Чёрный сектор 2 - Кристиан Бэд

Он углубился в расчёты, а Дерен вывел над браслетом карту сектора. Не ту, что, наверное, доставил, наконец, Левый. Как ни чесалось, Дерен не стал пугать Шервуда явлением летучей собаки.

Это была другая карта. Денис помог ему скачать её из местной Сети.

Она была непривычной, многомерной, а не многослойной. Но наловчиться работать с ней было можно.

На карте центральную часть занимала Карусель (Матица болталась в ней как чёрный мешок-отросток), Йоко, звезда, вокруг которой обращался имперский Архат, и Мэн, звезда искалеченного Дайяра.

Этакий аномальный треугольник, где развязка Мэн — Карусель считалась непроходимой. На карте она была похожа на сизые кишки, выпущенные из распоротого брюха.

— Вот я о чём тебе говорил, — сказал Дерену Денис, тыкая в эти кишки, чтобы увеличить масштаб. — Это сеть аномальных зон. Какие-то проходимые, какие-то нет. Но я бывал тут с Потапом. Серьёзные торговцы держат там склады под охраной алайских боевиков. Так просто, без лоцмана и фарватера, туда не попасть. Но я бы рискнул, память у меня хорошая.

— Ну, допустим, мы туда попадём, — кивнул Дерен. — Но Шервуд сказал, что на Карусели Потап так и не засветился. Как же он мог оказаться в этой аномальной зоне? От Мэн она непроходима, я бы знал.

— Так через Архат! — усмехнулся Гриша, отрываясь от расчётов. — Когда на кону большие деньги, ваша Империя тут же забывает, что она должна охранять галактику от нас, бандитов…

15. Без фарватера (Дерен)

После слов Гриши в комнате повисла немного нервная пауза.

Всё-таки люди, собравшиеся сейчас в небольшом помещении фонда, были с разных границ двух враждующих миров.

Хоть и понятно было уже, что миры эти — совсем не антагонисты. Не так, что вот здесь — злобные буратины, а тут — белые и пушистые зайчики. Но всё-таки…

Это были очень разные миры. А неосторожные слова могут спровоцировать конфликт почище любого оружия.

Дерен даже растерялся на миг. Он не ожидал, что местные начнут шутить про Империю. Хотя он отмечал уже для себя, что если Настя принимала всё имперское в штыки, то Денис, имеющий опыт торговли на пограничных территориях, был настроен «к мутантам» гораздо спокойнее. А Шервуд и руководители фонда приняли чужака «с другой стороны границы», в общем-то, даже по-дружески.

Гриша, скорее всего, вообще не пытался задеть Дерена. Он просто шутил так, как тут было принято. И сам же заткнулся. Сообразил, что в компании гостя шутка вышла уж больно скользкой.

Другой вопрос: откуда такая свобода мышления? С чего вдруг этот, похожий на вайшуга, мужик понимает, где он имеет дело с реальностью, а где — с пропагандой?

Империя должна быть для него монстром, а не жадной акулой, вроде таких же своих акул. И вовсе не шутка его смутила, а то, как может отреагировать на неё незваный гость. Хватит ли у него ума рассмеяться?

Смеяться Дерен не стал.

— А как вышло, что Империя взялась охранять от вас галактику? — в лоб спросил он, переводя взгляд с одного напряжённого лица на другое.

Исходя из всего своего обучения и конспирологии, как науки, Дерен знал, что задавать такого вопроса не следовало ни при каких обстоятельствах. Физических.

Но сейчас он был ведом линиями паутины. А уж идиотом — тем более никогда не боялся показаться.

Что ему до мнения людей с «другой стороны границы»?

Ну, подумают они, что гость — недоумок и ничего не знает про то, что кажется им понятным и естественным. Что из того?

Имперец не знает, почему имперский Архат сторожит границы с «варварами»? Больной он, что ли?

Поверят ли «варвары», что в школах Империи не зубрят списки прегрешений коварных пиратов, наркоторговцев и рабовладельцев? А если зубрят, то к чему этот вопрос?

Дерен ждал ответа.

Паутина звенела от напряжения, словно бы маленькая комната попала в самый центр переплетения её остро натянутых линий.

Гриша отреагировал первым. Он фыркнул, сочтя вопрос за ответную шутку. А вот его молчаливый «родственник», Михаил, мрачно нахмурился. Его огромные кулаки сжались.

— Думаю, у вас не было вариантов, — невозмутимо сказал Дмитрий Сергеевич. — Уж больно мы разные.

Гриша с улыбкой развёл ручищами, подтверждая. Но Михаил глаз не поднял — уставился в стол и сопел, шумно выдыхая бедный кислородом воздух Матицы.

— А у вас варианты были? — спросил Дерен.

Дмитрий Сергеевич посмотрел на чужака-имперца прицельно:

— Ты полагаешь, что договор о ненападении скоро переиграют? — уточнил он.

— А договор был? — парировал Дерен с тем же невозмутимым лицом. — Кто-то видел его вообще?

— Ну если ты так ставишь вопрос… — задумался Дмитрий Сергеевич. — … То теоретически подделать можно всё, что угодно. Вот только — зачем? Этому договору почти полторы тысячи лет. Трудно сказать наверняка, верно ли мы его понимаем сейчас — мы изменились, галактика изменилась… Но какое-то соглашение между Союзом и Империей определённо было заключено. Это есть во всех наших книгах, учебниках…

— Это в ваших, — перебил Дерен. — А в школах Империи детей учат, что сектор, где мы находимся, Чёрный сектор, — прибежище бандитов и таггеров. Просто некая зона «свободной охоты», логово маргиналов. Про «договор» — не миф, а реальную бумагу — я услышал только от Дениса.

— А, ну это — нормально, — с облегчением хохотнул Гриша. — В империях про нас врали всегда. Это их жизненное кредо, ещё с Земли.

— С Земли? — так и вскинулся Дерен.

— Да мы ж прямо там ещё расплевались, — ухмыльнулся Гриша. — Про это у вас тоже не пишут в учебниках?

Дерен мотнул головой.

— А зря, — продолжал веселиться Гриша. — Мы ж с вами, имперцами, на Земле четыре мировых войны воевали! И какие были войны! О!..

— На Земле?

— Ну, а где же ещё?

Дерен задумался. Полторы тысячи лет — огромный срок. Если сведения об этих войнах и хранились в библиотеках Союза Борге, то его к этим знаниям не допускали.

Четыре войны ещё на Земле между Империей и Чёрным сектором? То есть, Союзом?

Империя — родная Империя — могла ли она быть такой агрессивной? А почему нет, если она оказалась паршивой матерью даже для собственных детей?

И вот итог: Юг Империи больше не хочет иметь ничего общего с Севером. И это не его вина.

— А что было в договоре? — спросил Дерен. — Какие условия?

— Что Империя получит в рыло, если переступит границы, — охотно пояснил Гриша. — Мы устали воевать с вами и ушли на самый край освоенной галактики. И не надо к нам лезть. Не будет больше никаких «красных линий» и последних