Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

точнее, полностью потерял представление, где верх, где низ. Его закружило, на какой-то миг он отключился... потом наотмашь грохнулся на вполне реальный каменный пол. Резкая боль вмиг привела его в себя. Прежде, чем он поднялся, чьи-то жесткие руки вцепились в плечи и потащили его прочь. Опомнившись, он оттолкнул Охэйо и пошел сам.

Коридор здесь был и в самом деле другим - чистый, облицованный светлым мрамором, освещённый так ярко, что казался залитым солнцем. В его конце белела стальная дверь - раза в полтора выше роста Лэйми.

- Ты с ума сошел? - гневно обратился он к Охэйо.

- Может, и сошел. Но мы здесь. Кстати, как ты себя чувствуешь? Металлический вкус во рту есть? Тошнота?

- Нет.

- Повезло. Первая степень. А может, и того нет.

- Чего?

- Лучевой болезни. Знаешь ли, разные реальности - разные физики, если точнее, - при столкновении подвергаются аннигиляции. А аннигиляция - это гамма-излучение. Довольно жесткое. Если бы мы просто пялились на этот... калейдоскоп, то думаю, минуты хватило бы.

- Сколько мы получили?

- Понятия не имею. Но меньше ста бэр.

- Почему?

- Иначе нам сразу стало бы дурно.

- Но зачем было лезть...

- Мне показалось, что реальность тут - ну, более нормальная, что-ли...

- Показалось!..

- Если мы здесь - только призраки в чужих телах, то мы можем делать всё, что угодно. Разве нет?

Лэйми попытался найти какие-нибудь возражения, но не успел. Хотя до двери оставалось ещё добрых десять шагов, она вдруг открылась с глухим лязгом. Стальная плита оказалась восьми дюймов в толщину и на её боковине блестел целый ряд массивных засовов.

За ней была странная квадратная комната, точнее шахта - пол и потолок из частой решетки, стены облицованы нержавеющей сталью. Холодные голубоватые лампы прятались в узких нишах, прикрытых очень толстым стеклом. Когда они вошли, дверь закрылась, такая же глухая изнутри, как и снаружи. Прямо перед ними белела вторая дверь, точно такая же. Закрытая.

Под нижней решеткой Лэйми заметил какие-то горелки или сопла и ему стало тут очень неуютно. Сама решетка состояла из двух частей и могла открываться вниз, как горизонтальные ворота. Дна шахты - как и её верха - видно не было и это тоже не прибавляло ему храбрости.

Вдруг он заметил, что стены шахты отливают бледной окалиной - словно их прокалил огонь. И ещё, на них были царапины. И на дверях тоже. К решетке пристал какой-то шлак. Лэйми почудился вдруг слабый запах газа и его затошнило. В животе словно порхали бабочки размером с лису.

- Мы в ловушке, - очень тихо сказал он, бессознательно становясь плечом к плечу с Охэйо.

- Очевидно. Они нас изучают. Если мы им не понравимся...

Он не стал продолжать. Смерть в пламени нельзя назвать легкой. Можно ли перед ней сойти с ума?

К счастью, их не стали держать здесь долго. Внутренняя дверь открылась - такая же толстая, как внешняя, - и Лэйми торопливо вышел в продолжение коридора. Отделка тут была точно такой же, но вдали сновали люди и здесь висел глухой гул от их голосов и шагов. У стены на многоколесной платформе стоял какой-то агрегат - судя по ртутно блестевшему соплу на переднем торце и пучку толстых шлангов на заднем, сверхмощный лазер. Размером и цветом он напоминал лежавший на боку холодильник. Перед ним коридор обегала массивная сложная рама, затянутая мерцающей голубой пленкой, а за ней стояли девушки в странной одежде - ременных сандалиях с толстыми подошвами и туниках, состоящих словно из шершавых пластин коричневого камня, разделенных зеленовато-белыми светящимися полосами. На головах у них были круглые, плоские шапки с большими козырьками.

Лэйми поразили их лица - небольшие, светлые полуовалы, безупречно правильные. Маленькие рты с загнутыми вниз уголками пухлых губ, далеко отстоявшие от косо посаженных больших темных глаз, придавали им хмурое, чужое выражение. Четко очерченная верхняя губа была короткой, нос - едва различимым. Прямые черные волосы, очень густые, тупым углом расходились над бровями, скрывая почти весь лоб, уши и тяжелой массой падали на спину. В руках девушки держали короткое, цилиндрической формы оружие.

Осматриваться дальше Лэйми не дали. Их окружило несколько фигур в серебристых комбинезонах с капюшонами. Их лица скрывались за выпуклыми эллиптическими забралами, блестевшими темным стеклом.

Их обыскали, забрав всё оружие, потом, через стальную боковую дверь, втолкнули в просторное помещение, похожее на лабораторию, с какими-то приборами и агрегатами - от маленьких, стоявших на столах, до громадных, размером с небольшую комнату. Здесь Лэйми велели остановиться. Охэйо повели дальше.

Лэйми дернулся, но сопротивляться не стал - он понимал, что если что-то и сможет, то только навредить себе. Никто не разговаривал с ним - даже и не пытался. Знаками ему велели снять всю одежду и лечь на каталку, с которой свисали подозрительно крепкие ремни. Лэйми вовсе не хотелось устраивать стриптиз - особенно перед людьми, лиц которых он даже не видит, - но один из них показал ему что-то вроде жезла с острыми стальными усиками, между которыми вдруг проскочила искра длиной дюйма в два. Лэйми неохотно подчинился.

Когда он лег на спину, его привязали - плотно, но не туго. Он весь покрылся гусиной кожей - от холода, как он надеялся, - но ничего особо страшного с ним не делали. Сначала каталку с ним задвинули в цилиндрическую утробу машины, похожей на томограф - теперь он действительно почувствовал кислый вкус во рту и у него заныли зубы, как это всегда бывает вблизи мощных магнитов. Потом ему загнали в сгиб локтя иглу и выцедили едва ли не пол-литра крови - у него даже голова закружилась - отвезли его в маленькую комнатку с двумя дверями и стенами из матового стекла, и ушли, оставив его привязанным. Снаружи, слабо, доносились неразборчивые голоса и звуки, но здесь всё было тихо. Из толстых пластиковых шлангов под потолком струился влажный, пахнущий озоном туман - он густо заполнял комнатку и оседал на обнаженной коже.

Лэйми крутил головой, осматриваясь, но это быстро надоело ему. Он мерз и тихо страдал от скуки. Прошло уже, наверно, часа два. Спина затекла. Лэйми напрягал и расслаблял мускулы - чтобы размять её и хотя бы немного согреться. Потом, через