Свинцовые волны - Александр Сергеевич Конторович

Прикрытые бронёй эмиттеры защитного поля — сделали, стало быть, выводы из недавних уроков…

И ещё всякие интересные штуки…

В пуговицу кителя у меня вмонтирован миниатюрный объектив — здесь вещь абсолютно неизвестная. Во всяком случае — мы об этом ничего не слышали, и ни с чем подобным не сталкивались.

А вот и старый (уже…) знакомый — машет с палубы.

Оборачиваюсь к сопровождающим и жестом указываю им на скамейки под навесом — ждите меня там! Там уже расположилось порядка двух десятков матросов — с оружием и без. Надо полагать — здешнее место отдыха… «курилка»… Кстати, наш табак тут совершенно неизвестен — народ попроще жуёт какие-то листья местных растений. Чего, кстати сказать, совершенно незаметно среди офицеров! Они таким кайфом брезгуют…

Поднимаюсь по трапу… а вот флага-то на мачте и нет! Что я должен приветствовать? Это традиция — ступил на палубу — поклон флагу!

Оказавшийся рядом Да Ланг поясняет.

— Корабль ещё не имеет имени — а, стало быть, не имеет и флага.

— Прошу разрешения взойти на борт! — придерживаюсь, тем не менее, установленного порядка.

Да Ланг кивает и принимает строевую стойку.

— От имени капитана — приглашаю вас подняться на борт!

Всё, формальности соблюдены, теперь — я официальный гость капитана.

Ну, поскольку ожидать того, что сам капитан проявит ко мне хоть какой-то интерес, было бы совершенно наивно, передаю принесённый подарок встречавшему. Уж он-то наверняка точно знает — куда и как им распорядится!

Так оно и оказалось.

Да Ланг понимающе кивнул, сразу оценив то, что я ему вручил.

Трофей — и к бабке не ходи! Было совершенно очевидно, что это произведено не здесь — бутылок ёмкостью 0,7 литра я на Данте не встречал!

Топаем по коридорам, спускаемся, поднимаемся… и передо мной, наконец, распахивается дверь каюты. Здесь несколько человек офицеров и среди них старший кормовой офицер корабля. То есть, все приличия соблюдены, можно пить чай…

С него, разумеется, всё и началось. Хотя и мой подарок был торжественно вручён старшему офицеру и признан вполне соответствующим моменту. Ну, слава Богу… а то, признаться честно, я малость волновался… не настолько же мы в курсе всех местных обычаев?

Но, как впоследствии выяснилось, этим я только подтвердил и укрепил свою репутацию. Боевой офицер, участник рукопашных схваток и успешных рейдов — трофеи-то откуда?

Это, уже после дружеской посиделки, мне пояснил один из офицеров, взявшийся меня проводить.

Он, как и я, не с корабля — служит в управлении капитана порта. И выслушивая его неторопливый разговор, всё больше и больше убеждаюсь в том, что идея пригласить меня на посиделки — это что угодно, но не инициатива команды корабля!

Это, если говорить прямо, аналог наших «молчи-молчи»!

Вот это здрасьте… И что теперь делать-то?

Он, по-своему, прав.

Официальных причин пригласить меня на «дружеский» разговор у местной «конторы» (как уж она там, у вайнов, обзывается…) пока нет. И палить свой ко мне интерес они точно пока не хотят.

Но поговорить — надо!

Вот и изобрели, так сказать, повод…

— Понимаю вас, любезный Ми Лар… боевому офицеру скучать на транспортнике… это не совсем то, чего вам, наверняка бы хотелось! Ведь так?

— Да, любезный Дей Монг, вы тут совершенно правы! Но… — развожу руками. — Ранение было весьма серьёзным! И лекари распорядились однозначно — год на земле! Вы представляете⁈ Меня, боевого офицера — и вот так, списать на сушу⁈

Согласно местным обычаям, в определённых случаях слово лекаря может быть равно слову капитана! Особенно, если это касается боеспособности корабля!

А вот на руку мне сейчас играет тот факт, что единого учёта офицеров (не говоря уж о хорнах…) на Данте не имеется. Известны всем лишь имена капитанов — которые, в своём большинстве, являются ещё и владельцами собственных кораблей. Оттого и состоят на особом учёте.

Да я и сам себе смутно представляю организацию такового реестра… учитывая наличие на планете изрядного количества островов, которые, ко всему прочему, могут иногда и менять хозяина… Междоусобных боёв никто не отменял!

— Как долго вам ещё осталось служить?

— Сдам груз, вернусь назад… Надеюсь, машину на корабле уже починят. Ещё один рейс — и я свободен…

Офицера здесь невозможно з а с т а в и т ь служить не на военном корабле. Туда уходят либо после ранения, каковое препятствует исполнению служебных обязанностей, либо по возрасту или иным, не менее важным причинам. Присягает же служить офицер только капитану боевого корабля или главе клана. И вот эту присягу можно нарушить только в случае ранения или по воле капитана. Причём, ранение должно быть достаточно серьёзным! Какая-то там царапина не покатит…

А вот на н е в о е н н о м корабле такого порядка нет. Офицер нанимается на него на определённый срок или на определённое количество рейсов. Выполнил эти условия — и свободен!

— Вы останетесь?

Усмехаюсь и хлопаю себя по поясу с ножами.

Собеседник понимающе кивает.

— Это матросы, что прибыли с вами… они…

— Из моего клана. Служили со мной рядом. Капитан распорядился, чтобы они меня сопровождали… это вообще все, кто остался в живых… после того боя…

И здесь не вру — капитан корабля м о ж е т отправить хорнов сопровождать раненного офицера — это вполне в духе местных обычаев.

А может — и не отправить — это всецело его право!

Так, любезно беседуя о том, о сём, мы и дошли до нашего ангара. Приглашаю собеседника заходить в гости — в любое удобное время. Я-то постоянно здесь… и никуда пока уезжать не собираюсь.

— Обязательно вас навещу! — серьёзно отвечает он.

И я сразу почему-то чувствую, что таковой визит вскорости последует… и не один! А возможно — так и в расширенном составе!

Чем же я так стал им интересен?

Знать бы…

Разумеется, наш визит сюда преследует абсолютно конкретные цели — диверсии, прежде всего…

Ну и разведку — этого никто не отменял!

А уж что конкретно «поломать» в порту… этого и искать не требуется! Все они, хоть здесь, хоть на Земле — одинаковы. Порт — вообще очень сложная система и весьма чувствительная ко всяческим гадостям. Вопрос лишь в том, какую именно штуку использовать в данный конкретный момент?

Например — у вас есть пара сотен килограмм взрывчатки — куда ж её