Ева и логово Хозяина - Елена Винчи

и задумалась. Внезапно ее мысли охватил черный туман, и начались сильные головные боли. Ирма едва сохраняя равновесие, дошла до дивана. Упав на мягкую поверхность мебели. Она обхватила голову руками и сползла на пол. Голос в её голове приказывал ей немедленно явиться в темную дом; глаза её налились кровью. Кристина никогда не видела подругу в таком состоянии. От ужаса девушка вскочила с дивана, выронив бокал на пол. Наблюдая, как Ирме становится все хуже и хуже с каждой секундой, Кристина судорожно пыталась набрать номер скорой помощи. – Ирма, потерпи, я уже вызываю скорую помощь! Резким неестественным движением Ирма вскочила на ноги и направилась к Кристине. Схватила подругу за руку, больно сжав. Та пронзительно вскрикнула. Кристина с ужасом смотрела на подругу и не узнавала. Перед ней стояла совершенно незнакомая женщина. Магия это была или помутнение рассудка, но Ирма теперь стала выше на голову. Зрачки ее сузились и вытянулись вертикально. Голову теперь украшала ярко красная шевелюра, похожая на парик. Красные ногти вытянулись и немного закруглились. Кристина хотела отбежать к двери, но Ирма не дала ей уйти. – Отпусти меня. Ирма, что с тобой происходит? Ты мне сейчас кость сломаешь, – взмолилась Кристина, пытаясь разжать её хватку. Ирма пристально смотрела Кристине в глаза, пока та медленно, скорчившись от боли, опускалась рядом с её коленями. Кристина понимала, что её подруга обезумела, но ничего сделать не могла. Закованная стальной хваткой одной её руки она чувствовала, как теряет силу даже кричать. Длинные красные ногти впились в кожу девушки. Войдя практически наполовину. Но крови не было. Кровь будто кто-то аккуратно высасывает. Сознание девушки затуманилось и она полностью обессиленная, упала на пол. Разжав руку, Ирма освободила из своих цепких когтей посиневшую руку подруги. Переступив через Кристину, она подошла к дивану, подняла полуразбитый хрустальный бокал с пола и, откинувшись на спинку дивана, допила остатки вина. Давно она не выходила из себя настолько, чтобы нарушить «Кодекс недопуще-ний». Но ей было все равно. Из ее окружения никто этого не видел, Кристина проснется в полном беспамятстве, а хозяин не может читать ее мысли. Ведь они одной породы. С чувством удовлетворения Ирма прилегла на тот же самый диван, где рядом с ним на полу валялась обессиленная Кристина и, свернувшись в позе эмбриона заснула. Она нарушила кодекс, ослушалась хозяина. Но была абсолютно счастлива.

Глава 18.

Длинные искривленные стрелки часов, напоминающие ветки медленно приближали дождливый вечер к поздней ночи. В темном каменном зале находилось десять человек. Все присутствующие разместились на камнях неестественной квадратной формы перед полукруглым трехступенчатым подиумом. Между собой они не общались, только изредка кидая блуждающий взгляд на соседа. Атмосфера была гнетущая. Всего лишь легкое потрескивание факелов, прикрученных к кирпичной колонне, нарушало холодную тишину. Собравшиеся персоны прекрасно понимали, чем сулит каждому из них внеплановое, экстренное собрание. Каждый беспокоился за свою стабильную и полноценную жизнь. По завершению собрания они четко понимали, что завтрашний день для них мог не наступить.

Присутствие четырёх стражников стоявших по периметру зала, еще раз доказывало, что их тревога вполне реальная. Тяжелая деревянная дверь открылась, впустив вместе с вошедшим мужчиной, влажный болотистый запах. Он не спеша зашагал в сторону трона. Это был их Хозяин. Создатель садов Цереры на земле. А они особи с планеты Цереры. Жизнь их полностью зависит от воли Хозяина. Сидящие на камнях разом встали и покорно опустили головы. Не смея поднят глаз, до тех пор, пока им не позволят. – Так бы вы были покорны на верху,– с жаром заговорил Хозяин, поводя рукой по каменному подлокотнику в форме головы змеи, с открытой пастью. – Если вы считаете, что мне не доступны ваши мысли и деяния, то вы сильно ошибаетесь. Недолго просидев на своем месте, он спустился в зал. Не позволяя никому до сих пор поднять головы. Черная одежда и полумрак скрывали его крупное тело. Лишь светящиеся огнем глаза подсвечивали грубые черты лица. Приближаясь к первому ряду камней, он быстрым движение руки поднял подбородок к верху рыжеволосой женщины. Растерянное лицо которой не оставляло сомнений в том, что она знает из-за кого это собрание. – Ирма вчера нарушила Кодекс Цереры, – громко произнес Хозяин. – Вы все прекрасно знаете, что у меня нет не к кому привилегий. И если я из-за своего рода не могу видеть мысли некоторых особей, то это не значит, что вам можно нарушать правила. Как говорят у людей: «Тайное всегда становиться явным». Только у нас это происходит в сотню раз быстрее. Ирма судорожно задышала. – Я доверял тебе. Ты руководила самым большим садом – рестораном. И ты подвела меня, – говорил без остановок Хозяин, прохаживаясь мимо сидящих особей. – Ирма дважды напала на человека! – Громко произнес он и продол-жил – Лишнего наговорила этой девчонке. Другую едва не обескровила. Ты рассчитывала, что я не узнаю. Ты, наверное, забыла кто я? Хозяин снова подошел к Ирме и мертвой хваткой вцепился её в шею. Она не смела, сопротивляться или просить пощады. Кожа её стала приобретать синеватый оттенок. Кислород стремительно покидал её легкие. Руки и ноги охватили мышечные судороги. Женщина задыхалась. Никто и не думал прийти ей на помощь. Уж очень высока была цена неповиновения. Ярко окрашенные волосы начали терять цвет. Пряди стали сбиваться в отдельные густые хвосты и подниматься к верху. Уже через пару секунд на голове у Ирмы извивались красные змеи. Лицо её стало покрываться крупными чешуйками королевской кобры. Хозяин ослабил руку; Ирма упала на каменный, холодный пол. – Ты помнишь моё имя Даирия, – назвал он её внеземное имя. Ирма подняла шипящую на него голову и произнесла: – Брамусгор. Хозяин садов Цереры. Он усмехнулся. – И всё? – Полнокровный хозяин расы фемаров, – осторожно ответила Ирма. Брамусгор развел руки в знак согласия. На лице его читалось разочарование. – Именно! Принимая мою кровь, ты клялась своей жизнью: служить мне честно и беспрекословно. Но, наверное, низменные человеческие утехи и страдания, тебе больше дарят счастья, чем осознание своей сверх продолжительной жизни на земле и дома. Брамусгор не спеша вернул на трон. Взмахом ладони он направил леденящий душу ветер в сторону присутствующих. Это был знак; они могут смотреть на него. Ирма сидела на полу, не смея пошевелиться. Глаза её ели сдерживали слезы. Но она не имела права показывать слабость. Человеческие слабости очень злили хозяина; они мешают