Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

  В этих начинаниях, его главными соперниками являлись Рим и Карфаген. Эти два находящиеся на подъеме государства, имели собственные виды на овладение этого обширного региона и были готовы с оружием в руках отстаивать свое право на владение его различными частями.

  Борьба предстояла серьезная. Для сокрушения противников Александру был необходим мощный военный флот, так как все сухопутные пути к Риму и Карфагену, были либо трудны и опасны, либо излишне длинны для македонской армии. Наличие у Александра большого числа кораблей под командованием Неарха, позволяло ему действовать в предстоящей войне на равных против такой сильнейшей морской державы как Карфаген. Знаменитый критянин был не только выдающимся мореходом, но и обладал хорошими задатками морского стратега.

  Стоит ли сомневаться, что во главе похода на Запад стоял бы Александр. Он никогда и никому не уступил бы этого права, пока был способен сидеть в седле и держать оружие в руках. Не исключено, что из – за отсутствия четкого пути следования, как это было в прошлых кампаниях, вполне могли возникнуть второстепенные направления, играющие самостоятельные роли. Они как бы потихоньку подготавливали почву для блистательных и окончательных царских побед.

  Собрав вместе все, что было, автор отправил своего царственного героя в опасное плавание, совершенно не имея представления, чем оно закончится.

  И так. Зима 320 г. до н.э. Александрия.

                Глава I. Доверительный разговор под сенью пальм.

                Тихо плещутся волны у террасы малого царского дворца в Александрии. Приятный прохладный ветерок нежно веет с моря, унося, прочь противную жару, что приползла из ливийской пустыни. Быстро строится город с тех пор как, царь перенес столицу державы из Вавилона в дельту Нила. Стараниями мастеров и архитекторов, собранных царем со всех необъятных просторов Ойкумены, его любимое детище неустанно обрастает домами и дворцами, храмами и садами, гимнасиями и библиотеками.

  Специально для отдыха и встреч от посторонних глаз, архитектор Каликрат из Коринфа, построил на берегу морю малый царский дворец, надежно укрыв его от шума и суеты стремительно растущего города белыми стенами.

  В нем было все необходимое, чтобы отдохнут от забот огромной империи, чьи просторы омывали воды седого Океана и размышлений о её дальнейшей судьбе, а внутренний уют, просто притягивал царя. Все было прекрасно и изумительно, но больше всего потрясателя и покорителя Вселенной радовали дворцовые купальни и пальмовая лужайка.

  Первые представляли собой среднее между бассейном и баней, где всегда можно было искупаться в прохладной или горячей воде на выбор. Кроме этого, по желанию царя Каликрат создал специальный бассейн, который напрямую соединялся с морем.

  У стоящего на  краю купальни непосвященного зрителя, создавалось впечатление, что купальня и море одно единое пространство, хотя вход в нее надежно перегораживала каменная и решетчатая стены. Искусно скрытые от человеческих глаз, они надежно охраняли царского купальщика от всякой беды.

  Что касается пальмовой лужайке, то её специально высадили для того, чтобы Александр мог принимать под сенью гостей или вести непринужденные беседы с приглашенными во дворец людьми. При этом, благодаря строгому геометрическому расчету, на лужайке всегда царила тень, что знаменитый полководец стал особенно ценить в последнее время.

  В этот день нашего повествования, Александр принимал в малом дворце своего личного советника, египтянина Нефтеха. Умный и проницательный бывший жрец бога Тота,  никогда не стремился занять высокие государственные должности в македонском царстве, никогда не гнался за почестями и славой. За все время пребывания в войске Александра, он ни разу не был уличен в мздоимстве или иных грязных делах.

  Его стихия было все, что было связанно с тайнами, неважно будь они людскими, научными или касались государственных интересов. Поэтому, он всегда предпочитал оставаться в тени, но когда у государя возникали трудности, он непременно оказывался под рукой и давал нужный совет.

  Покоритель Ойкумены очень ценил это качество Нефтеха и поэтому приблизил к себе безродного египтянина, введя его в свой ближний круг. Кроме царя и бритоголового советника, в него входили стратеги Пердикка, Эвмен, Птоломей и Кратер.

  Если первые три полководцев были включены в него за былые заслуги, то Кратеру такая честь была оказана царем в виде личного аванса. Свое стремительное возвышение молодой македонец должен был оправдать в грядущих делах и планах, которых у великого завоевателя было превеликое множество. Кроме того, появление нового лица в ближнем круге, заставляло Пердикку, Эвмена и Птоломея не почивать на лаврах, а делом доказывать свое право нахождения в нем.

  Тактика была в чем-то жестокая, ибо была призвана выжать все из стратегов, но вполне полезная для интересов самого монарха. Закончив покорение Счастливой Аравии, он намеривался подчинить себе остатки эллинского мира в виде Сицилии и Великой Греции. Цель была логична и закономерна, но осуществляя эти планы, Александр сталкивался с интересами двух могучих городов-государств Западного Средиземноморья – Карфагеном и Римом.   

  Удачно отделенные благодаря своему географическому расположению от вечно пребывающей в войнах восточной части Средиземного моря, они не имели серьезных конкурентов в своем регионе, за исключением вездесущих греческих колонистов. 

  Пронырливые греки в поисках свободной земли сразу оценили прелести земель Сицилии, Италии и Испании и начали их колонизацию. За короткий исторический период, они смогли полностью взять под свой контроль Сицилию, создать в южной части Италии союз городов под  громким именем Великая Греция, а также основать несколько городов в землях галлов и иберов.

  Деяние колонистов было поистине великим, но при огромности покоренного пространства, оно не было целым и единым. Выходцы из разных городов и племен, греки так и остались чужаками объединенные только одним названием эллины, и страшной нетерпимостью к другим народам презрительно называемые варварами.

  Наследники Софокла и Гомера, Перикла и Фемистокла чувствовали себя спокойно в своих городах, занимаясь торговлей и войной. Большей частью с варварами и иногда друг с другом с целью устранения более удачливого конкурента. Все это создавало определенный баланс равновесия, который изредка нарушался мелкими конфликтами и вновь приходил к норме.

   Так проходили века, жизнь колонистов была прекрасной, но уже поднимали голову два хищника этого региона Карфаген и Рим. К счастью для греков, они были заняты своими внутренними делами и проблемами, но время, отпущенное бессмертными богами для существования Великой Греции, стремительно сокращалось. Великие Мойры уже соткали нить их судьбы. Они уже определили их жребий быть покоренными сильным