Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

— Она сказала, что держит этот пруд специально для меня. И я могу их есть, но не больше одной в день.

— А она говорила, что драконам нельзя их есть?

— Нет, — буркнул юный Элур, запутавшийся в бабушкиных заявлениях.

— Значит, это не только твоя еда. Вообще я тебе не мешаю, хочешь, иди лови.

— У меня не получается, ты мешаешь. Они меня боятся.

— Охота и не должна быть простым делом. Там всегда конкуренция, — заявил ему Драк.

Юный Элур вздохнул, отошел на другую сторону пруда и там, через какое-то время ему удалось поймать себе рыбу. Подхватив ее в зубы, он гордо пошел предъявлять трофей бабушке.

— Чего там с Неко? — решил узнать я. — Не видел его со вчерашнего дня.

— Все зашибись, — ответил Драк. — Его папахен узрел заметку на местном портале заметку с фотографией Риммы и Неко под заголовком «Кузина короля встречает любимых внуков» и решил, что еще не все потеряно. Теперь он сделал из нее проекцию и вывесил у себя во всю наружную стену. Думает, кого бы позвать, чтоб все увидели.

— Как это прекрасно. А ты понял, из-за чего они вообще поссорились?

— Как я понял, из-за всего. Это если в общем. А конкретно из-за виноградников.

— Каких виноградников?

— Папахен захотел купить какой-то виноградник на горной террасе. Какой-то особенный. И решил затребовать у Неко деньги на проект. Зачем кредит, если у сына все равно куча лишних денег? Неко в принципе согласился, но попросил документы на виноградник. Хотел посмотреть, что там за покупка. Папахен весь изошел, но документы предоставил. И Неко, видимо, в какой-то резкой форме сообщил родителю, что тот идиот, потому что этот виноградник каждые тридцать лет смывает, его расчищают, потом восстанавливают и только лет через пять можно ждать урожай. Так что если его и брать, то на сдачу, потому что время как раз подошло.

— И что?

— Папахен обозлился, заявил, что еще какие-то меховые комки будут его уму-разуму учить. Да он торговал землей, когда яйцеклетка для Неко еще не родилась.

— Экая метафора.

— Это не метафора. Он одноклассник Риммы, и был старше ее дочери на тридцать лет, что добавляет колорита. На ее дочери он собственно и был женат. Единственное, что вообще заставило Римму примириться с этим выбором, это Неко. Ну короче, наш великий землевладелец взял кредит и купил этот виноградник сам.

— Дай угадаю — виноградник смыло.

— Точно! Этой весной. Теперь еще раз угадай, кто оказался виноват?

— Ну понятно.

— Неко уже был готов погасить этот проклятый кредит, но папаша отказался. Но злобничает все равно.

— Ну да, ну да, красиво получилось. И что теперь?

— Да ничего, вооруженное перемирие. На свадьбе они не пересекутся, родитель приглашен на почетные места для Элуров как близкий родственник, а Неко сидит с нами, с народом то есть.

— А мы народ?

— Да, и это хорошо. Я уже видел, как выглядит почетная секция, она как-то на шкаф больше похожа. Не хочу в шкаф.

На этом Драк выловил еще одну рыбу, перекинулся в дракона и рыбу съел. А потом пришло время одеваться и выезжать.

***

Гостевая территория действительно делилась на две зоны. По центру стояла конструкция, которая слегка напоминала шкаф, но по сути была огромным деревом с удобными секциями, в котором Элуры в котиной форме могли располагаться парами или по одному. А вокруг по большому кругу располагались столы для людей и Элуров в человеческой форме. Между нами и деревом-шкафом находилась большая зеленая площадка, и что-то мне подсказывало, что она здесь тоже не просто так.

Мы приехали не первыми и часть мест на дереве была уже занята, а гости в человеческой форме стояли у столиков с напитками. Я оценил, насколько удобно было сделано дерево для почетных гостей: невидимые воздушные петли поднимали тех, кто был слишком стар, чтобы забираться по стволу.

— Это разработка Джакумы, — с гордостью сообщила нам Римма прежде чем покинуть нас. Филипп в изумлении присвистнул. — Обычно делают имитацию обычного дерева, там ужасно неудобно сидеть, и приходится мучиться, поскольку я везде почетный гость. И закуски подадут прямо под нос. Во времена моей молодости все было не так: кто хотел есть, спускался вниз, забирал зубами кусок мяса и лез обратно. Впрочем тогда мне казалось, что это весело.

В этот момент к дереву подошел толстый старый Элур. Воздушная петля подхватила его и заботливо перенесла на нижнюю ветку. Элур заворчал, показывая лапой на ветку повыше, но петля просто высадила его без разговоров.

— А вот и мой зять, — сквозь зубы проговорила Римма.

— Папахен, — тихо пояснил мне Драк.

Я кивнул. Римма усмехнулась и двинулась к дереву. Ей воздушная петля не понадобилась, и она взбежала по стволу на свое место. Заботливый кейтеринг немедленно прислал ей по воздуху каких-то шариков, похожих на те, что любил Котий. Сам Котий появился чуть позже, у него были какие-то дела и тоже забрался на довольно высокую ветку, недалеко от Риммы.

— А как его зовут? — спросил я у Драка, имея в виду отца Неко.

— Да их тут всех зовут одинаково — Урурум, как-то так.

Сзади раздался хохот. К нам присоединился Неко.

— Даже не пытайтесь, — продолжая веселиться, прокомментировал он. — Вы не сможете этого произнести. А конверсионного имени у него нет.

— Конверсионного?

— Ну такого, что люди могут произнести. У тех, кто никогда не выезжал с Элуруса, нет удобных имен.

— Слушай, я как раз хотел спросить, а как вам хватает кошачьих вариантов? Их не так-то много.

— Ну возможны версии и отступления от правил, — пояснил Неко. — У меня был друган, его вообще звали Цербер, хотя это вообще собака. Дубли бывают, у нас была девчонка, которая выбрала себе имя Мичу. А ее подруга взяла себе вариант Мичу-Мичу.

— А можно еще Мичу-Мичу-Мичу, — подхватил Драк.

— Как-то так, — отозвался Неко.

Гости быстро прибывали и вскоре все места оказались заняты. Началась торжественная часть. Я приготовился превозмогать, но она оказалась на удивление короткой. Элуры — все, не только те, что на дереве, — исполнили три песни. Нам даже раздали транскрипцию слов, но вся она выглядела