Чёрный сектор 2 - Кристиан Бэд

предупреждений. Мы вас не трогаем, а вы и вовсе про нас забудьте. А сунетесь — у Союза хватит оружия, чтобы превентивно отправить в Бездну вашу «лучшую» часть галактики. У нас есть оружие, которое способно вывернуть пространство кишками наружу. И мы этого не скрываем.

Дерен кивнул. Да, про угрозу, исходящую от Чёрного сектора в Империи помнили крепко. А вот был договор или нет — забылось.

Может, конспирологи об этом и рассуждают иногда в дэпах, но мусорный контент Дерена отродясь не интересовал. А иного не попадалось.

— А что вы считаете нарушением границ? — спросил он.

Гриша фыркнул.

Дмитрий Сергеевич пожал плечами.

— Да что угодно, — сказал он. — Это текст договора надо читать. Возможно, даже твоё появление здесь — уже нарушение. Я не вдавался в такие детали. Пару поколений назад подобное «посещение» вообще не представлялось возможным. Тебя бы раньше спецы загребли, чем мы бы сумели полюбоваться на твою чёрную униформу. Карусель тогда была форпостом, границей, как ваш Архат. Это теперь на границах бардак, а имперец сидит у меня в кабинете. Смотрю — а монстра не вижу: человек как человек, особенно если переодеть.

Дерен нахмурился, вспомнив про Бо и шлюпку. Если хатта непросто будет отличить от человека, то шлюпка сама по себе может наделать шума. Её не спрячешь на груди, как железного пса.

Нужно поторопиться. Пора заканчивать эту историю. Сайко совсем рядом, они нашли, наконец, где залёг Потап.

Всего-то и осталось — как можно быстрее забрать девушку и бежать отсюда. Если бандит не возьмёт деньги (Дерен вспомнил зелёные бумажки с надписью «рубль»), сам превратится в капусту!

— Да ты не трусь, — осклабился Гриша, неправильно определив эмоции чужака. — Граница теперь дырявая, вернуться назад тебе будет несложно. Никто тебя СКБ не сдаст. Тут все свои. Даже алайцы на такую подляну не пойдут. Свой кодекс чести и у ящериц имеется. Убить — могут, но доносить на тебя не станут.

— Я не за себя боюсь, — признался Дерен. — Здесь моя девушка. И она тоже не очень похожа на ваших. — (Про Бо он, разумеется, умолчал.) — А можно где-то глянуть полный текст договора? Я не хочу устроить пятую войну между нашими мирами.

Он вопросительно посмотрел на Гришу, скользнул глазами по макушке Михаила и уткнулся в Дмитрия Сергеевича.

Тот пожал плечами.

— Текст древний, ты же понимаешь. Он появился задолго до общей Сети. Его, я думаю, ещё на современный язык как-то перевести надо. Это в архивах нужно искать. Выдержки я видел, конечно. Но я ж не историк и не особист. Я никогда и не интересовался особо этим древним договором. К тому же сто лет назад его актуальность стала сомнительна, сейчас его надо бы перезаключать, если нам и дальше придётся жить рядом.

— Вы имеете в виду раздел Империи на Северную и Южную? — быстро уточнил Дерен. — И перезаключение договора с Югом?

— Ну… и это тоже, — покивал Дмитрий Сергеевич. — Хотя поломалось-то всё ещё во время войны машин. До неё мы уже начали было думать, что начнём как-то жить с вами… Э… Спокойнее. Может, и в договор вносились тогда некоторые корректировки. Да не смотри на меня так, я не специалист по древнему праву!

— Нельзя верить Империи! — вскинулся вдруг Михаил, сжимая кулаки, и Гриша навалился на него, впечатывая в стол.

Помогло это мало: Михаил пыхтел, вырывался и продолжал орать:

— В Империи всегда хотят одного! — яростно выкрикивал он. — Все их речи о мире — а мира нет! Да пусти ты меня, Гришка!

Но Гриша не отпускал. Он оказался крепче Михаила. Скрутил-таки и держал.

— Да ты успокойся уже, — поморщился Дмитрий Сергеевич. — Кто мы, чтобы верить или не верить? Нет у нас права решать. Да и я — сроду не о политике. Я ж про историю рассказываю. Ведь было, что до войны с машинами отношения между Союзом и метрополией слегка потеплели. Ты что, не читал, что ли?

Михаил засопел, успокаиваясь. Это Дерен качнул невидимый маятник, захватывая и распространяя вокруг себя умиротворение.

Только драки ему сейчас и не хватало. Зачем?

Раз уж он монстр и мутант — можно немного и маятник покачать. Вряд ли местные сообразят, что с ними творится.

— Я не помню, в каком веке отношения наши стали теплеть, — повинился Дмитрий Сергеевич. На него маятник тоже подействовал. — Но мы — такие как есть, отходчивые. И всё-таки послали на Землю делегацию. Контакты пошли, научный обмен, торговля. Карусель — из крепости — стала на пару столетий погранично-таможенным пунктом. Хотя тут всё равно дежурили космические силы нашей армии.

Дерен кивал. Эта история ложилась в одну канву с рассказами стаэров.

Как раз перед хаттской войной они прибыли на Землю из Чёрного сектора, который не был для них особенно «чёрным». Мужики работали по контракту, помогали готовить Меркурий к терраформированию. И совсем не ждали войны.

— Ты извини, — покаялся Дмитрий Сергеевич. — Тут, Михаил, наверное, прав. Империя ваша — не воевать с нами не может. Если не с нами — она взрывается изнутри. Это же вы понастроили машин и за каким-то лядом начали воевать ими.

— С ними, — поправил Дерен.

— Ими, — не согласился Дмитрий Сергеевич. — Воюют всегда люди. За машинами кто-то стоял из людей. Иначе не бывает. Даже если в сам момент войны вожака-человека у машин не было, то кто-то же их на это запрограммировал, верно?

Дерен неуверенно кивнул.

Ну да, правительственные войска начали выковыривать с Меркурия группу учёных Станислава Хэда. Он, наверное, и отдал команду своим «собакам». А дальше «хозяина» убили прямо на переговорах, и войну было уже не остановить.

Империя хотела обмануть учёных с Меркурия, а обманула сама себя. Что за Хэдова бездна…

— Мы воевать вообще не хотели, — продолжал Дмитрий Сергеевич. — Пятая мировая — прости, это уже не про нас. Закуклились за Каруселью, решили переждать. А потом произошло страшное. До сих пор непонятно, было ли это применением незнакомого оружия или галактической катастрофой… Но пространство вывернуло наизнанку, снося наши корабли и уничтожая людей…

Он помолчал, вспоминая и тихо продолжил.

— Карусель после катастрофы уже не могла служить форпостом. Её вообще поначалу сочли непроходимой. Армия отступила в глубину сектора, образовав Средний пояс — цепь сторожевых патрульных развязок и станций. Но ватажники лет за двадцать на собственных жизнях выяснили, что не все прыжки ведут в бездну, и на поверку Карусель больше похожа не на дыру, а на решето. Ее потихоньку стали осваивать, торговать с пограничными планетами. Архат, конечно, охотился на нас, как на зверей, но