, появился Ульрих коротко доложив, что отряд готов к выходу.

Кивнув на прощение Хизер, я быстрым шагом направился в сторону распахнутых ворот, где в проеме уже виднелись оседланные лошади и стоящие рядом дружинники. Узнавшие, что чародей куда-то собирается уезжать, провожать кавалькаду высыпал весь лагерь. Было непривычно и странно, многие махали руками, словно отправляя всадников на войну.

Выбросив из головы лишние мысли, я взлетел в седло подведенного коня и взмахом руки приказал выдвигаться.

Глава 16

16.

Хороших воинов учат реагировать мгновенно, еще до того, как разум понял, что происходит — учат убивать не задумываясь. Отклик на резкую смену в окружающей обстановке, чтобы действовать быстрее мысли.И поэтому, когда рядом вдруг шевельнулся камень, Ульрих среагировал не задумываясь.

Свистнул выхваченный меч, фонтаном ударила кровь. Густая и липкая, плотной струей она выплеснулась наружу, пачкая скалистую поверхность вокруг.

Камень оказался не камнем, а горным козлом.

— Откуда он взялся⁈ — из глотки воина вырвался возмущенный рык, сдобренный щепоткой страха и немного смущения.

— Стоял в кустах, — проворчал я, мысленно поморщившись, но при отдавая должное навыкам воина.

От однообразия пейзажа вокруг можно сойти с ума, неудивительно, что затаившегося козла до последнего мига никто не заметил. Серая шерсть с темными вкраплениями служила идеальной маскировкой на фоне неоднородной скальной поверхности. Плюс полная неподвижность, плюс чалая растительность, которую вряд ли можно назвать полноценным кустом, но которая вполне послужила укрытием.

— Если козлятину замочить в вине, а потом зажарить, то получится вполне неплохое блюдо, — нейтральным тоном заметил второй дружинник — Ромеро, взятый вместе с десятком новобранцев в поход.

Осмотревшись, я кивнул. Более или менее ровная площадка, где мы сейчас находились подходила для отдыха. С одной стороны скала защищала от ветра, с другой пара булыжников, выступающих естественной преградой, чтобы никто незаметно не подобрался.

— Привал, — решил я и воины с облегчением побросали сумки и мешки с припасами на землю.

Лошадей вместе с половиной рекрутов пришлось оставить внизу, передвигаться в горах верхом оказалось неудобно, дороги, как токовой нет, только направление, и всегда под уклоном