Тернии Тегваара - Дмитрий Анатольевич Гришанин

силой дернул за ружье, выдернув его из рук оторопевшего сторожа. Злобно оскалившись, вампир на глазах затрясшейся от ужаса жертвы согнул оружейный ствол дугой и отшвырнул изуродованное оружие в сторону.

На Степана отвратительно пахнуло дешевой водкой и чесноком. Но, преодолев омерзение, он подробно (со смаком), как редкую зверюшку, осмотрел несостоявшегося обидчика с ног до головы. Кладбищенским сторожем оказался невысокий коренастый мужичок лет сорока, с недельной полуседой щетиной на лице, в заляпанных жирными пятнами ватной куртке и штанах, защитного камуфляжного цвета, и в стоптанных, некогда бежевых, но давно побуревших от грязи, берцах. Еще его портрет живописно дополняли нечесаная копна черных с клоками проседи волос и фиолетовый фингал под слегка заплывшим левым глазом.

Вампир бесстрастно наблюдал, как расширяются от ужаса зрачки сторожа, и как в один миг становятся белыми, как полотно, разрумяненные алкоголем щеки бедолаги. Мужик попытался закричать, но сильнейший стресс лишил его голоса, и вместо отчаянного вопля, из раззявленного рта вырвался лишь жалкий хрип, похожий на воронье карканье. А еще через несколько секунд его мучениям настал конец…

Сам Степан не пожелал марать свои когти и клыки кровью несчастного, сторожем занялись откликнувшиеся на призыв господина слуги.

Шесть отвратительных, заляпанных с головы до пят землей тварей практически одновременно вырвались из шести ям под скособоченными крестами, взметнув в высоких прыжках за собой фонтаны земли и песка. И с невероятной легкостью, словно невесомые мотыльки, монстры дружно слетелись на дорогу к призвавшему их Степану.

Этот слет чудищ, случившийся буквально за считанные секунды, произошел в зловещей тишине. Ни слуги, ни их господин в момент эффектного воссоединения не проронили ни звука. И последовавшее за тем на залитой лунным светом кладбищенской дороги молчаливое братание выглядело еще более зловещими.

Наплевав на безобразно грязный вид мертвых друзей и подруг, Степан от души стискивал в объятьях каждого подлетающего «слугу», а когда вокруг него столпились все шестеро, жестом гостеприимного хозяина, приглашающего гостей за праздничный стол, указал вампирам на окаменевшего от ужаса сторожа.

Шесть тварей одновременно набросились на беззащитную жертву. И без драки, тут же по-братски поделили добычу. Кому-то досталась рука, кому-то нога, кому-то живот, кому-то шея. Сторож умер мгновенно от сильнейшего болевого шока, когда шесть пар когтистых лап и шесть клыкастых челюстей одновременно впились в его тело. В свете размытой луны кровь, одновременно брызнувшая из десятков глубоких укусов и порезов, имела зловеще черный цвет. Но лишь совсем немного первых капель драгоценной жидкости не упало в дорожную пыль…

Шестеро вампиров менее чем за минуту вытянули из тела несчастного сторожа всю, без остатка, живительную влагу. Когда удовлетворенные и насытившиеся они разошлись в стороны, на дороге остался лежать обтянутый кожей скелет в разодранной камуфляжной хламиде — сухая мумия всего минуту назад живого и полного сил человека.

За время кровавого пиршества почти вся налипшая грязь (глина, земля и песок) обвалилась с открытых лиц, рук и волос выбравшихся из могил вампиров. Одежда их тоже стала заметно чище. И куда как очевиднее открылось разделение монстров по половому признаку. Трое вампиров, в заляпанных землей и глиной черных костюмах, стали примерно походить на мужчин, а еще трое, в почерневших от земли изодранных платьях — соответственно, на женщин.

— Каак яя раад сснооваа ваасс виидееть! — наконец обратился к слугам призвавший их господин, по-прежнему растягивая гласные буквы и шипящие звуки. — Беезс ваасс, друузсьяя мооии, мнее быылоо ооччеень оодииноокоо. Ии яя воосскреессиил ваасс. Быыть моожшеет ээтоо прооиизсоошшлоо воопреекии ваашшеей воолее. Тоогдаа ообъяявиитее ооб ээтоом неемеедлеенноо ии, кляянууссь, яя веернуу ваам уутееряянныый поокоой.

Окружившие его со всех сторон воскресшие вампиры продолжали хранить величественное молчание.

— Выы моолччиитее… Ччтоо жш, приизснаатьссяя, яя ииноогоо оот ваасс ии нее оожшиидаал, — продолжил вещать Степан. — Ии вссее жшее, нее ссооччтиитее зсаа оосскоорблеенииее, ноо, поо ообыыччааюю, яя доолжшеен взсяять сс каажшдоогоо иизс ваасс кляятвуу кроовии в вееччноом поовииноовеениии ссвооеемуу ооссвообоодиитеелюю, тоо еессть мнее.

В ответ вампиры дружно склонили головы, опустились на колени и глухо вразнобой простонали одну и ту же короткую клятву, состоящую всего из семи слов:

— Кляянууссь иисспиитоой кроовьюю вееччноо сслуужшиить теебее, ооссвообоодиитеель.

— Воот и сслаавноо, — осклабился Степан и, трансформировавшись обратно в человека, продолжил вещать нормальным голосом: — Тогда вот вам, друзья, первое задание. Сейчас нужно будет здесь хорошенько прибраться. Избавиться от трупа сторожа. Натаскать земли, чтобы хватило засыпать ямы на вскрытых могилах и восстановить в прежнем виде могильные холмы. Выровнять над ними кресты. И по новой засыпать все тут цветами и венками. Проще говоря: вашими стараниями кладбище должно принять прежний цивильный вид. И поторопитесь, друзья, времени у нас в обрез. До рассвета нам еще нужно успеть подыскать для вас какой-нибудь безопасный схрон на первое время.

Глава 11

Глава 11

Мечник

Приглядевшись к налетчику, Артем разобрал человеческую фигуру, до пят укутанную тусклым серым и едва различимым в ночи плащом, лицо ее скрывал низко опущенный капюшон. В обеих ладонях незнакомец сжимал длинную рукоять двуручного меча, с причудливой формы клинком: узким и прямым у основания, широким и волнообразным на конце.

Своим грозным оружием мечник беспрерывно выписывал вокруг тела замысловатые восьмерки. Все эти подробности Артем с первого взгляда сумел разглядеть лишь благодаря до сих пор сохранившемуся боевому ускорению режима тени. Для нетренированного глаза стороннего наблюдателя стремительные, как мельканье крыльев мотылька, движения мечника слились бы в неразличимый серый вихрь — так быстро он вращал вокруг себе огромный клинок.

Этот новый персонаж битвы, вдруг разыгравшейся на городском кладбище лунной летней ночью, прикрыв спиной ослабевшего от ран Артема, недвусмысленно дал понять упырихам-горбуньям, что вступил в схватку на стороне теней.

Первую, замешкавшуюся и не успевшую вовремя отскочить с его пути, горбунью мечник вывел из строя весьма эффектно: одним точным молниеносным ударом-выпадом он снес ей голову с плеч. Однако, вопреки логике и здравому смыслу, обезглавленный труп монстра не завалился тут же наземь, а грузно плюхнулся на четвереньки и шустро засеменил прочь от опасного обидчика. Почти сразу же шейным обрубком, с мерзким чавкающим звуком, обезглавленная тварь врезалась в чугунный забор могильной ограды. Преградившее путь препятствие поумерило ее пыл. Безголовая горбунья развернулась, и неторопливо поползла вдоль ограды, тщательно обшаривая когтистыми лапами кладбищенскую землю перед собой.

Догнать и расчленить на диво живучий труп монстра серому мечнику, разумеется, не позволили две другие горбуньи, тут же с двух сторон одновременно насевшие на обидчика их товарки. Снова вооружившись найденным огрызком лопаты, Артем