Уходя Гасите Всех I, или Инженер против VI - Яр Красногоров

— Не дури! — с гневом прошипела я, осмотревшись по сторонам, дабы убедиться в том, что никто нас не видит и не слышит. — Держи его и никуда не выпускай! Не предавай оказанное царем доверие!

Мне показалось, что глаза парня в буквальном смысле блеснули огоньками в этом темном месте:

— Гонишь⁈ Это еще что за хуйня⁈ Куда я, блядь, попал⁈ Какой царь, какой замок, какие, мать его, поводки⁈ Что, еб твою мать, ваще происходит⁈

Его столь очевидные вопросы сперва выбили меня из колеи, а после заставили разозлиться еще сильнее от осознания того, что за этими вопросами может последовать.

— Хлебало завали, — я снова с силой сунула ему поводок, — и слушай внимательно всё, что я тебе буду сейчас рассказывать. Если мозги есть, то поймешь и без прямых ответов!

Я слегка вздрогнула, когда пальцы Алекса коснулись моей руки. Физический контакт был неожиданным. За полтора месяца в роли талисмана для поехавшего предводителя я и забыла, когда в последний раз кто-то вообще касался меня.

— Ясно, — уже спокойно ответил Саша.

— Супер, иди за мной.

Мы миновали коридор и вышли к тому, что должно было стать торговыми павильонами, но из-за дележек земли, проблем с документами и откровенного нежелания городских властей возиться с проблемным объектом это сооружение из железа и бетона было прибежищем для пубертатных подростков, любящих заброшки.

— Если ты уже был в Парке Победы, да и если ты местный, — начала я свой рассказ, — то должно быть ты в курсе того, что данный замок был заброшкой и только сейчас получил подобие жизни, — я обвела рукой пустующие площади для магазинчиков, которым так и не было суждено открыться. — Но тебя, наверное, не интересуют рассказы об истории города и парка, в котором стоит дохера военной техники, не зря же это «Парк Победы»! — пожав плечами, я, как собачка-поводырь, повела Александра дальше.

— А тут у вас? — парень указал на гротескное сочетание вещей, что могло быть только на полотнах Босха, но никак не в реальной жизни.

Большой павильон. Даже не так. То, что должно было стать большим павильоном торгово-развлекательного центра, созданного в стиле средневекового замка, был серым, бетонным вместилищем для людей, спасавшихся от ужасов апокалипсиса на большой земле.

По прихоти царька данное место, что возможно, задумывалось как сцена для выступления перед покупателями и отдыхающими в парке горожан, стало нелепым сочетанием с лагерем беженцев. Ржавые и ломанные кровати из хлама, развешенные простыни в качестве перегородок, галереи из граффити на стенах, подсвеченных диодными лампами, сливались с итак тяжелой аурой безнадежности.

Картину плачевного положения дел завершал тяжелый запах немытых человеческих тел, успевший въестся в эти стены вместе с привычными для заброшки испражнениями и дождевой водой, бывших тут задолго до того, как замок облюбовала банда Максима.

Общее зрелище отличалось от питомника тем, что у находившихся здесь людей имелась крыша над головой и над ними открыто не издевались вышестоящие люди.

— Здесь опочивальни для придворных, — поджав губы, ответила я. — Придворными у нас зовутся все, кто ПРИ ДВОРЕ, — я интонацией выделила два этих слова, чтобы парень лучше проникся логикой человека, устроившего весь этот цирк. — На нижнем этаже живут кулибины, механики и те, кто занимается бытовой жизнью замка Зир.

Алекс невесело хмыкнул, покачав головой каким-то своим выводам. Я слегка склонила голову, изучая его реакцию, по неуловимому отвращению к этому, действительно, неприятному зрелищу, мне в голову пришла странная мысль, какую я решила озвучить.

— Что тебя в увиденном смущает? — эхо моего голоса со звонкой издевкой утонуло в гуле негромкой возни меж палаток, где кто-то надрывно кашлял и общался полушепотом.

— Странное отношение у вас к тем, кто занимается обеспечением жизни, — с презрением в голосе произнес он.

Я не смогла сдержать истеричный смешок, вырвавшийся из моей груди:

— А разве бывает иначе⁈

Мой хохот привлек внимание гвардейца, патрулировавшего коридор. Мужчина в куртке с нанесенным через трафарет изображением белой львиной головы подозрительно скосился в нашу сторону. Алекс изобразил смешок, но прозвучал он так фальшиво и натянуто, что нужно быть идиоткой, чтобы поверить в то, что парень действительно засмеялся над моим чувством юмора.

— Ты права! — пластиковая, лишенная эмоций, улыбка заиграла на его лице. — Продолжим экскурсию. Не хочу заставлять царя ждать нас.

После этих слов гвардеец потерял всяческий интерес к нашим персонам, благоразумно решив, что ему точно не стоит вникать в то, почему талисман Максимилиана самовольно разгуливает по замку без всякой охраны, да ещё и в компании незнакомца.

— Ну, пошли, — ответила я, заметив, как глаза парня опасно блеснули в полной темноте.

Мы свернули и двинулись дальше по коридору.

— А это у вас? — спросил Алекс, когда мы прошли мимо сваренной из листов железа двери, закрытой на толстый амбарный замок с гравировкой. — Что там? — он изучающе уставился на витиеватую надпись поздравления какого-то богатого фермера Алексея Плотникова, которому подарили этот самый замок на недавний юбилей. — Лучшему фермеру Кубани от благодарных работников овощебазы. Пусть ваши усы будут всегда такими жизнерадостными и поднятыми, как и ваш веселый нрав, — с выражением прочитал парень. — Хм, прикольное поздравление, — он отчего-то растянулся в улыбке и даже несколько раз хохотнул.

— Что забавного⁈ — сжав кулаки, спросила я, знавшая, что именно скрывается за этой тяжелой дверью.

— Да так, просто амбарный замок в качестве подарка для фермера, тебе не кажется, что это не заезженный способ поздравления, нет? — он с улыбкой уставился, ткнув пальцем в текст, где говорилось об усах.

— Ага, оригинальный способ, — так же без эмоций ответила я, как и парень на мое замечание про положение бедолаг на первом этаже. — Там подвал замка. Входить кому бы то ни было запрещено. Ключ есть только у начальника охраны. Что там — не твоего ума дело, ясно.

Парень, нахмурившись, посмотрел мне прямо в глаза:

— Может, будешь повежливей с тем, кто спас твою жизнь⁈

В этот момент я вспылила, растянувшись в улыбке, почти вплотную приблизилась к нему и, быстро заморгав пышными ресницами, уставилась прямо в его голубые глаза:

— Спасибо, мой дорогой рыцарь! Чтобы я без тебя делала! — мои пальцы до боли сжали ненавистный ошейник, который я продемонстрировала ему.

В воздухе повисла напряженная пауза. Саша тяжело вздохнул, переведя взгляд с застывших слез в моих глазах на сжимаемый шипастый ошейник. Казалось, что он понимал на какое именно существование обрек меня, избавив от быстрой смерти в лапах монстра. Судя