Дети рассвета - Владислав Евгеньевич Макеев

В доме горели свечи, из труб шел дым. Аякс переступил порог, его встретили дети, начали рассказывать ему о древе жизни, о ферме, обо всем, увиденном за день.

***

В лавку Аякса пришел один из новоприбывших. Выглядел он подавленным, взгляд у него был испуганный.

– Здравствуйте! Я бы хотел купить немного мяса, – сказал он.

– День добрый! Ты же не из этих земель, я прав? – спросил Аякс.

– Да, мы только недавно пришли сюда, – тихо ответил незнакомец.

– Меня зовут Аякс. А тебя?

Незнакомец немного помолчал и затем ответил:

– Дос. Приятно познакомиться.

– Будем знакомы. Дос, какой-то ты поникший – болеешь? Аль случилось чего? – поинтересовался Аякс.

– Да так, много чего случилось, – понуро ответил Дос. – Даже не знаю, с чего начать… У меня погиб очень близкий человек недавно, он был мне почти как отец…

– Я тоже рано потерял своего отца и знаю, что это такое, – поделился Аякс. – Долго страдал из-за этого, у меня пропало всякое желание жить, работать. Но знаешь, я подумал, что мой отец не хотел бы такой участи для меня, он хотел, чтобы я жил полной жизнью, а не провел ее в горе и печали.

Дос задумался над этими словами.

– Наверное, да, спасибо вам, я, наверное, пойду.

– Мясо-то возьми, – протянул сверток Аякс.

– А, да, точно, спасибо, – растерянно сказал Дос.

Аякс проводил его взглядом: «Жалко мне этого парня. Он, как зверь, чурается людей и постоянно чего-то боится».

Глава 22

Пламя

У совета сотни зазвонил колокол. Том и Аякс переглянулись. Что-то случилось: в этот колокол не бьют просто так.

– Надо идти.

– Да.

Они пошли к зданию совета. У него постепенно собралась толпа. Вышел старейшина.

– Объявляю, что завтра на заре всем членам совета сотни необходимо явиться в главный зал, дабы вершить суд над человеком, который напал на заместителя главы стражи Паймона, – молвил Скирос.

– А кто напал? – крикнули из толпы.

– Дос, этот человек прибыл недавно в наш город, – ответил Скирос. – На этом все, можете расходиться.

– Как Дос? Зачем он это сделал? Тут наверняка ошибка. Хотя Паймон наверняка наврал с три короба, – пробормотал Аякс. – Что гадать, завтра все узнаем.

Дома Аякс попросил Хани завтра с детьми последить за лавкой, пока он будет на совете.

– Да, конечно. Это тот мальчик, про которого ты рассказывал? – спросила Хани.

– Ага. Я постараюсь его защитить. Мне кажется, он хороший парень, да и Паймона я не переношу. Фелиция, Гил, вы ведь поможете маме?

– Да, да, поможем, – ответили дети.

– Вот и славно. Давайте ложиться спать.

***

Рассвет брезжил на горизонте, Аякс шел по рыночной площади, держа за руку Фелицию и Гила, рядом шла Хани. У мясной лавки они остановились.

Аякс наклонился и сказал:

– Ребятки, вы сегодня за главных. Мясо у вас будет прямо с прилавка падать: уж очень его много.

– Хорошо!

– Ну, я тогда пойду. Надеюсь, закончим быстро, и я вернусь к вам. Вечером расскажу вам историю о златом граде. Договорились?

– Да, мы присмотрим за лавкой, иди, а то опоздаешь, – поторопила Хани.

В здании совета уже сидело много людей. Главный зал был двухэтажным, на первом этаже находились просящие, ораторы и подсудимые, на втором – трибуны, на которых сидели члены совета. В центре зала было место старейшины и главного шамана Кау. Стены были белоснежны, как и одежды заседающих.

Вскоре все собрались. Стражники привели Доса, грязного, с сальными волосами, бешеными глазами; он был похож на животное, которое держали в клетке. Жуткое зрелище, никогда еще он не был в таком состоянии, как сейчас. Его усадили на колени, руки связали за спиной, рядом встали два стражника. Скирос и Кау заняли свои места, можно было начинать.

Скирос поднялся, немного откашлялся и начал:

– Приветствую всех в стенах здания совета, выражаю почтение и благодарность тем, кто пришел. Сегодня мы будем судить человека, недавно пришедшего в наш город из бункера «Рассвет». Судить мы будем его за нападение, нападение на заместителя главы стражи Паймона. Давайте же выслушаем его обвинения, – закончил Скирос и сел на место.

Паймон, стоявший на первом этаже, выпрямился, вскинул голову и начал речь:

– Люди дорогие! Услышьте меня! Сей человек напал на меня безо всякой причины! Не задумываясь, он хотел лишить меня жизни. Лишить город заместителя ГЛАВЫ СТРАЖИ! Мы пустили его к нам, накормили, дали дом, а он! А он лишь ждет момента, дабы убить, сначала меня, а после и вас! – он указал на членов совета; они зашептались, кто-то одобрительно закивал.

– Ложь, наглая ложь! – вскричал Дос.

– Ти-ихо-о! – протянул Скирос. – Мы выслушаем вас позже. Продолжайте, Паймон.

Паймон метнул на Доса взгляд, полный презрения и злорадства.

– Я пустил его к себе, хотел дать ему работу, хотел помочь, духи мне свидетели, – он вскинул руки к небу, но его перебил вопрос из зала:

– А из мира живых есть свидетели?

– Есть. Конечно есть! Моя правая рука Пут.

– Пусть войдет, – распорядился Скирос.

Дверь открылась, вошел Пут и встал подле своего начальника.

– Поведай же нам, Пут, что случилось, – попросил Скирос.

– Я ввел Доса в комнату к заместителю стражи Паймону и вышел. Через каких-то пару минут я услышал крики и мольбы о помощи, они исходили от Паймона, – вещал Пут, но его тоже перебили из зала:

– Что же это у нас за заместитель главы стражи такой, что с оружием от безоружного мальчишки отбиться не может?

В зале засмеялись.

Паймон метал грозные взгляды, но не мог увидеть, кто же смеется. Он начал оправдываться:

– Я не хотел убивать мальчишку, этого сопляка, вот и все. Поэтому и вызвал Пута.

– Тишина! Хорошо, теперь выслушаем Доса, – молвил Скирос.

Дос поднял голову, посмотрел в глаза Паймону, долго он вглядывался в эти противные ему глаза.

– Когда я только подошел к зданию стражи, Пут сразу же обругал меня как только мог, я же пытался вести себя учтиво. После меня привели к Паймону, он тут же начал меня оскорблять, оскорблять моих друзей, нашего погибшего… капитана, хотя он ничего не знал ни обо мне, ни о нем. После я рассказал ему, что на нас напал безликий, мы отбились от него, но он сожрал нашего капитана и принял его обличье. Паймон начал орать как резаный. Я показал ему фотографию, где был капитан Рой, он вырвал ее из моей руки и хотел отобрать у меня… последнюю память о капитане, – говорил Дос вполголоса. Зал погрузился в тишину. – И я крикнул на него, да,