Уходя Гасите Всех I, или Инженер против VI - Яр Красногоров

Его кожаные сапоги с хлопком ударили по мутной глади собравшейся лужи, в которой, как поплавки, маячили окурки и бычки от сигарет, какие сбрасывали сюда стражники ворот. День близился к закату, и количество «придворных» на улице стремительно приближалось к нулю, как и температура южной зимы.

— Максимилиан здесь! Наш царь вернулся! — громогласно прокричал пожилой мужик на фигурном балконе.

Я заметила, как Алекс с удивлением смотрел на то, что большие окна первого этажа были полностью замурованы железом. Однако его брови снова поползли вверх, когда он увидел, что на этом процесс бронирования замка не остановился и даже сейчас, в холодных сумерках, местные кулибины продолжали совершенствовать оборону и, пускай криво и косо, но таки закладывали кирпичом оконные проемы, делая их неприступными.

Наша процессия быстро прошла по отсыпанной гравием дорожке, минуя яму, в которую сейчас завозили свежий песок с реки. Светловолосый парень, нахмурившись, с интересом рассматривал импровизированный, собранный из поддонов заборчик вокруг неглубокой ямы с песком. Он несколько раз мотнул из стороны в сторону головой, будто оценивая размеры этого сооружения, и, видимо, когда несколько работяг вывозили старый, пропитанный кровью песок, Алекс догадался об истинном предназначении ямы. Да и стоящие полукругом в несколько рядов скамейки из всякого хлама непрозрачно намекали на то, что здесь проходили бои для развлечения придворных.

— Смирно! — крикнул бритоголовый мужик на воротах, от лысины которого поднимались струйки пара.

— Гвардейцы, я вернулся! — Максим расплылся в улыбке, когда несколько мужчин в самодельных доспехах потянули за цепи, и тяжелые сварные двери, обитые фанерой и капотами машин, распахнулись. — Добро пожаловать! — царек подмигнул нашему спасителю. — Это мой замок наслаждений! Или, если коротко, Зир.

— Зир? — переспросил парень.

— Земное Изобилие Развлечений, друг мой! Ты сейчас сам в этом убедишься! — царек хлопнул по плечу Александра, после чего снял с себя мокрый плащ и швырнул его прямо в лицо спешившему к нему навстречу дворецкому.

Я заметила, как наш спаситель с интересом уставился на то, как кто-то из псарни толкнул растерявшегося старика плечом, и тот, на потеху остальных, плюхнулся на задницу. Несмотря на такое унизительное к себе отношение, мужчина быстро подскочил с места и, встряхнув пестрый с золотом плащ царька, аккуратно перекинул его на согнутую в локте руку и, поправив грязную униформу официанта, невзирая на возраст, прытко подскочил к Максимилиану.

— Ваше высочество, я распорядился подготовить для вас ванну, а также подготовил все необходимое для поступления новых игрушек.

Царек непринужденно махнул рукой, будто отмахиваясь от надоедливой мухи:

— Ага, ага, съебался! — мягкая ладошка с тонкими пальцами, бренча золотыми браслетами и перстнями, еще раз повторила жест, и дворецкий тут же поспешил убраться прочь. — Менестрель, музыку! Царь во дворце!

Я зажмурилась, как от зубной боли, когда под потолком снова заиграла назойливая музыка, какую я хотела бы навсегда забыть. Царек повернулся на пятках и стал махать руками в такт, когда стробоскопы под потолком стали бросать разноцветные лучи во все стороны.

— Алекс, я бы провел тебе экскурсию по моему личному замку, но если честно, мне это делать влом. Я пойду лучше вмажусь дорожкой с упругой задницы фитоняшки из фитнес-клуба напротив, так что держи!

Светловолосый парень ловко поймал брошенную в его сторону петлю от моего поводка! Широко распахнутыми глазами я уставилась на эту картину. Никогда еще царек не расставался с поводком, не говоря уже о том, чтобы передавать его кому-то, особенно в чужие руки.

В этот момент, должно быть, на моем лице отобразился весь спектр промелькнувших в голове эмоций. Я с замиранием и восторгом уставилась на то, что Максим больше не держал в руках ненавистный мне всем сердцем поводок. Радость от возможного освобождения сменилась острым уколом испуга.

За долю секунды я по-новому посмотрела на виновника своего спасения, и мне стало страшно, ведь я слышала там на перекрестка, как Алекс хотел поступить со мной. А точнее как именно я должна была его отблагодарить за спасение.

Воздух с шумом вышел из моего носа от злости на саму себя, когда я осознала, что за время своего плена в руках этого убогого царька стала оценивать себя как вещь. Последней эмоцией, застывшей немым вопросом на моем лице, было полное непонимание того, что вообще происходит. Точно такая же эмоция застыла на лицах придворных и охранников из псарни! Царь никогда не расставался не отпускал меня от себя дальше чем на десять метров и уж тем более никогда не передавал поводок в руки даже самых проверенных людей! В памяти ещё свежими были кадры того, как Максим собственноручно застрелил парочку обдолбышей за то, что те посмели коснуться моего поводка.

Как ни в чем не бывало, Максим улыбнулся мне и кивнул на поводок:

— Аэлита, дорогой мой талисман, устрой экскурсию нашему новому другу, покажи и расскажи, что у нас и как, а к восьми вечера приведи его в мою приемную. Мы обсудим все детали трудоустройства такого бравого воина. Все! Идите! Кыш-кыш-кыш!!! — в свойственной ему манере он несколько раз махнул рукой и, не оборачиваясь, зашагал по направлению к лифту, ведущему в его покои.

Я заметила, как Григор — начальник охраны, несколько раз с прищуром посмотрел на меня с Алексом, после чего направился вслед за Максимом. Внутри меня поселилось странное чувство тревоги и даже пустоты, когда я увидела удаляющуюся ненавистную фигуру царька, который пританцовывал и кривлялся в такт музыке, льющейся с колонок под потолком.

Оставаться посередине холла, с направленными в мою сторону взглядами придворных, мне решительно не хотелось:

— Пошли, — мой голос предательски дрогнул. — Царь велел тебе все показать!

Я немного выдохнула, когда увидела на лице Алекса точно такое же застывшее выражение искреннего удивления. Мне даже пришлось самой дернуть поводок, чтобы парень вышел из оцепенения.

— Начнем нашу экскурсию с опочивален для придворных, нам сюда, — я указала рукой в сторону больших павильонов, и мне пришлось практически силой заставить пойти с собой парня.

Мы быстро ушли с центрального зала и пока не свернули в проход, освещенный тусклым светом мигающей гирлянды теплого оттенка, я спиной чувствовала на себе взгляды того сброда, который звался здесь придворными.

— Эй, — раздался позади тихий голос Алекса, когда из нашего вида пропал вход в замок и стоявшие там люди.

— Чего? — с раздражением спросила я, предвкушая то зрелище, какое скоро откроется моим глазам.

— Забери, — он положил конец поводка с петлей для руки мне на плечо.

Мое