#Настройка - Кабир Ким

Александр усмехнулся. Мрачно и безрадостно.

— Спасибо, жестянка. Ты только что подтвердил, что ждать новостей по телеку — это план для покойников. Кстати, телики сдохнут в числе первых.

Он подошёл к Максиму и положил тяжёлую руку ему на плечо. Хватка была стальной.

— Слушай меня сюда, Макс. Ты можешь сомневаться сколько влезет. Это твоё право. Можешь даже считать меня тупым солдафоном, который верит всему, что блестит. Но поедешь ты со мной. Сейчас. Потому что мой приказ — доставить тебя. Живым. И если для этого нужно будет связать тебя и засунуть в багажник, я это сделаю. Ничего личного. Просто протокол. Служба такая, понимаешь?

Максим смотрел на него, потом на экран Джинна, где цифра '4,7%' казалась одновременно и надеждой, и насмешкой. Он был раздавлен. Не силой, не угрозами, а безжалостной, убийственной логикой выживания. Александр был прав. Цена ошибки в случае если данные верны, была абсолютной — смерть. Цена ошибки, если они ложны, — всего лишь дурацкое путешествие.

— Ну хорошо, — выдохнул он, чувствуя горечь поражения. — Ты победил.

— Здесь нет победителей, Максим, — тихо ответил Александр, убирая руку. — Мы все здесь только те, кто получил шанс выжить. Пошли. Время уходит.

Глава 15

Поражение было полным и безоговорочным. Максим чувствовал его горький привкус на языке, пока Александр, одним движением сбрасывая с себя усталость и сомнения, превращался в безжалостный механизм. Протокол, который он упомянул, был не просто словом. Это была программа, активированная в его мозгу. Споры закончились, началось выполнение задачи. Он не шёл к двери, он двигался к ней, как спортсмен, каждый мускул которого подчинён единой цели. Короткий взгляд на Максима, лишённый всяких эмоций, кроме деловой собранности, и первый приказ, резкий, как щелчок затвора.

— Джинн, сможешь работать с защищённым каналом связи? — спросил Александр. — Мой спутниковый терминал обеспечит? Оцени возможность его использования для постоянного доступа к сети и обработки данных.

— Анализирую… — ответил ИИ. — Подключение возможно. Терминал обеспечивает защищённую связь со средней пропускной способностью. Однако для полноценной работы потребуется дополнительная настройка и интеграция протоколов. Кроме того, использование терминала может демаскировать наше местоположение.

Александр нахмурился.

— Цена вопроса? В смысле, мы что, будем сильно заметны?

— Вероятность обнаружения, если нас будут искать, увеличивается на шесть процентов. Однако преимущества иметь канал связи с сетью значительно перевешивают риски. Я смогу получать данные из доступных источников, анализировать их в режиме реального времени и предоставлять вам актуальную информацию о ситуации.

— Шесть процентов — это много, — пробормотал Максим. — Но без нормальной связи мы будем слепыми котятами. А что с энергией? Батареек ему надолго хватит?

— Терминал может работать от автомобильного аккумулятора, — ответил Александр, — есть адаптер. Но лучше иметь независимый источник питания. Генератор уже в списке закупок. И топливо не забыть.

— Ладно, — сказал Александр, принимая решение. — Подключайся. Но работай в режиме энергосбережения. И никаких лишних передач. Только самое необходимое.

— Принято. Устанавливаю соединение. Установлено. Канал активен.

— Джинн, мне нужен Ford Explorer или Dodge RAM, — скомандовал Данилов. — Чёрный. Не старше пяти лет. Без трекеров. В радиусе десяти кварталов. И данные по камерам наблюдения, патрульным машинам и пробкам на выезд из города в северном направлении. Живо.

Команда была отдана не планшету, а оружию. И оружие ответило.

— Анализирую… Обнаружено три подходящих автомобиля. Один припаркован в подземном гараже в семи кварталах отсюда. Камеры в гараже отключены последние два часа. Вероятность того, что это ловушка — одиннадцать процентов. Второй находится на охраняемой стоянке с…

— Хватит, — оборвал его Александр, уже вытаскивая из рюкзака какие-то неприметные, но явно не гражданские устройства. — Первый подходит. Максим, — его голос не терпел возражений, — собирай все носители информации. Ничего не оставлять. Рюкзак, планшет, все жёсткие диски. Я хочу, чтобы этот номер выглядел так, будто в нём жили призраки. Через десять минут мы уходим.

Максим двигался как во сне. Интеллектуальная дуэль, в которой он так отчаянно пытался победить, сдулась, оставив после себя звенящую пустоту. Теперь правила диктовал не разум, а инстинкт выживания, воплощённый в этом суровом человеке. Он механически сгребал в рюкзак провода, внешние диски, флешки. Каждая вещь казалась бессмысленной реликвией из прошлой, нормальной жизни. Внутри поднималась волна глухого протеста против этой диктатуры, но её тут же гасила ледяная волна страха. Александр был в своей стихии. А Максим — жалким дилетантом, впервые столкнувшимся с реальностью, где правота измеряется не логикой, а шансами остаться в живых.

Всё происходило слишком быстро. Размышлениям не было места.

Пока Максим совершенно механически упаковывал цифровые следы их недолгого пребывания здесь, Александр уже разложил на кровати небольшой планшет в ударопрочном корпусе. На экране светилась карта, испещрённая странными значками, непохожими на стандартные обозначения. Это была его, личная география этого враждебного континента. Он ткнул пальцем в точку далеко на севере, его голос звучал ровно и глухо, как будто он зачитывал сводку погоды, а не план побега от конца света.

— Мы не едем куда глаза глядят. Первая точка — Биллингс, штат Монтана. Там есть «консерва». Убежище. Надеюсь, оно сейчас свободно и пополнено запасами. Оно надёжное. Отсидимся там, пока первая волна дерьма не схлынет. Оттуда будем решать, что дальше.

— Убежище? — удивился Максим. — Чьё?

Александр оторвал взгляд от карты и посмотрел на него так, словно тот спросил, из чего делают воздух.

— Наше. Было вашим, стало нашим. Не задавай глупых вопросов, Макс. Твоё дело — следить за своим ящиком и делать, что я говорю.

— Маршрут до указанного гаража построен, — вмешался Джинн, прерывая неловкую паузу. — Минимальное количество камер наблюдения. Расчётное время в пути пешком — двенадцать минут. Текущая активность правоохранительных органов в секторе минимальна.

Мир за дверями отеля жил своей обычной, безмятежной жизнью. Солнце играло на стёклах небоскрёбов, люди спешили по своим делам, смеялись, разговаривали по телефонам, совершенно не подозревая, что их мир доживает последние часы. Этот контраст бил по нервам сильнее, чем любой крик. Александр вёл их не по людным тротуарам, а по лабиринту служебных коридоров, задних дворов и пустынных переулков, пахнущих мусором и безнадёгой. На улице он был другим: собранный, напряжённый, его взгляд непрерывно сканировал окна, крыши, проезжающие машины. Он превратился в оголённый нерв, датчик опасности.

Подземный гараж встретил их гулкой тишиной, запахом холодного