Космическая сага: Лорд пояса астероидов - Максим Шаравин

Я посмотрел на Яра.

— Шанс — семьдесят один процент. Потери будут весомые. В основном — тяжёлые дроны, фрегаты и эсминцы. Несколько тяжёлых крейсеров, — ответил Яр.

Я задумался. Это серьёзные потери. Жалко даже не корабли, а людей, которых и так было очень мало.

— Это война, князь, — заметив моё замешательство, произнёс Рэттен. — Потери будут всегда. Тебе надо научиться принимать это.

— Мне надо подумать, — я встал и вышел из штаба, отправившись в свою каюту.

Я лежал на кровати, когда услышал голос Яра:

— Ратибор, ты должен принять решение. И чтобы тебе было легче, поговори с людьми. Я уверен, они поддержат тебя. Многие из них обязаны тебе и твоему Дому жизнью.

— Но это не означает, что теперь я должен её забрать, — ответил я.

— Ты глава Великого Дома Северных Медведей. Ты обязан принимать такие решения, как бы тяжело тебе ни было. Иначе твой Дом снова уничтожат. А эти люди… они будут сражаться за своё будущее, — произнёс Яр.

Я молчал. На душе было противно.

— Хорошо, Яр, я сделаю обращение ко всем, — я встал и пошёл в штаб.

Я молча вошёл и сел в кресло капитана.

— Яр, общую связь со всеми кораблями. Я хочу, чтобы меня слышали все.

Яр кивнул — и через мгновение голографический экран разделился на множество картинок, показывая лица командиров, экипажи, бойцов. В динамиках зашумело, затем установилась тишина: все ждали моих слов.

Я глубоко вдохнул, собрал волю в кулак и начал:

— Братья и сёстры по оружию! Я, Ратибор, князь Великого Дома Северных Медведей, обращаюсь к вам в час, когда перед нами стоит тяжёлый выбор.

Мы отразили вероломные атаки на «Последний Ковчег» и «Скопление Икара», мы показали нашим врагам, что с нами стоит считаться. Но война не закончена — она только началась. Впереди — новые битвы, новые испытания. Нам предстоит идти дальше: в «Край Вечной Зимы», в «Эридан-4», в «Аквамариновый Пояс».

Я знаю, что многие из вас потеряли родных и друзей во время этих атак. Я знаю, что вы устали. И я сам не хочу отправлять вас в бой, не хочу считать новые потери. Но если мы остановимся — всё, чего мы добились, обратится в прах. Если мы дрогнем — враги вернутся, и на этот раз не оставят нам ни единого шанса.

Вы — не просто солдаты. Вы — семья. Вы — будущее нашего Дома. И я прошу вас: доверьтесь мне. Как я доверяю вам. Как доверял тем, кто пал, защищая нас.

Да, будут потери. Да, будет больно. Но каждая жертва — это шаг к миру, в котором наши дети не узнают, что такое страх и предательство. Каждая жертва — это камень в фундаменте нашего будущего.

Я не приказываю — я прошу. Идите со мной. Сражайтесь со мной. Стройте будущее вместе со мной.

Потому что я не просто ваш князь. Я — один из вас. И я пойду впереди.

Тишина длилась несколько секунд — а затем по каналам связи прокатился гул: кто-то кричал «За Медведей!», кто-то поднимал кулак, кто-то просто кивал, сжимая в руках оружие или инструменты.

Я почувствовал, как внутри меня разгорается огонь. Не ярости — надежды.

— Спасибо, — тихо произнёс я. — Яр, отбой общей связи.

Экран погас. Я посмотрел на сидящих за тактическим столом людей. Но теперь в груди было тепло. Они со мной. Мы идём дальше.

— Марк, Игнат, готовьте корабли и штурмовиков к атаке. Яр, корабли, которые пристыкованы для ремонта, смогут подкачивать щиты «Стальной Берлоги»? — произнёс я, и теперь в моём голосе была уверенность в победе.

— Так точно, князь, — по-военному ответил Яр.

— Марк, кто будет командовать нашими эскадрами? — я посмотрел на Марка.

— «Край Вечной Зимы» — спейс-майор Леонид Рогов, мой заместитель, который отражал атаку на «Последний Ковчег». Заместитель адмирала Громова, спейс-майор Артём Порецкий, будет командовать штурмовыми отрядами.

Вторжение в звёздную систему «Эридан-4» — адмирал Этьен-Мари де Версо. Георгий Норд будет его заместителем и координатором по связи с «Синдикатом Перекрёстка».

Звёздная система «Аквамариновый Пояс» — я и адмирал Игнат Громов, — ответил Марк.

— Хорошо. Время готовности к атаке? — уточнил я.

— Три часа, мой князь, — переглянувшись с Игнатом, произнёс Марк.

— Тогда за работу, — я встал с капитанского кресла и направился в малую офицерскую столовую. Дико захотелось кофе и сладкого.

Через два часа я вернулся в штаб управления флотом, где людей серьёзно прибавилось.

— Как обстановка, Марк? — спросил я, подходя к тактическому столу, за которым работали Марк и Игнат.

— Всё по плану. Буба уже отключил варп-маяк в «Ледяных Чертогах» и подготовил корабли. Сейчас стыкуем со всеми время ухода в варп-прыжки. Корабли должны прийти во все звёздные системы одновременно, — ответил Марк. Потом поднял на меня глаза и продолжил: — Через час уходим мы, потом прыгает эскадра Этьена и Георгия, дальше — Рогов и Порецкий. Буба прыгнет последним: ему ближе всех. Точное время ухода в варп-прыжки всем сообщили. Яр помог с расчётами и отправил всем командирам время начала разгона до предварпа. Всё получится, мой князь.

— Новой информации из звёздных систем не поступало? — я перевёл взгляд на Георгия и Себастьена.

— Нет, — ответил Георгий. — Ничего не изменилось. Мы получаем информацию каждые двадцать минут.

Себастьен встал и подошёл ко мне.

— Нам надо поговорить, князь. Есть новая информация из Дома Меровингов. Я думаю, вам будет интересно. Но здесь слишком много людей.

— Хорошо, пойдём в мою каюту, — я направился к выходу из штаба.

— Присаживайся, Себастьен, и рассказывай, — я указал ему на кресло возле стола.

— Спасибо, мой князь, — Себастьен уселся в кресло и улыбнулся. — Похоже, Дом Валуа списал Меровингов со своих счетов — и вообще, похоже, вычёркивает их со звёздной карты галактики.

— Почему ты так решил? — опешил я.

— Король Валуа не знает, что мы с Гастоном — близкие друзья. Мы никогда не афишировали нашу дружбу, а точнее, держали её в тайне. Он двоюродный брат моей жены, — ответил Себастьен и сразу продолжил после мимолётной паузы: — Именно он помог мне вывезти семью. Так что он знает, что я жив. Сегодня он связался со мной и сообщил интересные новости.

— Себастьен, а кто такой этот Гастон? — уточнил я.

Себастьен удивлённо вскинул брови:

— Мой князь, я думал, вы прочитали в моих мыслях про все мои связи.

— Себастьен, чтобы это сделать, мне надо ковыряться в твоих мыслях весь день. Зачем? Мне достаточно того, что я вижу и чувствую. Ты, возможно, не до конца