Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

Павел хмыкнул, глянул на веснушчатое лицо случайной знакомой и смело двинулся к интеллигентного вида старушке.

— Нам туда! Она еще удивилась, что я не знаю города.

— Наверное, потому, что приезжие по театрам не ходят. Приняла тебя за москвича.

— Да знаешь, Москва город немаленький. Не меньше Лондона. Тут и местные заплутают.

— Ой, а ты был в Лондоне?

— Заезжали!

— Расскажешь?

— Потом после спектакля. Прибавим шаг, а то опоздаем.

Минут через десять они стояли перед неприметным зданием. О том, что идут в знаменитый театр, стало ясно тогда, когда им начали задавать за несколько сотен метров до него вопросы: — Есть ли лишний билетик⁈ Они пробились внутрь и через несколько минут оказались в вестибюле. Девушка ненадолго исчезла. Пока он рассматривал, куда сдавать, она протянула ему свое пальто. Тот быстро нашел гардероб и получил заветные номерки. Сейчас он стоял у зеркала и причёсывался. Павел выглядел модно, джинсы, светлая водолазка, длинные волосы прилизаны. Он обращал на себя внимание. Затем заметил в зеркале подошедшую Наталью и остолбенел. Сняв шубу, она оказалась в длинном трикотажном приталенном платье с широким поясом, подчеркивающем тонкую талию. Золотистые волосы рассыпались по плечам. Легкий макияж лишь подчеркивал полные губы и большие глаза.

— Ты чего?

— Потрясно выглядишь!

— Спасибо!

Павел выпрямился и гордо огляделся по сторонам, затем они услышали оброненную кем-то фразу:

— Какая красивая пара!

По щекам Натальи выступил румянец, Павел захлопал глазами. Они пошли к залу. Два артиста в вестибюле изображали модников стиля ретро. Театр на Таганке и в самом деле начинался с вешалки. По пути они заметили несколько перфомансов, изображающих Америку времен Лондона.

— Ты читал его книги?

— Не-а. Но слышал, хвалят.

— Ты что! Он же был и моряком, и золотодобытчиком. Описывал все, что сам лично видел. Ты же сам моряк!

— Обязательно почитаю, — Павел задумался.

Рядом со столичной девушкой он ощущал себя деревенщиной, и ему было несколько неловко. Так что надо хотя бы этого Лондона почитать.

Внезапно в зале послышался шум. Павел с любопытством повернул голову:

— Это же…

— Он. Я слышала, что Брежнев любит посещать театры. Но не думала, что так и есть на самом деле.

Парень проводил взглядом нескольких крепких молодых людей и заметил среди них стремительную фигуру Генсека. Тот был в модном синем костюме, всем улыбался и вел себя просто. Офигеть, сказать — не поверят: они сидели в одном зале с правителем страны. И как он не боится⁈ Затем Паша одернул сам себя. А кого ему тут бояться? Он со своим народом, и люди его уважают. В курилке про бровастого не раз анекдоты рассказывали, но больше добродушные.

— Паша, началось! Хватит таращиться по сторонам, веди себя прилично!

Девушка одернула спутника и показала на сцену.

«А она умеет управлять мужчинами!»

— Ну, как тебе?

Павел подернул плечами. Они решили прогуляться по вестибюлю, пока очередь стоит в гардероб. Ощущения были странными. Этот парень Мартин Иден чем-то напомнил его самого. Такой же простой и служил на флоте, и у него есть мечта. И невероятно трудный путь к ней.

— Ты чего молчишь?

Девушка отчего-то нервничала.

— Жалко его. Не понимаю, как такой цельный человек закончил жизнь — вот так вот…

Ему неожиданно ответил какой-то мужчина с галстуком-бабочкой:

— Он погнался за ложной идеей, молодой человек и потерпел крах. Ему некуда больше стремиться и незачем жить.

— Ну и что? Нас бьют, а мы крепчаем. Никогда наш человек не наложит на себя руки.

— Вы просто слишком русский человек. Американцы мыслят иначе.

Павел, поначалу скептически настроенный к незнакомцу, улыбнулся.

— Так из самой глубинной России. Земляк Есенина. А насчет американцев вы не правы. Видел я их, общался в пабе. Нормальные пацаны.

Наталья опередила вопрос:

— Он у меня моряк.

— Вот оно что! Тогда у вас должен быть широкий кругозор, молодой человек! Рад, что подобные вам люди не забывают о таком виде искусства, как театр.

Мужчину неожиданно отвлекли, и Павел быстро потерял его из виду, озадаченно глянув на подругу.

— Это кто вообще?

Девушка от удивления аж открыла рот:

— Паша, это же его постановка!

— Режиссер?

— Он самый.

Паша хмыкнул озадаченно:

— Совсем не небожитель, приятный человек.

— Попрошу в сторону, товарищи.

Они так увлеклись разговор с интересным собеседником, что не заметили, как в отдаленной части холла стало пусто. Крепыш в синем костюме внимательно оценил молодую пару и махнул кому-то рукой. Девушка и парень прижались к стене. Мимо них стремительно проходил Генсек. Внезапно он остановился и с улыбкой уставился на них. Он шутливо произнес:

— Какая красивая пара! Ребята, вам надо срочно жениться и детишек делать. Много красивых детишек. А партия поможет с жильем. Что скажете, ребята?

Первоначальная оторопь прошла. Павел искоса глянул на зардевшуюся девушку.

— Да, собственно, мы еще не думали.

— Чего тут думать? Бегите прямиком в ЗАГС. Я же видел, как на тебя красавица смотрит. Поверьте, пожилому опытному человеку.

— Какой вы пожилой, Леонид Ильич?

— Спасибо на добром слове, девушка. Студенты?

— Она, я моряк, в Северном пароходстве тружусь.

Брежнев крепко пожал руку Павлу:

— Уважаю! Серьезная работа. Тогда, тем более, что думать? Создавайте ячейку общества.

— На квартиру заработаю сначала. Не хочу с женой по углам ютиться

Леонид Ильич секунду молчал, а потом захохотал, указывая на парня какому-то представительному мужчине.

— Ты смотри какая у нас молодежь деловая! А ты боишься на них ставку делать. Так вот…

— Павел.

— Павел. У нас как раз программа скоро выходит помощи молодым семьям. Можно взять ссуду и лет десять выплачивать ее спокойно. Чтобы по карману не била. Смотри новости и дерзай!

— Спасибо, Леонид Ильич. Тогда свадьба получится быстрее.

— Леонид Ильич, вас все ждут! — раздался хрипловатый голос.

— Иду, иду, Владимир Семенович. Вот тут с молодежью беседую.

— Так берите их с собой, потом наговоритесь.

— Ну что ж, молодые люди, приглашаю.

Пара, не веря глазам и ушам, засеменила за быстро идущим вождем. А ведь всего лишь пошли на спектакль. В большой комнате уже были сервированы столы. Напитки, закуски, но главное — атмосфера. На стульях сидели артисты, что участвовали в спектакле. Свет был приглушен. Наталья