Ужасающие Странствия Темного Владыки - Guiltythree

Вскоре Ворона-Ворона вернулась с патрулирования и уселась на плечо Джет, громко каркая:

«Ворона! Вернулась!»

Джет поморщилась и наклонила голову, отводя ухо от чёрного клюва маленькой птицы.

«Да, да. Молодчина. Нашла что-нибудь в тумане, да или нет?»

Ворона-Ворона несколько мгновений смотрела на неё, после чего гордо захлопала крыльями.

«Нет! Нет!»

Джет с досадой вздохнула.

Помолчав несколько мгновений, она неуверенно спросила:

«Эта карта не привела бы нас вообще ни к чему, правда?»

Санни покачал головой.

«Определённо нет. У всего, что делал Ткач, была причина… к тому же, победитель битвы нигде не виден. Он бы слонялся в округе, не будь здесь пути к Вечному Городу, и искал бы его. То, что его здесь нет, говорит о том, что путь всё же есть… я так думаю».

Джет вздохнула.

«Что ж, продолжим искать».

Ночной Сад продолжал дрейфовать в тумане, но даже спустя несколько часов Санни не мог ощутить ничего в обширной области вокруг.

В таких ситуациях обычно лучше не торопиться… они могли бы медленно исследовать этот регион Штормового Моря в поисках зацепок, потратив на выполнение задачи дни или даже недели.

Однако Санни торопился. Время в остальном мире не стояло на месте, и дела, требовавшие его внимания, постепенно накапливались.

К тому же, у них была конкуренция. Монстр, победивший в ужасной битве, уже был впереди них в гонке, приближаясь к финишу или уже достигнув его, — так что Санни не мог ждать так долго.

К счастью — или к сожалению — у него был способ сэкономить им изрядное количество времени.

Скривившись, Санни призвал Маску Ткача и, когда она опустилась на его лицо, произнёс:

«Ох, я с таким нетерпением жду этого…»

Глава 2617

Черные Небеса

В прошлый раз, когда Санни использовал зачарование [Где мой глаз?] Маски Ткача, его собственные глаза были выжжены, оставив его слепым. Фактически, его зрение полностью восстановилось лишь совсем недавно — так что, естественно, он не хотел снова потерять его накануне опасной битвы.

Однако, всему нужно учиться.

Тот факт, что в первый раз он серьёзно пострадал, не означал, что сейчас он пострадает так же сильно. Тогда Санни не знал, что подразумевает прикосновение к Нити Судьбы, и обращался с ними небрежно.

Он верил, что сейчас всё будет иначе. Если он будет сдерживаться, урон, который он получит, вероятно, будет значительно меньше… правда, в результате он и узнает гораздо меньше, уловив, возможно, лишь одну-две сцены.

И даже если его ожидания не оправдаются, он всё равно сможет неплохо сражаться, полагаясь на ощущение теней.

Однако, опасность узреть то, что ему не положено видеть, всё ещё оставалась.

«Кто не рискует, тот не пьёт шампанского…»

Со вздохом Санни бросил Джет выразительный взгляд. Неужели он снова окажется на полу?

«Нет, серьёзно, что это за привычка у Джет — возвращать меня к чувствам пощёчиной?»

Именно так начались их отношения, и даже спустя все эти годы всё осталось по-прежнему.

Зная, что нет смысла медлить, Санни активировал [Где мой глаз?].

И вновь перед ним открылась непостижимая безграничность разорванного гобелена судьбы. И вновь он был полностью ею подавлен.

На этот раз, однако, его опыт помог ему быстрее отгородиться от большей её части. Повторяя шаги, сделанные ранее, Санни ограничил область своего восприятия лишь одной крошечной частью непостижимой бесконечности бесчисленных нитей, сконцентрировавшись только на тех из них, что были связаны с этим районом Штормового Моря.

Найти нить, связанную с Вечным Городом, было проще, потому что он знал, что Ночной Сад соединён с ним — даже был построен там. Так что, Нить Судьбы, которую он искал, должна была проходить и через живой корабль.

Ему не потребовалось много времени, чтобы найти достойного кандидата. Неподалёку от него странная нить протянулась с неба в море, пронзая палубу Ночного Сада. В ней была странная двойственность: верхняя часть была соткана из серебристого звёздного света, а нижняя — из непроницаемой тьмы.

Потянувшись к необычной Нити Судьбы, Санни коснулся её пальцами. На этот раз он постарался прикоснуться лишь на мгновение и тут же отстраниться — так, надеялся он, открывшаяся ему истина будет не столь обширна, и, следовательно, его глаза и разум будут избавлены от большей части урона.

Его надежда оказалась не напрасной.

Но прежде чем Санни в этом убедился, его охватило поразительное видение.

«Что… что это, чёрт возьми, такое?»

На мгновение он ужаснулся, потому что его встретила… безграничная, тёмная пустота.

Однако, к счастью, это была не Пустота. Это была просто пустота…

Бесконечное, безмолвное, пустое пространство безвоздушной тьмы, где ничего не существовало — ни жизни, ни тепла, ни даже воздуха. Лишь смертоносные лучи космической радиации и невидимые цветения гравитационных полей.

И в той тьме бесчисленные звёзды горели прекрасным серебряным светом.

Санни был ошеломлён.

«Святое дерьмо. Я… в космосе».

Действительно, это был великий вакуум космоса. Но в тот момент он осознал кое-что ещё.

Что это и есть Чёрные Небеса, истинное царство Богини Ночи.

И там, среди звёзд, находился прекрасный город с высокими серебряными шпилями, купающийся в звёздном свете…

Санни убрал руку, и видение Вечного Города исчезло из его напряжённого разума.

«Что за… так он в космосе?»

Санни оставался неподвижным то ли целую вечность, то ли всего лишь мгновение.

Нет, это не имело смысла… как и всё остальное в Царстве Снов никогда не имело смысла. Ночной Странник сумел подняться на борт Ночного Сада и отплыть от Вечного Города, а на данный момент Ночной Сад не умел летать, не говоря уже о путешествиях между звёздами.

Санни помедлил некоторое время, а затем снова осторожно коснулся Нити Судьбы.

Он снова увидел Вечный Город. Только на этот раз он был в состоянии хаоса.

Он был атакован.

В темноте за пределами города двигалось огромное присутствие. Его форма и очертания были неразличимы, поскольку оно было неотделимо от космической тьмы — возможно, оно и было самой тьмой — и единственным способом воспринять его существование было наблюдать, как его движение заслоняет огромные участки звёзд.

Присутствие было ужасающим, непостижимым и полным холодного, безразличного, уничтожающего намерения.

Куда бы ни падал её бледный взор, бессмертные обитатели Вечного Города уничтожались. Серебряные шпили плавились и падали, а сама ткань небесной обители поглощалась энтропией.

Но затем город восставал из праха.

Его ткань восстанавливалась, шпили возникали из раскалённых озёр жидкой материи, а живые существа возвращались к своей первозданной