"Шолох". Компиляция. Книги 1-7 - Антонина Крейн

– Ух-х! – только и сказал Хлестовски. – Когда я показывал студентам «расчлененку» Верхней Этерны, я никак не ожидал, что все это так… Буквально!

– Да уж. Дивны эти древние организмы, – пробормотал Берти.

Ибо над платформой левитировал желудок.

Натуральный желудок, парящий в столбе красного света, который идеально падал с потолка. В три раза больше человеческого по размеру, желудок медленно кружился вокруг своей оси. Будто выставочный образец. Трубки пищевода и кишки тонули в искристом багряном тумане, продолжаясь, видимо, в других пещерах Этерны посредством очередного чудного портала.

– М-да, – шепотом протянул Берти, – такое ощущение, что мы в Камере Редкостей славного города Саусборна. Есть у нас там одно такое анатомическое собрание при жандармском морге.

Стэн лишь нервно, громко хихикнул.

– Ох д’гарр! – встрепенулся Голден-Халла. – Тише, Стэн!

Сыщик указал библиотекарю, дисциплинированно заткнувшемуся на середине смешка, на дальний угол пещеры. Там, не замеченные путниками вначале, в тени застыли две дюжины фигур.

На сей раз – не скульптуры, а вполне себе живые… дамы.

Эти величественные женщины, выстроившись в «каре», спали стоя, прислонившись лбами к древкам алебард. Они были одеты в стиле комиксов, столь популярных у асеринской молодежи: то есть в тяжелые доспехи, которые открывали куда больше, чем прятали. Назвать этих леди красотками мешало только то, что на их открытых животах присутствовали вторые лица…

– Ого! Ого-го! Это ж чревницы! – шепотом заверещал Стэн. – Героини наших сказок наравне с пепельными элементалями!

– Тоже антагонисты? – уточнил рыжий.

– Конечно! Монстры же!

– Знаешь, а пойдем-ка отсюда, друг мой Хлестовски. – Берти на всякий случай положил смычок на струны виолончели и подтолкнул оборотня обратно. – И пока мы идем дальше, напомни: какие еще чудовища есть в островном фольклоре?

* * *

Вскоре маги обнаружили еще одну причуду Нижней Этерны.

А именно: голоса в пещерах вели себя странно. Звук распространялся плохо, практически не проникая сквозь входные арки залов с органами. Даже если Берти и Стэн стояли в метре друг от друга, но один из них был внутри, а другой – в коридоре, они не слышали друга друга.

– Подозреваю, что виноваты эти знаки, – прикинул сыщик, указывая на резные охранные вязи, оплетавшие перекрытия. – Пещеры, хоть и являются единой сетью, но все же магически разделены. Суверенны. Видимо, поэтому за Морганом охотились только стражи сердца – пепельные элементали, а не все монстры разом.

– Да уж, тут нам повезло, – Стэна передернуло. – Навались они мстить всем скопом – сложилась бы Буря, что твой карточный домик, ишь… И, кстати, приятно, что эти охранные символы не против незваных гостей, да?

Библиотекарь шагнул через порог и обратно, убеждаясь, что так называемые костяные жвалы (хранители очередного постамента – на сей раз с реберной клеткой Этерны) не шевельнулись, продолжая спать.

– Я не уверен, что это благодушие распространяется на всех. Может, они просто поняли, что мы с тобой – лапочки, – пошутил Голден-Халла, рукой ведя вдоль охранных символов.

– …Или слабаки, не грозящие неприятностями, – неожиданно рационально буркнул Стэн. – Человечишки!

– Оборотнишки?

– Колдунишки!

* * *

Следующим органом, встреченным ими по пути, оказались глаза.

На сей раз Стэн чуть не хлопнулся в обморок: два шарика с красными радужными оболочками зыркали туда-сюда, витая над платформой.

Берти не стал в них всматриваться – куда больше его заинтересовали стражи глаз.

Ими оказались слепухи: что-то вроде огромных блестящих пауков, висевших на потолке зала вверх ногами. Они тоже дремали. И были почти неразличимы на фоне черного камня. Берти вряд ли бы разглядел их без подсказки: только совиное зрение Стэна оказалось в состоянии вычленить тьму в темноте.

– Как ты думаешь, глаза нас видят? – спросил завороженный Стэн (и жутко, и сладко), столкнувшись с равнодушным взглядом острова.

Детектив только пожал плечами.

– Я слышал о заклинании, – продолжил Хлестовски, – которое снимает отпечатки прошлого с сетчатки. Говорят, оно очень слабое. Но если найти способ усилить его… И применить его к этому… объекту, то можно было бы узнать, что было на Этерне давным-давно. Столетия, тысячелетия назад! Всегда ли остров жил так – под землей и кусками? Или он разложился, будто столик, когда устал от мира? Или его вообще принудительно разобрали? Я думаю, третье, потому что наши легенды говорят, что когда-то Этерна была настоящей девушкой…

– …Стэн, потише! – отрезал Голден-Халла, с опаской вслушиваясь в то, как один из слепухов во сне трет лапкой о лапку.

Библиотекарь послушно умолк. А потом почти беззвучно, но вдохновенно продолжил:

– Я просто никогда не думал, Берти, что на нашем острове действительно есть какие-то научные перспективы… А теперь… Все всегда считали Этерну жалким осколком материка, выброшенным в море, а здесь вон сколько тайн! Позабытая эпоха, о которой поют в наших песнях, – чем она была? Что здесь происходило? Знают ли о ней боги-хранители? Если мы пригласим сюда много-много ученых, то вместе сможем перевернуть всю картину мироздания!

– Стэн, а Стэн! – прищурился сыщик. – Может, тебе на эту тему с Морганом поговорить? Или Элайяной? Вступить в их клуб отчаянных исследователей, легко расплачивающихся чужими жизнями за знания, м? Не подумай, Хлестовски, я всецело за науку, но: ты сам говорил, что твари Старой Этерны заперлись в Корпусе загадок, и поэтому их не надо трогать – из уважения. Я бы добавил: не надо еще и из чувства самосохранения. И из нежелания войны. Представь, что вы нагоните сюда ученых. И военных. Всех монстров вырежут, чтоб не чинили препятствий, все органы повынимают. Может, соберут из них Этерну – по кускам, эдакий одушевленный пазл. Начнут изучать. Вероятно, остров погибнет. Как это скажется на его материальной оболочке? Что станет с лесами, деревнями, Бурей? Хорошо, предположим, все как-то образуется. Из органов нашлепают эликсиры бессмертия: и что потом? Как жить в мире, где никто не стареет? Асерин лопнет от перенаселения. Но ладно, вообразим, что и здесь все как-то уляжется. Однако представь: вы выясните, что, например, Этерна как-то связана с богами-хранителями. Или хуже – с самим Отцом Небесным. Тотчас по всему государству прокатится весть о том, что наша церковь всегда была не права, что наши боги-хранители лгали нам. Или им лгали. Или они просто фигня какая-то по сравнению с этой Этерной. Сразу появятся новые культы. Сомнения в одной сфере зародят сомнения в остальных. Вместе с верой в шестерых хранителей полетит к д’гарру и вся система религиозных ценностей, которые во многом копируют и поддерживают нравственные. Меня не очень волнует церковь, но я не хочу, чтобы люди начали убивать друг