Узник хрустального шара - Дмитрий Витальевич Шелег

— Ой да заткнитесь! — велел старший. — А ты волыну прячь и не доставай. Череп сказал его живым брать и привести на разговор. Если станет совсем худо, то у меня ещё травмат имеется. Всё, пошли.

Бандиты одобрительно загудели и уже более бодро направились к дому.

Я же выждал некоторое время, чтобы они удалились и не услышали, как я выбираюсь в этот момент. Затем осторожно выполз из своего укрытия и планировал двинуться следом, как со стороны деревни послышался звук приближающегося без фар автомобиля.

«Так, блэт! А это ещё кто такой? Бандюганы забыли правильно водителя проинструктировать? Или Череп решил не рисковать и отправил подкрепление?»

Вскоре заглох двигатель сначала одного, а потом второго автомобиля, который я сразу и не расслышал, и из них стали тихо выходить люди, начавшие переговариваться в полголоса.

«Не понял. Как-то много человек прибыло сюда для подкрепления».

Краем глаза проследив за тем, как бандиты скрылись на территории дома, я увидел, как ко мне по дороге приближается вторая группа людей.

«Один, два, три, четыре. Семь вроде? Или восемь? А водители, интересно, тоже здесь? Или в авто остались? Ничего не понятно».

— Так! — раздался низкий властный голос, привлекающий внимание. — Отец с мальчишкой дома. Поблизости никого нет. Осторожно войти, взять их живыми и подать сигнал. Вопросы?

Вопросов не было, и четыре поджарые фигуры двинулись в сторону дома.

— А вы что тут забыли? — раздался слышанный мной сегодня голос Петра Леоновича, обращённый к ещё двоим мужчинам. — Вперёд. Окажете им помощь.

«Значит, за нами всё-таки следили ювелиры! Мне не показалось», — подумал я, а тем временем хозяин властного голоса спросил.

— Зачем ты отослал и водителей?

— Хотел поговорить вдвоём. Чтобы они уши не грели, — ответил Пётр Леонович.

— Пока не о чем, — сказал второй. — Сначала нужно взять эту парочку, найти осколок алтаря и убедиться, что они действительно изгнанники. Если всё так, то лишь тогда можно будет обсуждать ритуал.

— Это они. Я чувствую, — уверенно заявил Пётр Леонович, и в его голосе мелькнуло мечтательное выражение. — Уже представляю, как наш алтарь усилится за счёт их осколка, по моим каналам пройдёт энергия, и я наконец стану ратником.

— Всё не так просто, — ответил глава рода с усмешкой. — Ритуал продлится часов так пять, если не больше.

— Да почему не просто? — не согласился с ним Пётр Леонович. — Ритуал же проводится с помощью шкатулки. Установил её на ровную площадку, повернул верхний камень на сто восемьдесят градусов, отошёл в сторону — и красота! Она сделает всё сама. Каждый даже самый мелкий значок вырежет. Это тебе не сложные рунические печати по две недели рисовать. Красота, да и только! Потом положил на место шкатулки поглощаемый алтарь, пустил кровь ублюдкам и поглощай силу. Даже не верится, что дед был настолько искусным артефактором.

Второй мужчина с сомнением в голосе сказал.

— Я не думаю, что он мог бы сделать что-то настолько сложное. Скорее всего, шкатулка пришла к нам из проклятых земель и как-то попала к нему в руки. Слишком уж сильно она нарушает наши магические законы.

Слушая разговор Глиновых, я лежал ни жив ни мёртв, думая над тем, как бы половчее от них сбежать и вернуться к Всеславу. Насколько бы я ни был уверен в себе, но тягаться с двумя опытными родовыми магами я точно не смогу. И это при том, что у них, помимо прочего, есть своя группа поддержки.

— Ты смотри, свет в окнах появился! — вдруг раздался голос Петра Леоновича, и в этот момент до нас донеслись звуки выстрелов.

«Началось — подумал я — Пусть мои враги начнут убивать друг друга, а я за этим прослежу».

Глава 15

Ночь. Тишина. Одинокий хутор. В руке, электрошокер, в кобуре травмат, за спиной трое крепких бойцов, а Беляк всё равно почему-то нервничал. Может оттого, что положительное выполнение этого задания позволит ему наконец выйти из тени Игната и возглавить небольшую банду, занимающуюся своим делом. Ну или всё-таки из-за странного семейства, отец которого сражается так, словно берсерк, ломая сразу несколько человек за одну драку, а сын не только играючи отделал его с Игнатом, но и забрал их пистолеты. Что будет, если он задействует оружие при отражении нападения? А если они с отцом на пару без затей поломают всех четверых голыми руками? Такое им вполне по силам? На психе не чувствующем боли, шокер может и не сработать.

Видимо из-за всех этих тревожных мыслей в голову так не вовремя и упорно стали лезть воспоминания нескольких прошедших месяцев. С того рокового дня, когда они должны были с Буржевским-младшим проучить его одноклассника, но расслабились и за это поплатились. А дальше было хуже: смерть Бугра в собственном кабинете, осознание произошедшего и позорный побег из казино, а также разъярённый взгляд Черепа — главного криминального авторитета города, когда он узнал о смерти одного из своих верных соратников. Тогда их, пропахших потом от быстрого бега приняли весьма настороженно. Новости о произошедшем до него уже дошли. Тогда Череп молча выслушал их доклад, долго пытал надеясь вытянуть все подробности, а затем велел засесть в конспиративной квартире и не отсвечивать.

— Будет проверять информацию и нас — сказал тогда Игнат, облегчённо выдохнув — это хорошо.

— Почему? — не понял Беляк — он же нам не поверил и велел держаться поблизости.

— Да потому что решил разобраться в этом странном деле, а не рубить шашкой. А мог бы просто открутить головы и сказать, что так и было. Мы, мол, выжили, а наш шеф — Бугор, нет. И это наш косяк.

Беляк хотел было грязно выругаться, но увидев предостерегающий взгляд друга, лишь кивнул.

Спустя некоторое время от подкупленных и простимулированных дополнительными внеплановыми премиями полицейских пришли сведения, подтверждающие слова молодых бойцов. В рабочем кабинете главаря, помимо известных лиц, был кто-то посторонний. Это он вырубил охранника у двери, как-то заставил Бугра открыть сейф, а затем убил его и прибывших на помощь боевиков. Погонники даже показали, как именно производились выстрелы, как незнакомец убил пару дежурных и предоставили отпечаток старомодной туфли, в которой был убийца.

— Профессионал работал — сказал тогда следователь — нашёл на дело такую старую обувь, что она в каждом доме имеется. Если даже захочешь