Заклинатель 10 - Алекс Каменев

на одном месте, густой и обжигающе холодный. Я протянул руку, наблюдая, как на коже сначала появляется легкая изморось, а затем на глазах покрывается корочкой льда, стоило ладони глубже погрузиться в странную субстанцию.

Стало понятно почему никто не прошел дальше. Даже если Стервятник кого-то сюда отправлял, чтобы проверить информацию, они остановились здесь, не сумев пройти магический барьер. То, что туман имеет магическое происхождение, у меня не вызывало сомнений.

Глава 17

17.

Туман клубился сплошной завесой, скользил над землей, не пересекая четко очерченную границу. Молочно-густой, он словно барьер перегораживал дорогу, медленно истончаясь к вершине.

— Проклятье, — Ульрих отдернул руку назад с ужасом глядя на покрытую изморосью кожу. Ошарашенное лицо повернулось ко мне: — Он обжигает морозом!

Нечего повторять за колдуном, если не понимаешь последствий. У меня Средоточие уже убрало результат соприкосновения с маревом, у любопытного дружинника кисть будет саднить ноющей болью.

— Все назад. Никому не приближаться, — глухо обронил я.

Сопевшие позади новобранцы послушно отступили к началу дороги, где заканчивался поворот.

— Смотрите, там что-то есть, — Ромеро неожиданно вытянул руку, указывая наверх.

В этот момент верхние пределы белой мглы разошлись, открыв край неизвестного строения. Совсем ненадолго, только угол мелькнул, но этого хватило разглядеть и удостовериться, что выше действительно находится здание.

Я задумчиво перевел взгляд на белую мглу — жидкий кисель, обжигающий лютым морозом, умеющий превращать живую плоть в куски льда не хуже жидкого азота, если глубоко в него погрузиться.

Кто бы сюда не добирался, он явно не смог пройти дальше, но зато, как и мы скорее всего успел рассмотреть фрагмент здания, прорвавшийся сквозь разошедшуюся пелену. Разглядел, но не сумел преодолеть магическую преграду. Что совершенно неудивительно, даже по первым ощущениям барьер создавался на совесть.

Локальная привязка без возможности рассеивания, непрерывная подзарядка, сложная запутанная внутренняя структура, обеспечивающая предельную надежность конструкта на протяжении сотен лет. Кто бы белесую хмарь не ставил, он позаботился чтобы спустя века она продолжала работать, не давая возможности случайным прохожим прикоснуться к секретам Коллегии.

Наверняка имелся специальный ключ, отключающий сторожевое заклятье и дававший безопасный проход, но у нас его не было, как и представлений, как он вообще выглядел. Это мог быть артефакт или другое заклинание. Возможно, локально привязанный конструкт реагировал только на определенный круг лиц, вплетенных в контур на этапе создания. Вариантов множество, перебирать бесполезно. Не зная изначальный замысел создателя чар, невозможно предугадать какие функции он поместил в свое творение.

— А значит придется прорываться силой, — я задумчиво проронил, мысленно прикидывая, как лучше это будет сделать.

В идеале обойти бы непонятную штуку с момента падения Старой Империи продолжавшую оставаться полной сил, что прямо указывало на наличие мощного источника энергии. Но справа поднималась отвесная стена, слева обрыв, а среди нас умельцев лазить по скалам не наблюдалось. К тому же попытка обойти препятствие скорее всего приведет к новым защитным плетениям, не исключено — скрытого действия. А решать проблему вися на отвесной скале и твердо стоя на ногах далеко не то же самое.

Не стоит считать остальных глупее себя, поэтому скорее всего пройти сбоку не выйдет.

Я закрыл глаза и раскинул руки, концентрируясь на гулявших вокруг магических потоках, пытаясь в первую очередь отследить откуда заклинание черпало силу. И спустя пару мгновений разочарованно выдохнул, потому что понял, что источник находится где-то глубоко под скалистой поверхностью, и просто так дотянутся не получится. Неизвестный маг хорошо защитил свое творение от вмешательства извне.

— Проклятье, похоже дистанционно отключить не получится, — пробормотал на секунду забывшись.

Не отошедший далеко в отличие от прочих Ульрих подобрался и осведомился:

— Что, ваша милость?

— Ничего, — буркнул я, недовольный, что меня отвлекают.

Помедлил, обдумывая ситуацию. Брошенный взгляд через плечо внимательно изучил закованного в броню плечистого воина. Он может пригодится, значит придется брать с собой. А вот тащить всех точно не надо.

— Ромеро, ты с рекрутами останешься здесь, мы с Ульрихом идем дальше. Сидите и ждите. Если не вернемся через сутки — уходите. Спускайтесь обратно в лагерь к остальным.

— А потом что? — уточнил ветеран.

Я пожал плечами.

— Считайте себя свободными от обязательств.

Предложение явно не понравилось бывалому рубаке, но спорить он не рискнул, только покосился с сочувствием на приятеля. Ведь если колдун не вернется, то ушедший с ним тоже сгинет, а это скорее всего гибель.

Я с легким прищуром посмотрел на белоголового крепыша, пытаясь обнаружить признаки сомнений или нежелания идти, но тот сохранял бесстрастное спокойствие, глядя перед собой.

Что это, показная храбрость? Или непонимание рисков? В последнее слабо верилось, учитывая, что воин уже доказал свою сообразительность.

Или просто не хочет терять лицо перед новобранцами, которых гонял до изнеможения последние недели, выковывая выносливость и навыки воинов. Гордость вполне могла сыграть свою роль.

— Можешь остаться с Ромеро, — негромко, чтобы юнцы не услышали, предложил я.

Ульрих пожал плечами, подумал и отрицательно покачал головой.

Все-таки гордость.

Или трезвый расчет? За больший риск полагается большая награда. Негласное правило, которое даже колдун, ставший бароном, игнорировать не мог. Не поймут остальные. А значит, пойдя с ним в неизвестность дружинник окончательно закрепит свое место вблизи властителя, став одним из приближенных людей. Главное вернуться живым и не сплоховать во время вылазки, и тогда будущее можно считать обеспеченным.

В таком случае это не глупость и не показная храбрость, а холодный расчет. И мне это нравилось. Не люблю дураков. Особенно держать таких рядом. Пусть уж лучше честолюбивые карьеристы, эти из шкуры вылезут лишь бы доказать свою полезность. А дураки они и есть дураки, пусть даже самые верные.

— Держись ближе, не отставай, — напоследок проинструктировал я, делая шаг к туманной завесе.

Ульрих кивнул, его рука опустилась на рукоять меча, словно это чем-то поможет. Машинальная реакция любого воина, когда он нервничает. Это нормально.

Я снова раскинул руки перед собой. Жест выглядел слегка театральным, зато помогал сосредоточиться, как будто обхватываешь область перед собой и тем берешь под контроль. Но контроля тут не было, лишь попытка пройти, а точнее пробиться. С боем, минуя напитанное под самую макушку сторожевое заклятье.

Откликаясь на призыв, заблестел Сумеречный Круг, с каждой секундой сильней разгораясь. Символ «Щита» резко вспыхнул и погас, впереди переливаясь повисла пленка, сотканная из чистой силы.

Я сделал шаг, и белесая хмарь обтекла меня с разных сторон, заключая в объятия. Позади