Ева и логово Хозяина - Елена Винчи

дождавшись ответа быстрыми шагами, превозмогая боль, я направилась вдоль просторного коридора к комнате официантов. Слезы предательски заволокли мои глаза. Еще минуту назад я была уверена, что поступаю правильно. А теперь осознаю, что это очередное мое поражение. Я снова убегаю от проблемы, да еще и людей как обычно подвожу. Ирма, догнав меня и вцепившись в мой локоть, потащила меня по коридору. Впервые с момента нашего общения я почувствовала запах ее пота. Насколько же она была в ярости, если так вспотела, за считанные минуты. Ирма очень своенравная и вспыльчивая женщина. И всегда считала себя выше других. Пинком ноги она распахнула дверь в комнату официантов и затащила меня внутрь, включив весь свет в помещении, принялась на меня орать. Я почувствовала себя, как на допросе. – Что ты себе позволяешь выскочка?! – орала на меня администратор. – Ты не понимаешь, где ты работаешь?! Это тебе не дешевая забегаловка. Здесь тебя платят хорошо, чтобы ты улыбалась и была расторопна. – Не надо на меня орать Ирма! У меня очень болит нога! Я совершенно не разбираюсь в меню! А вы мне угрожаете увольнением и ставите меня в зал! Что бы я там хромала и тупила на вопросы гостей о меню? Таким должно быть сегодня лицо вашего персонала? Сегодня же важные гости приедут. Не правильнее было бы Вам самой встать на облуживание или вызвать кого-нибудь из сменщиц. Цель ведь ресторана в любых ситуациях сохранить «лицо», а не давать повода для сплетен? Как вы считаете? Глаза Ирмы стали еще больше. Она так нервно сжимала уголок офисного кресла, что казалось, вот-вот сломает его. – Я не верю своим ушам! Какую неблагодарную тварь мы пригрели! Я слышать больше тебя не хочу и видеть. Ты уволена за несоответствие служебным обязанностям. Думаю, такая запись прекрасно украсит твою трудовую книжку. Женщина с силой толкнула кресло о стену и стала подходить ко мне. Я молча слушала ее ор и, неуклюже пятилась назад. При каждом шаге, она на меня напирала. Её гневную тираду, прервал звонок, судя по смене ее тона в голосе, кого-то очень важного. Она еще раз зло посмотрела на меня и, хлопнув дверью, вышла из помещения. Уже одно то, что меня оскорбили, дали почувствовать унизительность моего положения, не оставили мне другого выхода, как просто уйти. Заберу трудовую, как немного все успокоится или попрошу Олю. Очень надеюсь, что в этот раз уволят только меня. И гнев Ирмы не перекинется на мою подругу Марину. Собрав свои личные вещи, и никому ничего не объяснив, я вышла из ресторана. Бредя осторожной поступью домой, я не могла поверить, что это все со мной происходит. Как будто кто-то сглазил. Хотя чему мне можно завидовать. Зайдя в ближайшую аптеку, я купила себе обезболивающего и противовоспали-тельного лекарства. Отчаяние и несправедливость во многом перекрывали мою физическую боль. Я снова была в поиске работы и очень переживала за Марину. Если ее уволят, она и Наташа точно отвернуться от меня. Может, и правильно сделают, от меня только проблемы. Некоторое время я просто бродила по улицам; проходя мимо роскошных торговых центров, красиво оформленных зеленых насаждений. Цветочные арт. объекты поражали своим великолепием. Такой красивый город, так много возможностей и так трудно найти здесь свое место. Повернув ключ в замочной скважине, я тихо вошла в квартиру. Девочки легли спать после моего ухода на работу. Я не хотела их будить. Во мне пока не было смелости рассказать им о происшедшем. Прошмыгнув в ванну, сняв одежду, я встала под теплый душ и, закрыв глаза, стала реветь. Мне нужно было выплакать эту боль, иначе я сойду с ума. Как же тяжело двигаться по жизни молодой девушке без поддержки и понимания. Кажется, что каждый хочет использовать как игрушку. Никому не интересны твои чувства. Если ты не играешь по их правилам, значит ты не нужна. – Ева, почему ты уже дома? – послышался голос Марины, сквозь звон капель воды о ванну. Как же сложно было выдавить из себя хоть какое-то слово. Не готова я еще к разговору. Но Марина не унималась и продолжала цокотать своими острыми ухоженными ноготками по старой и облупливающейся поверхности двери. – Марина все нормально, скоро выйду, – ответила я, надеясь, что подруга не станет ломиться в ванну. Дверь мы никогда не запирали за собой, но так как у Марины было похмелье, она не обратила на это внимание. Испытывая сильное волнение, я понимала, что не могу здесь стоять вечно. Нужно набраться мужества и все как есть рассказать девчонкам. Не успев переступить порог ванной комнаты, на меня с красными от злости глазами стала кричать Марина, выбежав из кухни. – Ничего не хочешь мне рассказать? Подруга! – яростно спросила Марина. – Я только что говорила с Ирмой. Ты и меня хочешь оставить без работы? – Не ори на меня Марин. Ты не знаешь, как все было на самом деле, – я пыталась вклиниться в монолог Марины. – Конечно же у тебя уважительная причина, но я не хочу даже слышать твою версию. Меня просто уволят и все. И будет уже не одна безработная, а три. Или ты нас будешь содержать? Ты ничего не ценишь, думаешь только о себе. Правильно Наташка говорила, что не нужно было тебе помогать. Глаза Наташи округлились, лицо вспыхнуло румянцем. Она явно не ожидала, что в порыве гнева Марина, может взболтнуть лишнего. Но это даже к лучшему. Больно было это осознавать, но моя расшатанная нервная система за эти сутки, спокойно восприняла эту новость. – Марин, ты чего?! – вступила в разговор Наташа. – Все нормально Наташ, можешь ничего не говорить. Я догадывалась, – посмотрев на подругу уставшими глазами, сказала я, видя как та заерзала на диване, пытаясь вклиниться в разговор. – Она же не имеет права тебя уволить. За что? – недоумевала я. – Ты не знаешь Ирму! Она так все обставит, что еще и в деньгах потеряем. Она та еще сука! Всё, я не хочу с тобой говорить! Сейчас еду на работу и буду за тебя стоять весь день в зале! А потом, наверное, на коленях. Просить прощение. Марина стала быстро собираться на работу. Наташка уткнулась в телефон. В комнате воцарилась тишина. Выпив крепкого чая и немного успокоившись, я написала Ольге. Мне нужно узнать, где и у кого забрать свою трудовую книжку. Украдкой взглянув на меня, Марина вышла