Колдунья по найму - Адриана Александровна Белоусова

class="p1">– Буду ждать тебя в машине, – сказал он и поспешно вышел из комнаты. Молли шумно вздохнула. От волнения у нее вспотели ладони. Схватив пальто, она бросилась к двери, но, поняв, что забыла сумочку, вернулась. Заставив себя досчитать до тридцати, неспешно вышла из комнаты и спустилась вниз.

Дворецкий не успел открыть перед ней дверь – его опередил Верджил. На его губах играла улыбка, не предвещавшая ничего хорошего.

– Надеюсь, вы не пожалеете об этом вечере, – сказал он, глядя на Молли. – И ваши воспоминания не окрасятся печалью.

– Ты неприлично добр, – сухо сказала Молли. Верджил рассмеялся и отвесил ей дурашливый поклон. Уже спускаясь по лестнице, она продолжала слышать его смех, и это показалось ей предвестником чего-то дурного. Усилием воли она отогнала от себя плохие мысли. Сегодняшний вечер они не омрачат.

* * *

Клод помог выбраться Молли из машины. Девушка посмотрела на огромный особняк, залитый светом тысячи фонарей. Она узнала это место, его часто упоминали в газетах как самый дорогой отель в Линкольне. Здесь проходили важные встречи, посещать его могли люди только статусные, благородного происхождения. Впрочем, о скандалах, что происходили здесь, Молли тоже была наслышана. Чаще всего они были связаны с неверностью кого-то из супругов, но случались и драматичные происшествия, такие как убийство. Но ничего из этого не делало посещение этого заведения менее желанным.

Молли стало тревожно, и она сжала пальцы Клода. Он приобнял ее за талию и повел к крыльцу, на котором по обе стороны стояли двое мужчин в сине-красной форме. Клод показал им какой-то документ с большой печатью, и перед ними тут же распахнулась дверь. Они вошли внутрь. К ним подбежали слуги и забрали у них верхнюю одежду, а потом подошел администратор и вручил Клоду ключ от комнаты 917. Тот расписался за него в журнале и бросил взгляд на Молли.

– Ты снял здесь номер? – спросила Молли, опираясь на руку Клода.

– Да, – ответил тот и чуть ближе притянул ее к себе. – Если ты не захочешь, мы не станем подниматься. Просто поужинаем и вернемся домой.

– Я думала, речь шла о ресторане, – заметила Молли, когда они вошли в обеденный зал. Посетителей было мало, играла приятная музыка. От количества золота, используемого в оформлении, стало больно глазам.

– Тебя задело, что я снял номер? – догадался Клод.

– Да, – не стала скрывать Молли. В конце концов, если она будет делать вид, что все хорошо, откуда он поймет, что ее расстраивает, а чему она рада? – Словно ты решил за меня.

– Всего лишь хотел предусмотреть все, – улыбнулся Клод. Молли показалось, что он волнуется. – Мне так спокойней.

– А мне больше нравится, когда я в курсе событий, – сказала Молли, глядя Клоду в глаза. – Особенно когда речь идет обо мне.

– Я запомню это правило, – улыбнулся Клод. Даже если слова девушки задели его, он не показал виду.

К ним подошел управляющий и проводил к их столику. Помог Молли сесть и положил перед ними меню. Они еще не успели определиться, что будут заказывать, как рядом возник официант с бутылкой дорогого вина – комплиментом от заведения. Молли стало интересно, как часто Клод бывал тут с другими женщинами. С ними он был таким же предусмотрительным? Хотя почему нет, это ведь черта его характера и делается по привычке.

– Как тебе здесь? – спросил Клод, когда они остались вдвоем.

– Надеюсь, еда у них вкусная, – сказала Молли, оглядываясь по сторонам. Две женщины, похожие на мать и дочь, сидящие за столиком у окна, наблюдали за ней с Клодом. Сперва делали это аккуратно, словно стеснялись, но сейчас перестали таиться. Молли кивнула в их сторону и спросила: – Знаешь этих дам?

– Сестры Форест, – с легким пренебрежением сказал Клод. Поднялся и чуть поклонился женщинам в знак приветствия, которые во все глаза смотрели на него. Старшая помахала ему рукой, благосклонно улыбнувшись. – Старые сплетницы, которые любят совать нос в чужие жизни. Видимо, и сейчас этим заняты. Собирают то, о чем можно почесать язык.

– Нелестно ты о них.

– Заслужили.

– Они расскажут всем, что видели нас вместе? – спросила Молли, чувствуя легкое напряжение в солнечном сплетении.

– Конечно, но это не важно. Не думай об этом.

– Это ведь может навредить тебе, – сказала Молли и посмотрела Клоду в глаза. – Я уеду отсюда через несколько месяцев, а ты останешься.

– Давай не будем о грустном, – попросил Клод и взял Молли за руку. Его горячие пальцы мягко прикоснулись к ее ладони, и ей вдруг стало тяжело дышать. Сердце забилось чаще, и Молли захотелось, чтобы он поцеловал ее. – Лучше расскажи о себе.

– Ты же просил не говорить о грустном, – сказала Молли.

– О тебе я хочу знать все. Даже самые темные моменты, – с готовностью произнес Клод. Молли с трудом сглотнула. Ей совсем не хотелось рассказывать о своем прошлом. Да и что о нем говорить? Она находится здесь, с ним, а значит, смогла пережить все те невзгоды, что выпали на ее долю. Стоят ли они слов и времени? Но Клод выжидающе смотрел на нее, и она поняла, что ей придется хоть немного впустить его в свою жизнь.

– Я родилась в простой семье. Мы жили в Улании, маленьком городке недалеко от порта. Мама работала швеей на фабрике, отец – грузчиком в порту. Несмотря на тяжелую жизнь, они любили друг друга, хотя характер у отца был горячий. Когда он был не в духе, мы старались не бывать дома, – набравшись мужества, сказала Молли. – Но добрым он был чаще, правда. У меня был младший брат… В принципе, ничего интересного, обычная жизнь. Не знаю, что еще сказать.

– Был? – глухо спросил Клод. – А что случилось с твоим братом?

– Он погиб, – сдержанно произнесла Молли, желая избежать дальнейших расспросов. – Несколько лет назад.

– А твои родители?

– Отец умер после несчастного случая в порту. А мама… Мы давно не виделись, но я знаю, что она в порядке.

– Но почему?

– Я не смогла спасти ее любимого ребенка, – прошептала Молли. – Разве мне будут рады?

– Это она тебе сказала?

– Она просила без него не возвращаться, – сказала Молли. – И, как старшая сестра, я несла за него ответственность. И не справилась. Так что…

Клод сжал ее пальцы. В его взгляде читалось сочувствие, и Молли опустила глаза. Ей не хотелось, чтобы ее жалели, говорили слова поддержки, которые она знала наизусть, в них нет никакого смысла, когда уже ничего не исправить, ведь мертвые не воскресают.

Ее спас официант, принесший их ужин, и, пока он расставлял тарелки, Клоду пришлось отвлечься от нее. Молли хотелось верить, что