Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

ожидании своего предводителя. Тоска держалась ближе ко входу и дальше от всех; с ног до головы облаченная в черное, она источала пагубную гнетущую ауру. Жрица – стройная красавица в роскошном золотом платье с огромным вырезом на пышной груди – сидела, поставив локоть на стол и подперев ладонью щеку, и явно скучала. Ну а Мрачный шепот, элегантный мужчина на вид, по-хозяйски вытянул перед собой ноги и, прислонившись спиной к стене, пил из чарки то ли вино, то ли кровь.

С грохотом распахнув двери, черно-красные шелкопряды неудержимой силой ворвались в зал, и через секунду за главным столом появился Ксандр.

Расслабившиеся демоны вмиг собрались и сели как положено.

– Приветствуем, господин, – склонив головы, в унисон произнесли они. Кто-то громче, кто-то тише, а кто-то и вовсе пробурчал.

– Хамелеон не придет? – спросила Жрица ласкающим слух голосом.

– Он пока занят, – со смешком ответил Ксандр и потянулся к чарке с вином. – Как вы поживали в мое отсутствие? – спросил он, рассматривая узоры на глиняной поверхности.

Его поза – слегка сгорбленная спина, скрещенные бабочкой ноги и немного опущенный подбородок – выражала расслабленность, словно он находился в безопасном укрытии, а не в полном демонов городе.

– Чудненько, – хмыкнул Мрачный шепот, отпив из чаши, – но скучновато. Вы обещали демонам свободу, надеюсь, вы вернулись, чтобы закончить игру?

– После окончания партии король и пешка падают в одну коробку. – Ксандр покосился на собеседника. – Так ли ты хочешь закончить ее?

Мрачный шепот нахмурился.

– Господин, говорите прямо, – промурлыкала Жрица с кошачьей улыбкой. – Ваша иносказательность слишком сложна для такой глупышки, как я. Шепот, может, и понимает, но для меня лучше использовать простые слова.

Черные глаза Ксандра, видневшиеся в прорезях маски, блеснули.

– Я действительно вернулся, чтобы воплотить план в жизнь, – произнес он спокойным, исходящим из груди голосом. – И приступлю к этому прямо сейчас.

Изящные пальцы владыки демонов коснулись маски.

– Бларг, нет! – выкрикнула Жрица и тут же метнулась прочь из-за стола, а следом за ней вскочили и остальные. Демоны оказались в разных концах залы. На их лицах читался ужас, а вокруг каждого появился магический барьер.

Когда маска покинула лицо владыки демонов, город содрогнулся.

На свободу с болезненным ревом вырвались, казалось, плененные души. Тысячи воющих и стонущих, слившихся в густое серое облако, они являлись магической аурой владыки демонов. Аурой, что вела себя беспощадно и пожирала даже своих.

Двери зала распахнулись, выпуская в мир ауру сильнейшего из демонов, и она накрыла Лао Бэнь, словно тяжелое шерстяное одеяло, которое придавило собой каждого, кто не успел защититься.

– Прелестно. – Ксандр облегченно выдохнул. – Все, кто когда-то желал выступить против меня, получили свой шанс, надеюсь, они рады. – Он пригубил вина. Сладкого и крепкого, с ярким виноградным ароматом.

Владыка демонов скрывал свою ци так долго, что та начала бушевать внутри тела и причинять ему боль. Вырвавшись на волю, она, как волна, накрыла всех, кто желал с ним сразиться, и успокоилась, утопив в своих водах. Она больше не кричала и не выла.

– Хозяин так жесток, – сказала Жрица, надув пухлые губы, и осторожно отступила от угла, в который вжималась. Поскольку аура владыки демонов рассеялась и больше не пыталась убить, демоница вернулась за стол, покачивая бедрами так, что подол ее длинных одежд колыхался в такт движениям.

Остальные двое последовали за ней.

– Вы обозначили наше местоположение, – сухо произнес Мрачный шепот, опускаясь на подушку. – Что, если враги нагрянут прямо сейчас?

– Этого не случится, – ответил Ксандр и подлил себе еще вина. – Я слышал, во время брачного периода волки могут бросить стаю, чтобы остаться вдвоем, и плевать им на происходящее вокруг.

Жрица и Мрачный шепот недоуменно переглянулись.

– Волки?

– Светлое начало перерождается, – пояснила Тоска отстраненным голосом. – Темное его не оставит, – добавила она, сидя с поджатыми под себя ногами и держа ладони на коленях.

– Тогда что нам мешает напасть на них? – Мрачный шепот посмотрел на Тоску, вздернув бровь. – В прошлое перерождение господин уничтожил нача́ла, мы можем это повторить.

– В тот раз нам сыграло на руку то, что они оба были нестабильны, сейчас же нестабильно только светлое начало, а темное обратит нас в пыль раньше, чем мы вторгнемся на его территорию.

– И что вы предлагаете? Дождаться, когда у волков завершится «брачный период» и оба они окрепнут? Как мы тогда их победим? В тандеме начала – наивысшая сила.

Тоска обернулась на Ксандра, и остальные последовали ее примеру.

Владыка демонов посмотрел на них сверху вниз. Во взгляде его черных глаз с золотистыми вкраплениями читалось недоумение. Он растянул губы в снисходительной улыбке и мягко сказал:

– Не переживайте, даже высшие силы попадают в ловушки.

Люцида Аквила

Янтарь рассеивает тьму. Каин

Иллюстрация на обложке и суперобложке Raccun

Арт-иллюстрации на вклейках Sanlixus, Babayka Lesnaya

Комикс создан иллюстратором aseillle

Иллюстрации на форзацах Люциды Аквилы

Во внутреннем оформлении использованы элементы дизайна: © TWINS DESIGN STUDIO, HelenField, wacomka, Valine Tina, Elena Akkurt, leoorigami, Daiquiri / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

© Люцида Аквила, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Глава 106. Возрождение

Первое, что увидел Люциан, открыв глаза, – это темный потолок хорошо знакомой ему комнаты. Спальни, принадлежащей градоправителю Асдэма.

Утерянные воспоминания медленно возвращались, и он чувствовал себя… кошмарно. В голове все спуталось. Люциан вспомнил и то, что с ним когда-то давно случилось, и то, на что эту истину заменили. Вспомнил, кем он был, хотя собой уже не являлся. Он мог заглянуть и в прошлое, и в будущее, а также четко видел настоящее.

Он перерождался.

Но процесс слияния с великой светлой сущностью еще не был завершен.

Сев на широкой кровати, Люциан почувствовал себя так, словно все его внутренности перемешали в суповом котле. Легкое одеяло соскользнуло с обнаженных плеч, но он этого не заметил, не ощутил прохлады, коснувшейся нежной светлой кожи. Посмотрев на раскрытые ладони, он увидел кружащуюся вокруг них золотистую пыль и растерялся еще больше, не в силах принять случившееся.

Эмоции переполняли его как никогда прежде. Ему было больно – он только что вспомнил прошлое – и страшно, потому что едва ли осознавал настоящее. По щекам сами собой потекли слезы, которые Люциан не ронял два года после того, как своей мелодией Кай забрал его память, а вместе