Фантастика 2026-77 - Виктория Богачева

— Отправили князю гонца? — первым же делом спросил он, едва увидев десятника.

Вечеслав согласно прикрыл глаза.

— А пленник?

— За ним приглядывает кметь воеводы Стемида.

Обеспокоенность отступила с лица Крутояра, и он выдохнул.

— Хорошо.

Прищурившись, Вячко внимательно посмотрел на него. Тот сидел уже в портках и рубахе, воинский пояс с мечом лежали под рукой. Того и гляди — вскочит на ноги и поспешит на конюшню.

— Тебе бы отлежаться еще.

— Некогда лежать, — отмахнулся смурной княжич. — Мы должны ехать.

— Но не нынче. Отправимся утром, — Вечеслав непреклонно мотнул головой.

Крутояр недовольно вскинулся. Может, в тереме на Ладоге он был княжичем, и слово его значило больше, чем слово десятника и даже воеводы, но здесь, в отряде, считался он простым кметем. И не ему было перечить наместнику Стемиду. И Вячко, который учил его воинской науке.

— Пленник сказал, что действовали они по указке Велемира, и что видел рядом с ним еще людей, которых не знал, — выталкивая каждое слово, будто через силу, проговорил Крутояр.

В его взгляде горел несгибаемый, яркий огонь. Отступать и сдаваться он не намеревался.

— Велемир не был один, ты ведаешь не хуже меня.

— И я о том же, — невозмутимо кивнул Вячко. — Столько людей чаяли тебя уморить, а получится у нас со Стемидом, коли сегодня в путь отправимся. У тебя рана едва затягиваться начала.

— Отец и не с такими ранами в походы ходил, — буркнул себе под нос Крутояр.

Десятник смолчал, проглотив все слова. Что тут скажешь, коли оберег его собственного отца, которого он подвел, жег грудь?..

— Идем, потолкую с дядькой Стемидом, — воинственно сказал княжич и поднялся с лавки.

Пояс он надел, но обошелся без меча, чтобы не потревожить ненароком рану. К недовольству Вячко, когда они отыскали новоградского наместника, возле него ошивался Станимир.

—... отстрою терем, как у ее отца был. На том самом месте, — уловил он последние слова сотника и скривился.

Сердце глухо билось о ребра: раз, другой, третий. Он привыкнет вскоре. У травницы своя дорога, по которой ей шагать. Тогда возле бани он глядел на Мстиславу и готов был вмешаться, хоть и не имел на это права, но она отвернула лицо в сторону, не стала на него смотреть.

— Потолковать бы, дядька Стемид, — с хрипом выдохнул Крутояр, которому даже короткий путь через двор дался непросто.

Вячко, не сдержавшись, хмыкнул. Такого только верхом на лошадь усаживать...

Но прежде наместника заговорил Станимир.

— Я много хорошего о тебе слышал, княжич, — сказал он и приветливо улыбнулся. — Рад, что довелось вживую свидеться.

— Благодарю за добрые слова, сотник, — Крутояр церемонно прижал раскрытую правую ладонь к груди. — Жаль, не свиделись мы при лучших обстоятельствах.

Рослый, крепкий княжич пошел в отцовскую породу, но пока не достиг расцвета сил настоящего воина и потому уступал сотнику статью. Он осунулся за дни скитаний, сошел с лица, и нынче рубаха, что плотно сидела на нем еще несколько седмиц назад, свисала с плеч. Ему было больно, но он старался держать спину прямо и смотреть в глаза тем, с кем говорил, и не опускал головы.

— Не так уж они и дурны, княжич, — уверенно отозвался Станимир. — Вы быстро схватите предавшего тебя наместника и раздавите, словно жалкую мошку.

— Я не хочу его давить, — Крутояр пожал плечами, — я хочу допытаться, с кем еще он сговорился.

Станимир застыл на мгновение, и даже будто бы судорога прошла по его лицу, но затем он усмехнулся, обнажив зубы.

— Мудрое решение.

Крутояр же выразительно посмотрел на воеводу Стемида, и, огладив короткую бороду, тот кивнул и отошел на пару шагов.

За их спинами довольный Лютобор возился на деревянных мечах с кем-то из новоградских кметей. Мальчишка был счастлив, что вновь может заниматься тем, чего лишился после убийства отца. Его сестры нигде не было видно.

Выслушав княжича, Стемид решительно мотнул головой. Ответил он еще проще, чем Вечеслав, когда Крутояр вздумал с ним спорить.

— С меня твой батька голову снимет, коли с тобой еще что приключится. Довольно уже, тебя не убили едва, разумеешь это?

Глаза у княжича потемнели, и он сделался до безумия похож на отца.

— Вот именно, — выплюнул со злобой, и немного погодя Стемид и Вячко догадались, что та злоба была направлена на него самого. — А кто виноват? Кто у наместника Велемира задержался, кто на охоту отправился, когда должен был — в Новый град? — он замолчал, облизал пересохшие губы и глухо добавил. — Я.

Не сразу они нашлись что сказать. И даже у острого на язык Стемида закончились слова.

— Ничего не исправишь, коли ты себя уморишь, — наконец, вздохнул новоградский наместник.

Вячко отвел взгляд. Он бы с ним поспорил.

— Завтра выдвинемся. До Ладоги гонцы доберутся быстро. Столько времени прошло уже — верно, князь давным-давно по дороге к терему, — добавил Стемид.

Крутояр резко дернул плечом и поморщился.

— С пленным бы еще потолковать, — сказал он. — Вдруг вспомнил чего.

— Потолкуем.

Спорить было больше не о чем, и княжич отступился. Когда он, прихрамывая, отошел, Стемид хмыкнул и повернулся к Вячко.

— Недолго он еще станет нас слушать. Чую, пара-тройка зим, и никто не удержит Крутояра Ярославича.

Вячко согласно кивнул. Отец проступал в княжиче все ярче.

Немного погодя прибывшие с сотником Станимиром люди стали собираться.

— Ты уж не взыщи, — сказал тот наместнику Стемиду. — Но не с руки нам до завтра ждать. Вперед поскачем. Передадим радостные вести. Да и невесту обиходить нужно, — сверкнул он белозубой улыбкой.

Вячко, который как раз проходил мимо, не замедлил шага, даже взгляд на Станимира не бросил, никак не показал, что слышал, но жилы на шее напряглись до того сильно, что чуть не онемели.

Он все же вышел проводить новоградских попутчиков. И поглядеть на Мстиславу. Неведомо, когда еще свидятся... Пока выходило, что никогда.

Она появилась на подворье, хотя Вячко до последнего мгновения надеялся, что она не выйдет. Глупо. Глупо и недостойно воина, мужчины, ладожского десятника.

Увидев ее, он обомлел. Растрепанная, неряшливая, в криво-косо заправленной под поневу рубахе, с криво заплетенной косой. Никогда прежде он не видел ее такой! Да она после того, как наместник Велемир явился в поселение и оттрепал ее за косу, так не выглядела! Сразу же в ту ночь пошла умываться, одежду поправлять, волосы собирать... А нынче на себя не была похожа.

Невольно, повиновавшись чему-то звериному, что взметнулось в душе, он подался вперед, даже шагнул,