Кодекс Охотника #41 - Юрий Винокуров

они выскочили в нужный момент. При всём при этом Хельга тоже уже не была простым человеком. Первородный Хлад славился тем, что мог находить ложь и воспринимать адекватность. Так вот Катя была сейчас полностью адекватной, она не врала. Она станет сильнее, ребёнок в безопасности, и всё будет хорошо.

Вот только что-то было не так.

— Подруга, я тебя прошу, — стараясь не злиться, Хельга положила ладони сверху на ладони Кати, которая попыталась было их одёрнуть, но в конце передумала и лишь прикусила губу. — Слушай, давай просто проветримся. Там Костяной шалить собрался, а я хочу проверить армию Хладного Пантеона. Постоишь в сторонке, покастуешь, может, на драконе на своём покатаешься. Мрак, мне кажется, скучает по тебе. А потом, немного развеявшись, вернёшься обратно. Хорошая же идея, ведь правда?

— Думаешь? — Катя наконец задумалась. — Ну, да, звучит неплохо. Пожалуй…

Продолжить фразу ей не дали, потому что тут как тут возле них появилась Бездна.

— О, девочки, хорошо сидите! Молодцы! Вот только, Хельга, деточка, я прошу прощения, но Кате нужно завершить перманентное высокоэффективное плетение Гореглаза высшего порядка. Осталось совсем чуть-чуть, а перерыв на отдых весьма ограничен. Если у неё не получится завершить его в срок, то это может плохо отразиться и на ней… — Бездна немножко подумала и добавила с лёгкой улыбкой, — … и на её ребёнке.

И тут Катю словно подменили. Она заторопилась, засуетилась.

— Да, точно, Хельга, я совсем забыла. У меня же идёт ритуал. Мне нужно его закончить.

— Хорошо, — Хельга едва сдержалась, чтобы не сорваться. — Сколько это займёт времени? Возможно, после этого мы сможем прогуляться.

— Нет, дальше по плану идёт следующее плетение, которое ещё сложнее и которое вообще не подразумевает отдыха, — безапелляционно заявила Бездна. — Катерина будет занята, сильно занята всё ближайшее время.

И вот тут Хельга как раз не выдержала.

— Мне кажется, или вы всё-таки принуждаете оставить Катю здесь насильно?

— Что? — Катерина, придя в себя, посмотрела сначала на Бездну, затем на Хельгу. В глазах у неё появилось понимание. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, и замерла неподвижно, превратившись в безмолвную статую.

А Хельга внезапно поняла, что её Хлад куда-то делся. Сил у неё практически не осталось. Всё это сделала Бездна, сотворив какое-то немыслимое заклинание. Сейчас могли действовать и разговаривать только они двое. Вокруг замерла не только Катя, но и яркая бабочка, которая пролетала мимо и просто зависла в воздухе.

— Послушай сюда, хладная дева! — из голоса Бездны пропала вся весёлость и дружелюбие. — Прямо сейчас ты соберёшь свои манатки и свалишь к себе. Будешь там сидеть и заниматься делами своего Пантеона, которому уж точно твоё внимание нужнее, нежели внимание моей ученицы. И не будешь дурить ей голову всякими глупостями. Ей нужно расти, становиться сильнее и заботиться о своём ребёнке.

— Неужели ты думаешь, что только ты в состоянии о ней позаботиться? — несмотря на полную потерю своей силы, Хельга не собиралась сдаваться, чувствуя свою правоту. — А как ты думаешь, что скажет на всё это Великий Охотник? — она махнула на замершую Катю, молясь про себя, чтобы с ней и с ребёнком в результате этого странного заклинания ничего не произошло.

— Великий Охотник? А кто ему скажет? Ты? — в глаза Бездны вернулось веселье, но оно было какое-то холодное и слегка безумное. — А что ты ему расскажешь? Что Катя становится сильнее с каждой минутой, что ребёнок в безопасности, и она находится в самом защищённом месте Многомерной Вселенной, при этом имея такую наставницу, о которой любой только мечтать мог?

— Я скажу ему… правду, — выдохнула Хельга решительно. — Кате с тобой плохо, и её нужно забрать.

— И что, он тебе поверит? — весело рассмеялась Бездна, хотя весёлости в её голосе как раз поубавилось, а появилась злость и раздражение.

— Мне поверит! — уверенно кивнула Хельга. — Так что жди гостей!

Она развернулась, чтобы уйти, понимая, что забирать с боем Катю сейчас плохая идея. Вот только сзади раздался вкрадчивый голос Бездны.

— А почему ты думаешь, ледышка, что я разрешу тебе уйти?

* * *

Я проснулся среди ночи от лёгкого колебания энергии и не сразу поверил своим глазам. С ума бы не сойти. Я лежу в собственной постели после сытного ужина. С одной стороны, храпит Поручик, а с другой мило сопит Пушок в своей мимимишной форме. Почему-то они решили, что спать в одиночку мне противопоказано, и решили составить компанию. Ну, так-то я не против.

Раньше во время походов иногда компанию под боком составлял мне Шнырька. Хотя в последнее время он занят своей Теневой Королевой. Даже думать не хочу, чем они там занимаются, но я точно помню про своё обещание сделать его теневым королём. Ведь он всё-таки рассказал своей подруге об этом.

Теневая Королева Шуша была очень деловой женщиной, как и все нормальные женщины. Поэтому она не стала выспрашивать подробности у Шнырьки. Она пришла и начала спрашивать у меня: как, что и, самое главное, когда я собираюсь это делать.

Ну, скажу честно, там я немного поплыл, так как чёткого плана у меня не было, и мне для этого нужен был Теодор. Дёргать лишний раз Архитектора в то время, как он и так оказал мне целую кучу услуг, я не хотел. Вот через пару дней у меня плановое свидание с Машкой. Вот заодно там с ними и поговорю.

Не могу сказать, что Шуша удовлетворилась моими объяснениями, но почему-то она им поверила. И вроде как, по словам Шнырьки, начала, не торопясь, приготовления к свадьбе. Короче, мелкого ждёт семейная жизнь, и самое смешное, что он вроде как и не очень этому противится. В разговоре со мной он сказал, что морально его подготовил к женитьбе именно я, обрастая жёнами одной за другой. И Шнырька по здравому размышлению понял, что не так уж это всё плохо. Но это не точно.

Короче, проснулся я посреди постели от лёгкого колебания энергии, которое точно знал, кто их испускает. Сложно было не заметить такую мощь, ведь летающая крепость вернулась в Многомерную Вселенную, а вместе с ней вернулись и Ларик с Беллатрисой. И несмотря на то, что сейчас была ночь, что-то мне подсказывало, что им есть, что мне рассказать.

Отправив им мысленный посыл о том, что я их жду,