Земля: Выживание. Том III - Михаил Ран

— Я не сдам флот. — рубанул мужчина.

Он хотел что-то сказать ещё, но вокруг раздались звуки тревоги, а из связи раздался голос:

— Командор, поступил сигнал с просьбой о помощи с базы. Контуры показывают, что запущен процесс самоуничтожения!

— Сенатор, свяжемся позднее. — мгновенно сообщил Альберт, отключая связь.

* * *

— Альберт! — голос Каллиана Тэрна сорвался почти на крик, но связь уже успела погаснуть.

Голограмма собеседника дрогнула, разваливаясь на сотни стеклянных искр, и исчезла, будто её никогда и не было. На мгновение комната погрузилась в вязкую, удушливую тишину.

Сенатор замер.

Затем его рука резко взметнулась вверх, и со всей силой опустилась на стол.

Тот, изготовленный из какого-то древнего дерева, привезённого ещё с их материнской планеты, треснул. Казалось, что он был сделан из хрупкого льда. Вот только многие знали, что ему приходилось выдерживать гнев своего владельца слишком уж часто. От чего вся его поверхность пересекала паутина трещин.

— Ладно… разберётся и свяжется. — процедил мужчина сквозь зубы, так и не обратив внимание на бесценные обломки падающие под ноги.

Вот только его темно-серые глаза говорили обратное. Сенатор прекрасно понимал, что ситуация выходит из-под контроля.

И делает это слишком стремительно.

Каллиан Тэрн тяжело откинулся на спинку кресла, чувствуя знакомую ломоту в висках. И привычным движением руки прикоснулся к медали. Сначала медленно очерчивая пальцами границы выбитого щита. А после перешел к границам колец.

В последнее время его тело всё чаще напоминало о почтенном возрасте: шум в ушах, дрожь в пальцах, давящая боль в суставах. Их жизнь длительна, но не бесконечна. Очень скоро отведенные ему циклы подойдут к концу.

Конечно, по меркам множества разумных видов это будет не так быстро. Но если ему будут поступать такие же новости, как те, которые принес его внебрачный сын… то этот момент наступит многократно быстрее.

Мужчина закрыл глаза.

Перед ним мелькнуло лицо мальчишки. А сейчас уже мужчины, которого он не имел права признать. Вместе с ним — слова, перевернувшие все с ног на голову.

Сенатор сжал пальцами виски, пропуская туда энергию, расширяя сузившиеся каналы. Это помогало разогнать тяжелые мысли, очистить сознание. Чем-то походило на оздоровительный массаж.

Каллиан повернул взгляд к персональному терминалу где мигал большой индикатор.

ПАКЕТЫ ДАННЫХ ПРИНЯТЫ. ДОСТУП ПОДТВЕРЖДЁН. — мелькнуло крупным шрифтом рядом.

— Хорошо… — хрипло произнёс он. — Посмотрим, что ты там накопал, Альберт.

Он провёл ладонью над панелью, следом за чем над столом возникла тяжёлая россыпь данных, отчётов, ментальных фрагментов, закодированных блоков.

Сенатор моментально погрузился в них с головой, полностью теряя ощущение времени.

Спустя несколько малых циклов, комната всё ещё была наполнена тишиной. Как если бы сама столица Инвиктария, планета-сердце Империи, задержала свое дыхание.

Правда Инвиктарией её называли в народе. Когда как за пределами все знали её под иным именем: Инвиктария Приморум — Доминион Несокрушенной Короны.

За спиной хозяина кабинета раскидывался панорамный вид на сияющие башни комплекса Сената Инвиктарии Приморум, чьё стекло мерцало золотыми прожилками энергоканалов, питающих весь административный квартал столицы Первых.

Над ними, словно гигантские осколки небесной брони, нависали купола Вечного Конклава Первых и Великой Палаты Старших Родов. Двух святилищ власти, где решались судьбы народа.

Выше был только сам Император.

Раньше там заседали семьдесят два сенатора. Каждый из которых принадлежал к старшему роду. Сейчас их сто восемь. Потому что в период присоединения стали появляться сенаторы от других цивилизаций. Но, самое главное, что кворум строго достигался при семидесяти двух голосах. А это всегда означало верховенство положения Первых.

Вот только Каллиан сейчас не смотрел на великолепие столицы.

Он сидел в темноте собственного кабинета, в секторе Крыльев Престола. У каждого сенатора там был личный привилегированный потест. Можно сказать, их персональная зона.

Место, куда простые граждане попасть не могли. Место, где звучали самые опасные разговоры внутри Империи.

Сенатор спешно поднялся из-за стола, ощущая, как предательски подламываются колени. От неожиданности он покачнулся, а вплетённые в бороду кольца издали легкий перезвон.

Ментальная перегрузка. Слишком много информации. Слишком много того, чего не должно сейчас существовать.

— … Чёрт подери… — прошептал сенатор.

Данные Альберта были… неправильными. Пусть результаты ментального скальпинга показали странные вещи. Как, например, жертвенные камни. Или наличие среди сенаторов заинтересованного в них лица. Но все это тянуло максимум на обычное предательство. В масштабах Империи — мелочь, с которой им уже приходилось иметь дело.

Но вот в остальном… в остальном было слишком чисто. И это настораживало почище всего остального. Аппаратура точно не могла солгать, как и командор. А это значит, что тут поработал кто-то очень сильный.

Особенно на это указывал ментальный шов, найденный в сознании Алсара Фаата.

Каллиан Тэрн видел такое впервые за свою долгую жизнь. Но никак не мог в это поверить.

Однако, отрицать было нельзя.

Сотни политических кризисов. Взлеты и падения фракций. Саботажи. Прорывы изнанки. Все это меркло с текущей ситуацией.

Да и Дом Фаат не были идиотами. Они бы не полезли к Императору напрямую, если бы не были уверены, что смогут обеспечить себе защиту.

Это означало, что Империя может стоять на пороге войны.

И страшно то, что эта война — гражданская.

— Хуже, чем я ожидал… — сенатор провел рукой по лбу, стирая невидимые капли пота. — Если это правда… если хотя бы половина правды…

Он не договорил. В горле внезапно встал ком, а скулы сильно сжались. Мужчина резко развернулся, вызывая прямую линию связи.

Экран вспыхнул, плавно проявляя лицо женщины среднего возраста. На вид та была строгой, собранной. Очень выделялись небольшие пластины серебряного цвета вдоль скул.

Эта была его помощница. Уроженка одной из далеких планет. Звали ту Алио Ри. И несмотря на её скромное происхождение, сенатор считал женщину своей правой рукой.

— Сенатор Тэрн? — её голос был спокоен, но в тоне чувствовалась настороженность. — Вы выглядите… неважно. Вызвать медицинский персонал? — моментально спросила та. За сотни больших циклов они уже успели перейти на некоторый тип панибратского общения.

— Позже. — отмахнулся Каллиан. — Слушай внимательно.

Мне нужно… нет… требуется созвать экстренный совет Сената.

Лина замерла.

— Сенатор… вы… уверены? Очный сбор… это…

— Я сказал экстренный. — прервал он. — Алио, неужели ты разучилась меня понимать? И не забудь отправить вызов Искателям и представителям Имперской канцелярии.

Глаза Алио, и без того большие, расширились ещё сильнее.

— Но, господин… такие собрания проводятся лишь…

— Да я в курсе когда их проводят. — Каллиан говорил тихо, но голос звучал так, будто слова выжигали воздух.

Секретарь осторожно кивнула. Она действительно была слишком