Не в этот раз. Книга 2 - Максим Владимов

это я так сказанул в универе, что вещи разобрал, чисто в варианте «вызываю огонь на себя!», а по факту-то всё так и осталось в сумке — а куда бы мне это всё складывать? Стакана банального — щётку зубную поставить — и того не имею.

Когда зашёл со света в полумрак вахты, показалось, что в глубине общежития мелькнуло лицо Миши Серёгина. Будто он как раз направлялся мне навстречу, на выход, но почему-то передумал и дал заднюю — обратно в коридор. В этом вот вопросе дядивитино вмешательство не очень удачно сыграло: долги у меня получились, скорее всего, невозвратные. Четыре рубля чистого убытку. Ну три-писят, если картошку считать с ночной наценкой. Впрочем — чёрт с ним, новые впечатления и приятная компания важнее. А я вчера очень здорово зажёг! Будет что вспомнить!

Потерь оказалось даже меньше: когда я уже с сумкой спускался по лестнице, меня выцепил Миша-большой:

— О! На ловца и зверь!

— Кто звэр? — притворно оскорбился я. — Я не звэр, я человек!

— Человек-человек, — хохотнул Миша. — Держи, человек, стипу дали!

И сунул мне в руку три рубля. Рублями. Я честно попытался отдать ему один, мотивируя это тем, что «вместе же ели», но Миша не повёлся:

— Вот ещё я с ребёнка за еду деньги не брал! Тем более, если он не пьёт!

Оценив выражение, я не смог удержаться от смеха. Мгновением позже и Миша тоже ко мне присоединился. Так, хохоча, мы спустились вниз, и тут мой спутник обратил внимание на сумку:

— А ты что это — с вещами, на выход?

— Да, — покивал я, — там большие дяденьки решили проблемы с лагерем, едем завтра утром. Сегодня… родственник пригласил в гости, переночую у него.

— Жаль, — посетовал неожиданный приятель, — ещё бы зарубились вечерком.

— Да ладно, не последний день живём! — ответил я, неожиданно для себя самого: ну когда я ещё сюда попаду? Никогда? Разве что, специально приехать — в го поиграть! Скажи кому — на смех подымут, сто процентов. А вот мне такая идея сейчас кажется вполне себе привлекательной. Парадокс? Но приятный, надо сказать!

Вот чего реально жаль, так это мобильных телефонов: отсутствуют они, как класс, а так здорово было бы сейчас номерками обменяться! Но придётся подождать. Лет эдак дцать. А пока…

— Миша! Миша, стой! Вернись! Вот, держи, — и я всучил выскочившему на крыльцо Большому всю пачку уже не нужных мне более талонов в столовку. Уж он-то, уверен, найдёт им применение — такую тушу попробуй прокорми! — Только, наверное, лучше не тяните с этим — как бы их не аннулировали! Но сегодня всяко должны работать. — И с чувством хлопнул по протянутой, здоровенной, как лопата, руке: — Бывай здоров!

По ощущениям — поехали мы строго обратно. Во всяком случае, мне показалось, что главное здание УРГУ я в окно по дороге видал, хоть особо приглядываться было и неприлично — дядя Витя занимал меня разговорами. Как будто год не виделись, честное слово! Впрочем, допускаю, что это моё-детское ощущение, у него-то запросто могут быть другие. Ездим в результате кругами на пятачке, только зря бензин переводим. Хотя у меня же сумка, точно…

Жил дядя Витя в новом доме на набережной, у Плотинки. Понятно, что меня, повидавшего всякого и в новой России, и взабуграх, таким не впечатлить, но здесь-сейчас это, скорее всего, тот самый супер-мегаэлитный обкомовскоий дом, который Ельцин для себя строил. Ну и для остальных местных бугорков, понятно. И квартира — предельно скромная по будущим меркам, всего лишь трёшка, и площадью-отделкой не поражает. Квалифицированный сварщик через 30 лет лучше жить будет. Так и хочется высказать в воздух: «До чего довёл планету страну этот фигляр ПЖ!». Но низя. Не поймут-с. Хорошо, что дядя Витя далёк от мещанской привычки хвастаться достатком, и мы сразу прошли на кухню. Ещё и потому хорошо, что столовский обед как-то очень уж резво рассосался без следа — можно уже и перекусить чего Бог послал!

Сегодня столовский бог послал (уж не знаю которому по счёту) секретарю обкома на обед бутылку зубровки, домашние грибки, форшмак из селедки, украинский борщ с мясом первого сорта, курицу с рисом и компот из сушеных яблок. Шучу. Всё выглядело гораздо прозаичнее — с этикетки сиял золотыми звёздочками коньяк, а селёдку какой-то вредитель подменил на балык из красной рыбы. Зато борщ явно варили прямо тут, на этой кухне! Тётя Лена старалась, думаю. И пирожки! Тоже её наверняка. Рот сразу наполнился слюной.

— Ну, чего стоишь на дороге столбом? — Меня мягко подтолкнули в спину. — Как не родной, честное слово. Помогай!

Эт мы завсегда: который тут с картошкой? М-м-м.

Глава 13

Вставать с утра было непросто — вчера мы с дядей Витей изрядно засиделись. Мало того, что нашли о чём потрепаться, так у него ещё и окна на запад! А там, напомню, солнце. И, конечно, никаких «детских» ухищрений по затемнению нет. Понятно, наверняка он приходит домой поздно вечером и рушится в кровать без сил, какое там солнце, там прожектором в лицо свети — и не почешется даже. А вот мне сизые сумерки мешали, хотя было уже заполночь, когда меня отправили-таки спать. Правда, недолго, минут десять.

Мы ещё вчера договорились, что отрываться от коллектива нехорошо, вот я и не буду, поеду на автобусе, как все. Ну, не совсем: к месту сбора меня всё же доставили на персональной Волге с водителем, а дядя Витя заявил, что прогуляется пешком: «Хоть проветрюсь немного!». Его водитель (он же, как понимаю, охранник) метнул в него сердитый взгляд исподлобья, но вслух ничего не сказал. Да, это вам не Лёха из Кедрового! Хотя… сомнительно, чтоб Лёха мимо конторы пробежал, так если подумать. Наверняка хоть беседочку-то с ним провели… если он вообще не их штатный сотрудник, конечно. Как вот этот.

Впрочем, расстались мы вполне доброжелательно, водила по имени Алексей (клонируют их там, что ли? Хотя этот помельче будет) был вежлив и дружелюбен, никакого, даже скрытого, недовольства в мой адрес мне уловить не удалось. Даже сумку мою из багажника он достал сам, хоть я и порывался успеть первым, но наткнулся на преграду в виде подставленного бедра бетонной жёсткости. Молодец мужик, в хоккей играет, видимо, и искусство блокировки клиента освоил на 5 баллов. Зато попрощались