Фантастика 2026-80 - Мария Фир

лагерю пронёсся хлюпающий звук прокалываемой плотью почвы. Три мощных отростка вонзились в землю, образовав живую треногу и крепко зафиксировав тело. Остальные щупальца превратились в орудия смерти.

Удар — и грудная клетка первого дакхана разорвана. Взмах — и второй падает со сплющенной головой. Третий, четвёртый, пятый…

Щупальца молнией рассекали воздух, оставляя за собой багровые всплески. Они вонзались в грудь пернатых воинов с хирургической точностью — прямо в сердце. Но не отступали сразу. Несколько секунд каждый отросток оставался внутри жертвы, набухая и выкачивая кровь.

Крики дакханов заполнили пространство. Не боевые кличи, а вопли ужаса и боли. Десять щупалец работали в унисон, превращая вражескую атаку в бессмысленный мясной штурм. Трупы громоздились, образуя вал из белых перьев, окрашенных алым.

С каждой каплей поглощённой крови демон менялся. Его тело набухало, увеличивалось в размерах. Плоть колыхалась, перестраивалась. Новые отростки прорывались сквозь кожу, удлиняясь и твердея. Кровь врагов превращалась в броню и покрывала тело Макса плотным слоем.

ХРУСТЬ!

Южные ворота не выдержали напора второй волны дакханов. Эстебан увидел прорыв. Его уверенный голос прорезал хаос битвы:

— Сомкнуть ряды! Перекрыть проход!

Выжившие среагировали мгновенно и сдвинулись, образуя живую стену из щитов и клинков. Люди против утконосых монстров. Отчаяние против численного превосходства.

Две толпы столкнулись с оглушительным грохотом. Началась настоящая битва.

Кровавый демон жаждал больше крови, а вместе с ней и силы. Но поток пернатых у западных ворот внезапно иссяк. Враги благоразумно обходили это направление и стекались в два других.

Демон выдернул свои опорные отростки из земли. Почва неохотно отпустила их, разбрызгивая грязь и сукровицу. Освободившись, он рванулся прочь из лагеря с нечеловеческой скоростью.

Теперь, напитавшись кровью поверженных врагов, демон превратился в машину уничтожения. Его тело пульсировало, переливаясь багровыми оттенками — от тёмно-бордового до ярко-алого. Прямо на бегу он сметал дакханов одного за другим, и звуки смерти сопровождали каждое его движение.

Третьи ворота не выдержали натиска и надломились. В образовавшийся проём хлынули многочисленные враги.

— Мы в ловушке! — прохрипел Густаво, панически озираясь.

Защитники медленно пятились. Они бросали короткие, полные тревоги взгляды через плечо, ожидая скорого удара в тыл.

Эстебан, с рассечённой бровью и кровью, заливающей левый глаз, выкрикивал команды напряжённым голосом:

— Держать строй! Держать, чёрт возьми!

Тем временем демон крови прокладывал путь через полчища дакханов. За ним тянулась широкая полоса истерзанных тел, похожая на след от гигантской косы, прошедшейся по полю пшеницы.

Внезапно демон замер и принюхался. Его внимание привлекло нечто, находящееся в отдалении от основной битвы. Чутьё подсказало ему: вот настоящий противник.

В джунглях, в паре сотен шагов от побоища, возвышалась исполинская фигура. Вожак дакханов — громадина высотой с фонарный столб. Он безмолвно наблюдал за полем битвы, скрестив руки на груди. В отличие от своих соплеменников, босс не был вооружён традиционным оружием, но в этом не было необходимости. На концах его четырёхпалых рук красовались когти — изогнутые, жёлтые от времени, длиной с кинжал. Это страшное оружие могло без труда пробить насквозь медведя одним небрежным движением.

Ярко-красные глаза вожака встретились с пылающим взором демона. В этом взгляде не было страха, только расчётливое ожидание. Его белые перья, в отличие от рядовых воинов, имели красноватый отлив на концах. Это был некий символ власти или, возможно, след от крови прошлых жертв.

Воздух между двумя чудовищами наэлектризовался от проскочившей между ними взаимной агрессии. Демон издал низкий гортанный звук — нечто среднее между рычанием и шипением. Вожак дакханов медленно расправил плечи и выпрямился во весь свой угрожающий рост, готовясь к неизбежной схватке.

Демон сорвался с места и увернулся от удара гигантской лапы. Нырнул под могучие ноги главаря и, как паук, взобрался ему на спину. Щупальца вонзились во врага, пробивая плоть, впиваясь в мышцы и высасывая горячую кровь.

Исполин взревел. Его тело содрогалось от судорог, а массивные лапы нелепо метались, пытаясь сорвать паразита. Ладонь шарила по плечу, скользила к пояснице, но гипертрофированная мускулатура не позволяла достигнуть места между лопаток. Демон был вне досягаемости.

Чудовищный утконос забился в агонии, жутко крякая. Мощные лапы дрожали, клюв клацал в бессильной ярости. Наконец, колени подломились, тело рухнуло на землю. В этот миг всё изменилось.

Дакханы почувствовали падение вожака. Их глаза расширились, а жуткие морды исказил страх. Они одновременно бросились в бегство, забыв о битве. Даже те, что уже сомкнули смертоносное кольцо вокруг выживших, рванули в ночь, не оглядываясь.

Лагерь застыл. Остались лишь тяжёлые вздохи, запах крови и напряжённое молчание. Люди даже не знали, насколько им сегодня повезло — удалось пережить первую багровую спираль. Прямо сейчас на бесчисленных стартовых островах большинство новоприбывших рас беспощадно истреблялось тварями, вырвавшимися из подземелий.

Демон, ведомый жаждой мести, двигался вглубь острова. Он сеял смерть, преследуя дакханов. Его движения пусть и медленно, но верно сжигали общую кровяную массу. Однако жуткое существо подпитывалось по пути, углубляясь всё дальше.

Звуки сломанных костей и разорванной плоти сопровождали его продвижение, пока впереди не показался лагерь краболюдов. Каменные стены были залиты кровью, а земля вокруг превратилась в кладбище монстров. Трупы троелапов валялись вперемешку с разорванными тушами серпентилов и жабогрызов.

В центре этой бойни разворачивалось финальное сражение. Кнагл, исполинский четырёхрукий скелет, возвышался над вождём краболюдов, готовый забрать душу.

Кракис ушёл в глухую оборону. Его панцирь был изрезан и покрыт трещинами. Щит, который он держал в руке, прогибался под мощью четырёх клинков противника. В каждой из своих иссохших костлявых рук кнагл сжимал смертоносное оружие: массивный тесак, изящную шпагу, двуручный меч и извилистый кинжал.

Несколько краболюдов погибло в бою со скелетом, их тела бездыханно лежали вокруг босса. Оставшиеся в живых пытались атаковать кнагла со всех сторон, но их клешни лишь высекали искры из неестественно прочных костей, не нанося существенного урона.

Демон вступил в игру без предупреждения. Его хлыст рассёк воздух и обрушился на голову кнагла. Череп расплющился, как гнилая тыква, разлетаясь осколками во все стороны. Четыре клинка звякнули о землю, а костяное тело обрушилось бесформенной грудой.

Рывком преодолев дистанцию, демон ринулся к Кракису. Хлыст снова взвился в воздухе. Удар! И щит вылетел из руки вождя краболюдов, звонко грохнувшись о камни.

Очередное щупальце выстрелило вперёд, обвилось вокруг шеи Кракиса и приподняло вождя над землёй. Рука краболюда беспомощно задергалась в воздухе. Клешня отчаянно пыталась перекусить отросток, но тот был твёрд, как сталь.

Краболюды замерли, не смея приблизиться к демону, хлысты которого только этого и ждали. Глаза вождя, выпученные от удушья, начали наливаться кровью. В