Узник хрустального шара - Дмитрий Витальевич Шелег

Мечтательное состояние длилось достаточно долго, до тех пор, пока он не оказался возле старого неухоженного дома Чародеевых, где его вдруг стала одолевать необъяснимая тревога. Теперь тот лёгкий путь, который привёл его сюда, был слишком странным. В деле было много откровенно притянутого за уши, а людей, казалось, совсем недостаточно.

«Так! Соберись! Сначала захватим пленников, а потом будем переживать!» — скомандовал он сам себе и кивнул бойцам, которые получив сигнал, легко потянули на себя незакрытую дверь и скользнули в дом.

Выждав некоторое время, но так и не услышав звуки борьбы, Беляк вдруг подумал, что благодаря включённой лампочке на улице он ничего за пределами светлого пятна не видит, а вот его самого, напротив, могут рассмотреть даже с опушки леса.

По спине тут же поползли мурашки, стало как-то неуютно, и мужчина поспешил скользнуть вслед за приданными бойцами и, не забыв закрыть за собой дверь в дом, принялся ждать.

— Никого! — после нескольких минут тишины раздался громкий доклад одного из бойцов.

— У меня тоже! — подтвердил второй. А третий выругавшись, добавил:

— И у меня! Тут в спальне все вещи валяются, чую, что они собрали манатки и сбежали, а мы опоздали.

— А свет на улице тогда кто включённым оставил? И для кого? — спросил Беляк. — Да и как они могли уехать, если вы мужика хорошо отделали и он был даже не в состоянии встать?

Ответа не последовало, поэтому старший отдал новые указания.

— Свет в доме не включать, фонариками не пользоваться, и ещё раз всё внимательно осмотреть. Если и после этого никого не найдём, то идём к окнам и ждём гостей. Не нравится мне всё это. Здесь что-то не так.

— Думаешь, это ловушка? — осипшим голосом спросил один из бойцов. — И нас здесь, как и Лома, порешат?

— Очень может быть, — мрачно ответил Беляк и, до рези напрягая зрение, принялся с шокером в руках обыскивать дом. Вот только никого обнаружить им так и не удалось. И это притом, что, несколько раз врезавшиеся во что-то твёрдое бойцы, обмотали фонарики тряпками и при едва заметном приглушённом свете осмотрели пространство дома более внимательно.

— Фонари гасим и к окнам! — велел старший, когда понял, что чудо не произошло и странной семейки дома не оказалось.

В напряжённой вязкой тишине они провели ещё несколько минут, пока один из бойцов, которого все звали Бешем, не потерял терпение:

— Слышь, Беляк, я не понял, а что мы тут делаем? Зачем сидим здесь, как трусы? Если бы на нас устроили ловушку, то уже давно бы напали!

От завуалированного наезда и покушения на свою, пусть и пока ещё не окрепшую, власть Беляк едва не впал в бешенство. Однако понимание того, что для этих людей он пока ещё чужой и его кандидатура ещё не утверждена Черепом, заставило бесшумно выдохнуть, взять себя в руки и медленно процедить:

— Я хорошо знал Бугра. Он был крутой мужик и очень башковитый. Все пророчили ему великое будущее. Вот только в последнее время он стал слишком себе на уме. Возгордился, расслабился — тут-то его и подловили. И непросто, а смертельно. Так что если не хочешь сдохнуть в этой халупе как бродячая собака, то заткнись и смотри в оба. Я чувство осторожности не потерял. А даже если и ошибся, если мы просто так посидим здесь и час, то ничего страшного. Лучше быть предусмотрительным и выжить, чем глупо сдохнуть.

Не прошло и минуты, как Фекс грязно выругался и прошипел:

— Идут, кажись, сюда! Со стороны дороги! Только их не двое, а явно больше.

— Где они? — всё тем же недовольным тоном сказал Беш. — Ни черта же не видно!

— Всё видно, — не согласился с ним Фекс. — Внимательней смотри! Блин! Да их там человек семеро!

— Да где⁈ — вновь начал было бузотёр, но уже и Беляк заметил неладное.

— Вижу. У кого там с собой ствол?

— Только у меня, — мрачно произнёс Фекс и, достав пистолет, взял его на изготовку.

— Встану у двери, — сказал он, — как только войдут — начну палить.

— Хорошо, — кивнул Беляк. — Тогда я буду действовать из соседней комнаты. Начну стрелять им оттуда в спину сразу после тебя. Но нужно, чтобы кто-то выбил окно — всё же это травмат, а не боевое оружие.

— Я кину! Есть чем! — сказал третий бандит, взяв в руки тяжёлую табуретку.

— Чёрт! А у меня только нож есть, — заметил Беш зло. — Нужно было тоже ствол взять.

Беляк на несколько мгновений задумался, пытаясь представить, как бы на его месте повёл себя всегда спокойный и собранный Игнат, и решение пришло быстро.

— Тогда бери самый мощный фонарик и, как только начнётся стрельба, свети им в глаза. Ну а дальше — по обстоятельствам. Резкий свет ослепляет. Выгадаем несколько мгновений.

— Лады! — приободрился Беш, и все принялись занимать позиции.

Секунды тянулись медленно. Время, казалось, застыло. Однако скоро всё кончилось: стоявший у края окна Беляк сумел рассмотреть шестерых крепких и поджарых мужиков с какими-то прутами в руках.

«Почему не с пистолетами? — не понял он. — Неужели решили, что справятся с нами голыми руками? Тогда их ждёт сюрприз!»

Додумать мысль он не успел. Дверь открылась, трое противников стали заходить в дом, и в этот момент всё и началось.

Фекс открыл огонь, и по ушам ударил громкий неприятный звук. Одновременно с этим боец с табуреткой рывком отодвинул штору и запустил снаряд в окно. Беляк, уже готовый действовать и успевший прицелиться, начал стрелять в спину ближайшему из незваных гостей.

«Сука, щиты!» — со злостью подумал он, наблюдая за тем, как вспыхнувшая вокруг цели магия сдерживает три пули подряд, но всё же пропускает четвёртую и пятую. Следующий противник успевает рвануть в сторону спасительной темноты, но попавшая в щит пуля подсвечивает фигуру, и остальные выстрелы находят цель, заставляя ещё одного противника взвыть и покатиться по земле.

— Один сбежал! — восторженно кричит тот, который был с табуреткой, и в этот момент из дома с ножом в руке выбегает Беш и добивает первого, пропустившего выстрелы травмата в спину, мужика, а затем, найдя фонариком следующего, мчится к нему.

— Там, где-то ещё один! — успел выкрикнуть Беляк,